Юрий Глебов – Власть огня. Книга вторая. Возрождение Проклятого Бога (страница 8)
– Ты один раз уже подвел команду. Хочешь повторить свой подвиг? Не получится Джим.
– Обещаю, сделаю всю сраную работу без какого-либо подвоха. Отправь меня на переговоры, я докажу тебе, что достоин быть пиратом на ровне с вами. И приведу тебе твою долбанутую сестренку.
– Хорошо Джим, но я тебе обещаю – если подставишь меня, найду и сдеру кожу заживо. Поверь, я присутствовал на таком мероприятии, и там было мало чего человеческого.
Послание Джимми запомнил хорошо. Либо происходит обмен, либо «Корседос» уничтожает Родон полностью. Амаро напрасно полагал, что того количества снарядов, которым владело судно, могло хватить на это. О том, что ни снарядов, ни запасов пороха на это действо не хватит понимали лишь элианцы. Но они, не распознавая большую часть речи, сидели молча, борясь с неминуемо наступающим похмельем. А Джорри не собирался раскрывать этого пиратскому капитану.
Солнце уже взошло, но свет был настолько тусклым и непривычным, что казалось будто все происходящее было не наяву. Боги отвернулись от Края, и полумрак теперь населял каждый уголок этого мира. Темное небо больше не было живым. Наполовину серое и невнятное, оно будто забирало энергию, а не источало ее. Амаро всматривался в когда-то голубую бездну в ожидании своего парламентера, будто искал в нем какие-то ответы. Но небо молчало, не давая никаких сигналов. На нем даже птиц больше не было видно. Настали другие времена. Мысли о том, как теперь будет складываться их жизнь наполняли его, отвлекая от всего вокруг.
Лодка показалась спустя полтора часа. К этому моменту капитан уже заметно начинал нервничать, боясь за то, что идея с переговорами оказалась провальной. Но Грязный Язык превзошел все его ожидания. В лодке вместе с ним сидела Морган и еще трое пиратов, без которых, как потом выяснилось, она не хотела покидать Родон.
Морган изменилась. Из пышной и жизнерадостной женщины она превратилась в угрюмый скелет, на который была натянута кожа. Ржавые грязные волосы прилипли к тюремному балахону, напоминающему разрезанный мешок. Некогда красивое лицо превратилось в синий череп, словно жизнь больше в нем не присутствовала. Ее нынешнее состояние вызывало лишь жалость, но все же Амаро понимал, что ни одно заточение не изменит того, чем пропитана его сестра. Морган была строгим и жестким капитаном, за что многие моряки ее невзлюбили. Но не было ни одного пирата в Крае, кто не уважал бы ее как личность.
– Не сильно ты спешил, братец, – прохрипело дрожащим голосом создание, едва напоминающее женщину, скривив лицо в отвратительную гримасу. Ее спутники были столь же худы, как и она и едва стояли на ногах, жмурясь от непривычного света и пытаясь рассматривать удивительный корабль. Амаро раскинул руки в объятья, вооружаясь обворожительно-приветливой улыбкой. Морган отступила от него на два шага назад, будто увидела призрака.
– Пойми, Мори, у меня не было возможности сделать это быстрее, – начал обиженно оправдываться он. – Сейчас времена поменялись, и теперь, когда это стало возможно, я не только освободил тебя. Мы богаты, моя родная. Сказочно богаты.
Морган оскалила лживую улыбку, и Амаро понял, что она злится. В один миг она выхватила из ножен у стоявшего рядом Коэна саблю. Быстро и грациозно она оказалась прямо перед лицом брата, впивая лезвие сабли ему в грудь. Все стояли молча, не понимая, как им действовать.
– Верни мне мои восемь лет, брат. И тогда я порадуюсь вместе с тобой. Ты сможешь это сделать?
Не смотря на то, как плохо Морган выглядела, сноровку она не потеряла, и это радовало Амаро. Но он чувствовал, что далось ей это не легко, и она стояла перед ним из последних сил.
– Ты забыла, Мори. Ты все забыла. Я тебя предупреждал, что так будет. Но ты меня не услышала. – Амаро пытался говорить как можно спокойнее, помня на сколько экспрессивной может быть Морган.
– Не называй меня так! – Взревела она из последних сил. Перед глазами все поплыло, мир потемнел, и некогда грозный капитан Алый Зверь упала без чувств на палубу. После столь долгого заключения Морган не сломалась. Ее стержень остался цел, и Амаро это понравилось. Он вернет ей былую силу и славу. В этом он поклялся когда-то, и об этом он думал сейчас.
Морган разместили в капитанской каюте. Четверо из шестерых воинов Родона приняли решение остаться на корабле, что не могло не вызвать приятного удивления у всей команды. Таким образом команда Амаро, вместе с прибывшими узниками Родона, пополнилась еще на восемь человек. Джимми, справившийся со своей работой лучше, чем от него требовалось был прощен. Только сам Грязный Язык так и не смог простить одноглазого кока, затаив на него черную злобу. Джорри Розг отказался высаживаться на берегу Родона, попросив высадки у берегов Элии. Амаро согласился на его условие. «Ведьма», гонимая ветром, направила свой путь к порту Лката. Тогда еще никто не знал, что это приведет к первому морскому сражению с элианцами.
ГЛАЗА ШАКАЛА
Норлы беспокойно отсчитывали секунды в ожидании императора. Мии опаздывал, а его советники не могли начать без него. Семеро старейшин благочестиво выжидали, гнетущая обстановка голодным коршуном нависала над ними. Никто не смел проронить ни слова. Тишина, заполняющая помещение, давила на нервы, словно стрела, оттягивающая тетиву лука. Советники сидели вокруг стола, у которого были свободны еще три места. Не хватало посла Эои, мага Нея и самого императора. Каждый из присутствующих развлекал себя как мог.
Рядом с императорским креслом сидел Кун. Огромного роста и невероятно мощного телосложения норл. В его кожаной броне со стальными вставками он казался великаном среди присутствующих на собрании. Кун являлся главой войск Слуосса и по статусу был высшим военным, даже возвышаясь над лордами. На подобных собраниях он практически не бывал, и совет видел его редко. Присутствие столь почтенного норла отчасти давило на остальных. Кун был своенравным и придерживался лишь своей точки зрения. Единственный, кто мог ему указать на его неправоту, был император Мии. Остальных он мог просто не замечать. Однако, в отличии от остальных, он был весьма спокоен, и дабы убить хоть как-то время в ожидании Мии что-то намурлыкивал себе под нос, тихонько прихлопывая сапогом по деревянному полу.
Следом за ним сидел крайне раздражительный норл. В отличие от Куна, он был невысок ростом и очень худощав. Это был Гай – казначей. Он держал в руках толстенный том, со всеми доходами и расходами страны. Понять все эти расчеты и цифры на торчащих беспорядочно из книги листах, мог только он. Гай раскачивался в кресле, прижимая книгу к себе, словно родную. Рядом с ним сидел канцлер Рон. Этот норл был уже стар и плохо видел. Но благодаря своей мудрости все еще был на службе у Мии. Он был единственным норлом, который не пропускал ни одного совета. И Мии обращался к нему чаще, чем к кому-либо. Но сегодня Рон так же чувствовал себя неспокойно и все время поглаживал свои отсохшие отростки бороды.
Кейя был единственным, кто не сидел за столом, а облокотившись руками на спинку высокого стула, ожидал императора стоя. Это был норл, о должности которого никто ничего сказать не мог, потому что никто не знал, чем именно он занимался. Ходили слухи, что Кейя правил секретными делами императора, за что его прозвали скрытным советником. Но он славился соей жестокостью к врагам и любовью к пыткам, поэтому вскоре его стали звать Шакалом. Конечно же вслух об этом никто не говорил, но между собой советники нередко применяли это прозвище в разговорах. Кейя внимательно осматривал всех присутствующих, запоминая кто чем занят. Этот норл был дотошлив к мелочам и любил часами наблюдать.
Возле него сидел старик, которого все звали Укан. Его настоящего имени не знал даже он сам. Он был самым умным на собрании, по части науки, медицины и земледелия. Укан тихонько перебирал пальцами по столу, пытаясь в голове представить ту картину, зачем они здесь собрались и чем все это может закончиться. Напротив него сидел еще один старик и смотрел ему прямо в глаза. Но взгляд его был отрешенный, словно он вовсе не находился здесь. Это был Сао, главный жрец во дворце Мии. Так же, как и Кун, он редко присутствовал на собраниях. Тем более на столь полных. За все свое долгое в нем правление он не мог припомнить, чтобы совет хоть раз собрался полным составом. И это не могло его не настораживать. Однако Сао, по своему обыкновению, витал в каком-то другом мире.
Замыкал круг коренастый молодой норл в металлической броне и с полуторным мечом за поясом. Ним был главой городской стражи и в отличии от многих присутствующих здесь прекрасно понимал зачем они собрались. Мии боялся вторжения Элии и поэтому собрал полный совет. А ведь Ним предупреждал его, что это случится практически сразу, как император вернулся с Наскрая. Мии спохватился лишь когда небеса закрылись. И это, по мнению Нима, был запоздалый жест. Парень нервно дергал за рукоять меча, тихонько позвякивая ножнами о стальную броню.