Юрий Гализдра – Секторальные сказы книга 1 (страница 13)

– О, – опять лучезарно улыбнулась Макошь, мягко намекая собеседнику на смену темперамента, – Этого счастья мы ему не предоставим. Тем паче, что лишь через противоборство света и тьмы разумные существа нашей Вселенной достигают просвещения и преображения с переходом на более высокие ступени развития.

Правитель Чертога Аиста не смог подобрать слова для следующей реплики и просто смолчал, подавляя запальчивость.

– Рада, что ты меня понимаешь, – с лукавинкой в своих зеленых очах, закончила Верховная Мать короткие прения, – А раз так, то нам стоит позаботиться о том, чтобы принять делегацию гостей с подобающей вежливостью и почтением. Прошу тебя, Род Буслаевич, оповести наших советников о том, что необходимо прибыть в залу приемов для встречи с Чернобогом. И… – не изменив выражения лика добавила, – Заодно позаботься о том, чтобы наша дружина пребывала наготове. Не будем недооценивать наших противников. Пусть, начиная с момента первого шага на борту нашего флагмана, для каждого из прибывших достанет пристального внимания.

______________

Когда Макошь вошла, зал для приемов уже не пустовал. У трона Верховной Матери, в ожидании привычно высилась статная, слегка сухопарая и весьма широкоплечая фигура Рода Буслаевича, облаченная в белые одежды, слегка очерченные ореолом индивидуального силового защитного поля. Рядом с ним замер коренастый Велес Асилкович в подобной же ауре. Оно и понятно, ибо от ожидаемых ныне гостей давно не ждали ничего хорошего.

Как солнце и луна отличаются друг от друга, так и отличался от Рода его сводный брат Велес. Крепко сбитый и кажущийся слегка грузноватым цветущий муж с волосами цвета красной меди и темно-зелеными живыми очами, смотрел на окружающих без лишней скромности и даже с определенной долей дерзости. Асила (как его прозвали в дружине), в отличие от Рода, не жаловал простые одеяния, какие были любимы многими народами Ирийского Союза. Напротив, на нем привычно наличествовало тяжелое бронированное воинское убранство, так почитаемое их давно почившим в легендах родителем Белуном Свентовидом. Но даже этот тяжкий биосинтетический панцирь не мог скрыть развитых мужественных телесных форм советника, которые так нравятся девам.

«Предки вполне могли бы гордиться такими чадами, – отдала должное Макошь Чудоокая, – Достойные мужи».

Впрочем, эта оценка касалась не только этих двоих. За всю свою долгую жизнь, только до момента достижения совершенства духа и перехода на иной уровень бытия, насчитывающую не одно тысячелетие, праотцы имели много детей. Издавна считалось, что каждый из славных потомков праотцов – основателей Триединого Союза должен стать, минимум, началом для пяти- семи наследственных линий потомков, что позволяло кратно увеличивать общую численность разумных индивидуумов для планомерного распространения и населения отдельных миров.

Со времени исхода прежних высших представителей объединенной архицивилизации Аори, Сваги и Титаниды в другие ипостаси, созвездия и земли, наследникам его животворного начала было несть числа. При их непосредственном участии вершились судьбы рас и народов, переплетаясь в причудливую вязь исторических событий. Вот и Чернобог мог похвастаться прямым родством с нынешним верховным объектом почитания современных ирийцев.

«Любвеобилен был наш Вышень, – пронеслось в голове Верховной Матери, – Любвеобилен и могуч животворностью своих чресел. Потомство его чрезвычайно многолико, многочисленно и живуче. Давно вознесся он в высшую ипостась, но кое-кто из ныне живущих, как та же Земун, скорее всего еще могут вспомнить ощущения от его мужского начала».

– Здрава будь, светлая матерь народов, – приветствие отвлекло ее, и Макошь почти потеряла нить размышлений.

Она обернулась на голос, затем теплой улыбкой поприветствовала скромную свиту своих советниц. Эти женщины представляли уже ее наследственную линию, тщательно перемешанную с жизненными началами разумных птицевидов. Доля и Недоля, ее сестры-рекомбинанты, и, конечно же, Ноцена Лунная, представительница одной из дальних ветвей ее древа, но, по стечению обстоятельств, гораздо более походившая чертами на Верховную Мать, чем многие из кровной родни.

– Мы пришли на твой зов, – произнесла Доля, почтительно склонив гордый стан перед Макошью.

Ее сестры, рожденные искусственным путем и с использованием комбинантной примеси жизненных начал, в той же степени походили друг на друга, как и не имели схожести с ней самой. Рекомбинация часто изменяла внешность. В данном случае, за счет сглаживания женской биологии. Поджарые телом, таким не похожим на женственные формы правительницы, строгие выражением несколько чопорных лиц с острыми чертами, сестры – советницы, тем не менее, были всецело преданны Макоши, доказав это не единожды. К тому же, за счет внешнего комбинантного воздействия обрели повышенные врожденные показатели силы, выносливости и боевой пригодности в возможной схватке, что характеризовало хорошего телохранителя. Вот и сейчас, в преддверие приема, они имели напоказ отстраненно холодный вид и скупость в выражениях, что не мешало им одновременно оставаться начеку. Под свободным кроем их аскетичного одеяния смутно угадывались потайные боевые доспехи, и, возможно, даже какое-то оружие. Макошь не сомневалась – при малейшей опасности верные сестры незамедлительно встанут между ней и врагом, образовав живой щит.

– Спасибо, что почтили нас своим присутствием, – поблагодарила Верховная Мать, отдав должное этикету, – Ваше присутствие здесь необходимо.

Сестры вновь склонились в поклоне и затем привычно скрылись из виду, чтобы занять позицию у нее за спиной.

– Ноцена, дитя мое, – рада видеть тебя, – обратилась правительница к самой молодой представительнице Совета, – Вышень хранит нас.

Она благоволила к этой яркой деве, сулящей продолжение ее кровной линии в мирах и сулила ей скорый брак с великим воем Ирийского союза, покрывшим себя неувядаемой славой в последней войне Эпохи Раздора.

– Похоже, Вышень хранит не только нас, – подал реплику Велес со своего места, – Иначе бы нам не пришлось принимать у себя злейшего из врагов.

Ноцена Лунная обернулась в сторону Асилковича и одарила его гневным взором серебряно-голубых очей за столь дерзостную недвусмысленность в сторону Верховной Матери.

– Чернобог и его племя нам противник, но не антагонист, – невозмутимо возразила Макошь, обратив на него благожелательный взор, – Не забывай, что в каждом из них тоже есть частица Вышеня. Мы все, они и мы, так или иначе дети наших общих праотцов, равные перед ликом вселенской мудрости. Просто у нас разные пути постижения сущего. Мы следуем к возвышению через духовное очищение, они – путем страстей и противоборства. Нужно это принять.

– Мы то это примем, – усмехнулся Асила, явив под рыжей бородой ослепительную крупнозубую улыбку, – Но они этого не поймут и не примут. Боюсь, что никогда.

– Всему свое время, – обронил Род, словно задумавшись о своем.

На самом деле (Макошь знала сие наверняка), он в данный момент усиленно сканировал все доступные ему пси-структуры.

– Внимание, – послышался мягкий синтетический голос из звуковой панели, – К вам посетители, госпожа.

Автоматический створ на противоположной стороне зала распахнулся, и в помещение залы проследовала довольно шумная процессия. Тишину нарушило явственное бряцанье защитной амуниции, и тяжелое сиплое дыхание некоторых особей явно нечеловеческого вида. Во главе ее тяжелым шагом ступал тот, кого все миры Империи Ориона называли владыкой, уповая на его ум и милость, а во всех остальных мирах, и в частности, в мирах Чертога Макоши, называли Чернобогом Пекальным, либо Витулом Дерзким.

– Не зря зовется он именно так, – подумалось, кстати Верховной Матери, – Даже энергетический туман его защитного поля со временем стал походить на черную ауру. Словно сумрак напитал и окрасил его разум.

Чернобог совсем не выглядел представителем поколения давно повзрослевших отпрысков своего великого отца. И, несмотря на тысячи лет своей бурной, полной приключений жизни, выглядел бодрым и энергичным, а пронзительный взгляд его черных очей хранил наполненность внутренней силой.

Неожиданно силовой пси-обруч на челе Макоши чуть слышно загудел, отметив постороннее псионическое воздействие. Однако и без этого она почувствовала сильное ментальное прикосновение, жадное до чужих тайн. Словно невидимое щупальце попробовало на вкус ее эфирную сущность, пытаясь с ходу оценить его силу и мощь, а потом ненавязчиво, по-змеиному, попыталось вползти внутрь, чтобы затем изнутри подавить носителя. Впрочем, агрессору задача оказалась изначально не по зубам. Верховной матери понадобилось не особенно большое усилие, чтобы оказать ему решительное противодействие, вышвырнув восвояси, да еще и вознаградив за ретивость увесистой псионической оплеухой напоследок.

«Нет, скорее всего, то проделки не Витула, – подумала Макошь, оценив степень приложенной силы, – Тот не столь прямолинеен, да и в порядки раз мощнее. Он бы не решился сейчас на подобное. Это, скорее, кто-то из его нечеловеческого окружения. Слишком беспардонно для существ человеческого типа.

Чернобог приблизился первый, внушительный своей грузностью в боевом костюме с усиленной биоброней и энергозащитой. Остановившись в нескольких шагах от ирийцев, владыка народов Ориона убрал лицевую защиту своего глухого шлема с живописным плюмажем из веера иглоподобных наверший, обнажив из-под нее свой темный из-за коричневатого цвета кожи лик, резко обрамленный черной жесткой растительностью, после чего склонился в почтительном полупоклоне. Жест выглядел отработанным, наполненным смыслом и непринужденной величественностью.