Юрий Иляхин – Сказки про Выхухоль. Основано на реальных событиях (страница 9)

– Чего ты несешь такое!? – возмутился Борис, покосившись на Выхухоль, заваривавшую новую порцию чая. – Какие туристки?

– Да ладно, дело житейское, чего там, замнем для ясности, – усмехнулся Шелкопряд и взмахнул примятыми крыльями, охлаждаясь. – «Девицы, красавицы, душеньки, подруженьки…» «На пароходе музыка играла…»

– В самом деле, Борис… не приставай! – Выхухоль налила в чашку зеленый чай и поставила поближе к Мотыльку. – Ты лучше подумай, как его назад в Китай вернуть. На родину.

– Вообще-то мне и здесь неплохо, – сказал Сяо-цань. – У вас же этих… экспатов уважают. Карьера, возможности. Мы здесь растем быстро.

– Ну, это верно, – сказала Выхухоль. – Рыбка у нас японская уже есть, Змейка Гремучая неизвестно откуда, щербатая наша красавица… Мальчик… Одним меньше, одним больше… Тем более такой симпатичный. Ух! Малюська такая ма-а-люсенькая!

– А вот сюсюкать не надо, – сказал Шелкопряд.

– Да ты не волнуйся, вырастешь быстро, вес наберешь, у нас местность такая, все как на дрожжах растут.

– А я и не волнуюсь, у меня нервы стальные, не то что у некоторых, – Мотылек посмотрел на Бориса.

– Да ну вас, – сказал Борис. – Делайте что хотите! Хотя… Давайте я Васелине позвоню. Она стюардесса, в Китай летает. Попрошу ее, в баночку тебя положим, в сумку засунем – и вперед. То есть назад, в Китай.

– Не хочу я в баночку! Я тебе что – анализ, что ли? И вообще, это… Не надо суетиться! – Мотылек нервно отпил из чашки, подергивая крылышками. – Это… Не гони коней, ладно! Кстати, мед у вас есть?

– Меда ему… – сказал Борис. – Может, тебе еще коньяка армянского принести?

– Борис! – строго сказала Выхухоль.

– А что, армянский есть? – спросил Шелкопряд. – Только мне крепкого ничего пока нельзя. Вот сил наберусь…

– Это я так. Мед ему подавай… Ладно, сейчас принесу. – Борис вышел из скворечника и пошел к себе в сарай, там в тазике лежали соты со свежим медом, подарок Пасечника. Пасечник любил свежую рыбу, и Борис его регулярно снабжал из очередного улова.

«Ишь ты, наблюдатель нашелся… И чего такого он мог у меня слышать? – думал Борис. – Все-таки надо его от греха подальше домой вернуть. В лоно родины, так сказать. Китай уже Гонконг вернул, с Макао вместе, пусть и мотыля своего забирает. У нас своих мотылей хоть отбавляй!»

Из скворечника донеслась китайская песня «Жасмин». Голос у Шелкопряда был тоненький, пронзительный.

«Коньяк надо бы подальше убрать», – подумал Борис.

Выхухоль и душистые грибы сян-гу

Выхухоль, Борис и Шелкопряд Сяо-цань, он же Мотылек, пошли в лес прогуляться.

Сяо-цань сидел на плече у Бориса, свесив ножки, и озирался по сторонам. Ему все было интересно.

– Надо бы нам бизнес замутить, – сказал он.

– Какой бизнес? – спросила Выхухоль.

– Ну, я тут прикинул, какой здесь может быть бизнес. Кругом же лес. Как там в песне: «Много в ней лесов, полей и рек…»

– И что?

– Надо грибами заняться. Продавать. Но грибы нужны ценные.

– У нас тут белые есть, – сказал Борис. – Я места знаю, от опушки отойдешь метров на сто, в прогалах, в августе или в сентябре, если повезет, можно много набрать…

– Не, – сказал Мотылек. – Не! На белых много не заработаешь.

– А на каких заработаешь?

– Лучше всего, конечно, на подземных грибах. Их со свиньями еще ищут. На аукционе за доллары продают, за евро.

– Трюфели, – сказал Борис.

– Вот-вот, они самые. А еще лучше – душистые грибы сян-гу. Это вообще будет писк! Рестораны в очередь встанут.

– Первый раз слышу, – сказал Борис.

– Еще бы. Сян-гу – это сапроторфный микромицет.

– А по-русски?

– По-русски? Значит – на гнилых деревьях растут. И страшно целебные. Всё лечат. Фактически. Все болезни, от макушки до пяток. – Мотылек нагнулся и почесал пятку. – Японцы от них тащатся.

– А как мы их продавать будем? Мы же не японцы. У нас эти твои сян-гу никто не знает.

– Будем рекламировать. Оздоровительные грибы высшей категории. Укрепление живительной энергии «ци», освобождение от вредоносных частиц «ша». У вас же на это клюют? На всякую хрень?

– Клюют. У нас на всё клюют, – грустно сказал Борис, вспоминая свой опыт по приобретению чудодейственного целебного браслета из китайского «метеорита». Браслет был дорогой, а вот помог он или нет, Борис до сих пор не понял и старался про него не вспоминать лишний раз.

– А реклама будет простая и доходчивая, – продолжал увлеченно Мотылек. – В русском стиле, конечно. Ролик будем крутить примерно такой: я как бы заболею, лежу, весь такой бледный, весь укутанный, вы мне лекарства суете под нос, малиновое варьенье, мед…

– С коньяком? – спросил Борис.

– Это потом обсудим… С коньяком можно, с водкой, с маотаем. Ну так вот. Я в рекламе лежу, значит, а вы мне питье теплое подносите, горло закутали, и то мне, и сё, а я весь такой слабенький, «кха-кха-кха». А не берет! Болезнь не отступает. Тут крупным планом коробка с грибами. Борис их варит.

– Почему я варю? – спросил Борис.

– У тебя вид внушительный, усы. Хорошо бы еще очки добавить, в толстой оправе. Будешь в белом халате, со стетоскопом. Все поверят. И вот мне дают этот грибной отвар, я пью – и на глазах щеки розовеют, кашель проходит, я вскакиваю на коня…

– А почему на коня? – спросила Выхухоль.

– Красиво чтобы было. Все ждут принца на белом коне. Но это не принципиально, можно и на мотоцикле, понавороченнее. Подкатываю, снимаю шлем, а камеры ко мне телевизионные: чем лечились? Я говорю – вот душистым грибом сян-гу. Ну и крупным планом наши микромицеты. Добавим что-нибудь из фэншуя, легенду сочиним, мол, императоры лечились. Клиенты валом повалят.

– Н-да. А что, может быть, – Борис снова вспомнил про свой браслет.

Тем временем они углубились в лес. Солнечные лучи наискосок просвечивали сосны, елки и ореховые кусты. По заросшей мелкой березой и орешником просеке они вышли на Солнечную поляну – любимое место Выхухоли. Поляна была круглая, с бузиной и малиновыми кустами по краям, и хотя скрывалась в чаще леса, всегда солнечная, светлая. Солнце обходило ее по кругу с утра и до вечера. Поляна лежала с легким наклоном – дальше вниз шагали через буераки темные ели, спускаясь в глубокий овраг, извилистый, потаенный, непродуваемый, где в разгар летнего дня становилось душно от цветов. Где-то за оврагом жил Мальчик…

– Это все, конечно, интересно, деньги лишними не бывают. Крышу надо чинить, колодец почистить, а лучше скважину сделать, плащ Мотыльку купить, валеночки на зиму… – сказала Выхухоль. – Смотри, сколько малины!.. Вот только один вопрос: у нас есть этот твой душистый гриб? Он у нас водится?

– Ну, так это… – Шелкопряд заерзал на плече Бориса, сдвинул красную бейсболку, которую ему нацепила от солнца Выхухоль, пригладил вихрастую макушку. – Так поискать надо. Или разводить будем, они под соснами растут. Нет проблем!

– Съешь-ка лучше малинки, бизнесмен. – Выхухоль сорвала с низкого кустика на припеке две самые спелые, светло-розовые, просвечивающиеся на солнце ягодки и сунула ему в рот.

– Вкусно?

– Очень! А может, нам малину продавать? Сначала свежую, потом заводик поставим, глубокая переработка, варенья всякие, джемы, муссы, настойки, с торговыми сетями завяжемся…

– Настойки – это правильно. Это верно… Идея вполне здравая. Вот только с малиной этой конкуренция большая, – сказал Борис.

Прошлым летом на железнодорожной станции, куда он в сложный финансовый период носил продавать малину, конкуренты подбили ему глаз и порвали любимую спортивную куртку с надписью «РОССИЯ» на груди. Россия разошлась ровно наполам, между двумя буквами «С».

Борис, правда, тоже ушел не с пустыми руками: уже дома обнаружил в кармане с корнем вырванный в схватке круглый значок с заснеженной вершиной, перекрещенной альпенштоком, с голубым небом и медными буквами «Альпинист СССР». Знающие люди сказали Борису, что ему повезло, что значок редкий и ценный, и теперь он берег его в фарфоровой дедовской шкатулке вместе с другими драгоценностями: агатовыми запонками, серебряной галстучной заколкой, нефритовой цикадой и ножиком немецкой фирмы «Золинген». Его он нашел в лесу, кстати, собирая грибы. Нож был старый и ржавый, но когда его Борис отмочил в керосине, оказался острым – хоть куда.

– Казино, может, тогда откроем? – спросил Шелкопряд.

– Запретили у нас казино.

– Да что ж у вас все запрещают! Ну, тогда давай лес продавать, кругляк необработанный, самовывоз! Смотри, сосны какие. Под срубы. Индивидуальное строительство, молодая семья, материнский капитал…

– Я тебе дам наш лес продавать! – сказала Выхухоль. – И так весь лес в Сибири китайцам вашим продали!

– А кто мешает не продавать? – удивился Мотылек. – Кавалер без согласия барышни танец с ней не станцует.

– Тоже мне, кавалер нашелся. Ладно, давай к дому поворачивать, солнце уже садится. И вообще, Борис, не морочил бы ты Мотыльку голову всяким бизнесом! Ему еще окрепнуть надо.

– Это кто кому морочит, – огрызнулся Борис.

– Ах ты, худышка моя, – сказала Выхухоль и погладила Сяо-цаня по бейсболке. – Бизнесмен… Вот, лучше еще малинки съешь. Кушай, кушай! Ишь, как извозюкался, малюська моя, ух-ти…

– Ну вот, опять начинается! – сказал Мотылек. Но малину съел с удовольствием

Выхухоль, Мотылек

и книги о природе