Юрий Гализдра – Секторальные сказы книга 1 (страница 1)

Юрий Гализдра

Секторальные сказы книга 1

Пролог.

Мир Асуни встретил космического гостя зеленовато голубой планетарной панорамой, мирной до последнего лучика, и словно распростер объятия, радушно приглашая в свои пределы. Одинокий же гость, представленный видавшей виды полувоенной виманой еще времен Войн Раздора, неторопливо выполнил разворот в сторону уплывающего Срединного континента и плавно пошел на снижение по известным ему координатам, нацелившись куда-то на побережье.

По всей очевидности, прибывшее летательное средство к числу чужих не причислялось – никогда не дремлющие рубежи планетарной обороны не проявили к нему никакого особого интереса, ограничившись коротким обменом базовой приветственной информацией. Однако же, едва вновь прибывшее судно спустилось по выверенной траектории к месту посадки, по системе правительственной связи ушло короткое кодированное сообщение с грифом «особо важно».

Впрочем, даже если бы экипаж упомянутой виманы и ведал о том подспудном интересе, что проявлен к ним столь скрытным образом, то даже не обратил на то внимание. Хотя бы потому, что опасаться в мире Асуни ему было некого. И совсем не по причине защиты кого-то свыше. Защитой, порушить которую до сих пор не решились самые отъявленные недоброжелатели, являлся сам статус того, кто прибыл в вимане.

– Вот мы и дома, – едва откинулся пандус сходней, как на него выступила рослая мужская фигура, укрытая свободным походным одеянием, – Можно отдохнуть от перелета и вкусить пищи.

– Я бы не отказался перекусить, – следом за ним, по-кошачьи потягиваясь вышло мохнатое существо, отдаленно похожее на миниатюрного паската, – Перемещения между звездных систем навевают на меня скуку и жутко возбуждают аппетит.

Мужчина откинул со лба плотный капюшон и оглядел место посадки цепким взглядом серых очей с явным металлическим оттенком. Пятачок компактной посадочной площадки, несмотря на свою явную старость, свою функцию выполнял вполне и, судя по отсутствующей траве, обычно стремящейся выбиться между плит, не относился к заброшенным.

– А меня не забывали, – констатировал вновь прибывший, отметив этот показательный признак, – Исправно навещали с проверочными визитами. Все опасаются, что я стану перемещаться по этому миру без их ведома. Ладно, не важно. Можешь располагаться со всеми удобствами, которые сочтешь для себя нужными. Слышишь, Улешка?

Коловерша Улешка повел по сторонам ярко зелеными кошачьими очами, а затем широко зевнул, показав белоснежные клыки.

– Вот так-так, – протянул он с показным разочарованием, – Вот так владения у знаменитого Вида Благослова. Цельный дворец. Или дасский мушенгет. Даже не знаю, как лучше обозвать.

– Не юродствуй, – ухмыльнулся Вид, покосившись на товарища из-за плеча, – У тебя выбор не велик, как ни крути. Хотя, если желаешь, можешь идти в ближайший град и просить более достойного убежища.

– Ага, – показно согласился коловерша, бросив в ответ недовольный взгляд, – Бегу, спотыкаюсь. Вон, – кивнул он в сторону, – Посмотри, хвост мой мелькнул. Это я уже ускакал за удобствами.

Опираясь на большие мягкие лапы, Улешка грациозно сошел с пандуса и, наконец, ощутив твердь, легко встал на задние конечности, став похожим на очень волосатого псевдогоминида. Затем в два больших прыжка нагнал товарища и пошел рядом, внимательно оглядывая окрестности. Прямо рядом с посадочной площадкой располагался сферический жилой модуль, органично вписанный в слегка нависающий край гористого холма, из тверди которого он выглядывал едва ли на треть. На ровной поверхности огороженного маленького дворика, кроме этого лаконичного строения располагалась только прилегающая к нему лужайка, густо поросшая разноцветьем полевых цветов. Приблизившись к участку, Вид легким движением отворил деревянную калитку и обернулся к товарищу с пригласительным жестом, указывая на тропинку из псевдобазальта, пролегавшую прямо через лужайку к дверям жилища.

– Прошу в дом, – коротко сопроводил он свой жест, – Невесть что, но вполне удобно в быту.

– Прямо сказал бы, весьма скромные запросы у моего друга, – вполголоса пробурчал Улешка, первым проходя на тропинку, – Иные нищие побогаче живут.

– Может быть, – пожал плечами Вид, отчего броня его походного защитного костюма звучно брякнула под покровом плаща, – Впрочем, мне другого и не требуется. Скромное жилище на окраине глухих и диких гористых лесов, – его длань протянулась в сторону ярко зеленой древесной стены смешанной растительности, опушка которой располагалась прямо за двориком, – Красивые виды, – указующий перст развернулся в противоположную сторону, где за широкой долиной угадывались многокупольные очертания близлежащего Града Федерации Антардии, – Да возможность искупаться в водах теплого Зелена Моря, – в остаточном жесте длань дернулась в сторону, где за обрывом посадочной площадки угадывалось побережье, щедро озвученное гомоном морских птиц.

– Это да, – нехотя согласился коловерша с тропинки, – В прошлый наш визит в твои пенаты мне понравилось купаться в этой зеленой луже, так как веселее занятия тут не найдешь. Благо еще, что во внутреннем море весьма редко встречается хищная живность…

– Не бурчи, – коротко отозвался Вид Благослав, проходя следом.

На самом деле жилище Вида отвечало всем необходимым запросам, включая возможность привести себя в порядок в баньке походного образца и вполне комфортного спального места как для хозяина, так и для его гостя. Впрочем, называть гостем коловершу следовало только с большой натяжкой, ибо уже пошел второй круголет с тех пор как Улешка стал ему сперва товарищем, а затем и бессменным компаньоном. Так что, привычно перебрасываясь шутливыми замечаниями, прибывшие путешественники занялись домашними делами, перечень которых им был давно известен…

Вечер они встретили перед походным кострищем, которое соорудили в привычном месте за лужайкой, расположившись на деревянных подставках-сидельцах спиной к стене мрачно смолкшего леса и ликом к прибрежному пространству, быстро темнеющему после захода местного желто-оранжевого светила. На потемневший небосвод, вдруг раскрасившийся яркой россыпью звезд, одна за другой разнокалиберным рядком с грациозностью космических тел выскользнули пять местных лун, затеяв свой обычный орбитальный танец.

– Красиво, – произнес Вид, с легкой зачарованностью рассматривая небосвод и узнавая с детства знакомые созвездия, – Смотри, – он поднял длань, нацелив перст в пространство, – Там созвездия Десницы Роси, Коловорота и Летящего Скакуна…

Улешка, в это самое время, всматривавшийся в пляску языков пламени, нехотя дернул головой вверх и растопырив большие остроконечные уши с густой опушкой, бросил в панораму звездного неба мимолетный взгляд.

– Видали и покрасивее, – пробурчал он, возвращаясь к прерванному созерцанию пламени, – И поярче.

– Не грусти, – понял товарища Вид Благослов, – Одиночество – это не всегда самое страшное, что может случиться на жизненном пути. Страшнее терять тех, кто дорог.

Оба замолчали, каждый думая о своем. О чем размышлял Улешка, Вид мог только догадываться, ибо судьбу его товарища легкой не назовешь. Имевший происхождение от одной из легендарных наследных линий своего рода, коловерша причислял себя к отпрыскам одной из общностей, обитавшей во владениях великого правителя Мороза Лютича и даже в каком-то колене роднился с известным в весях Чернышом – компаньоном Мары Белоликой. Однако, несмотря на свое происхождение и родство, Улешка не мог похвастаться более ничем, так как еще в малом отроческом возрасте попал в полон отряда одной из дасских культур, до сих пор враждующих с Ирийским Древом. Сколько и чего он натерпелся, чего избежал и как сумел обрести свободу – то осталось большой тайной, которую коловерша не открывал никому. А известен он стал только тогда, когда прибился к воям дружины Даждьбога Тарховича, первоначально вступив в состав обслуживающего персонала, а затем, показав свою смелость в сложной ситуации – в ряды вспомогательных воев, чья специфика иногда могла сыграть решающую роль в боевых условиях. Однажды, в критической ситуации битвы, маленький смелый коловерша спас жизнь дружинному вою, коим оказался Вид Благослов, выходец земель Антардии. С тех пор между ними установились крепкие товарищеские взаимоотношения…

– Пришел, – вдруг произнес Улешка, не отрывая от огня зачарованного взгляда, – Слышу.

– Давно не виделись, – прокомментировал Вид, слегка сместив угол обзора в сторону, – Соскучился.

Из чащи леса на опушку выступила фигура хищника. Самец антардианской лесной рыси, крупный и сильный, двинулся к ним, поигрывая аляповато-серой и слегка серебрящейся шкурой, однако остановился шагов за десять и властно заурчал, после чего сел на задние лапы, уставившись на коловершу сверкающими глазами, в которых заплясали отсветы близкого костра.

– Смотри-ка, и правда, – слегка усмехнулся Улешка, оборачиваясь к гостю и покинув свое уютное место.

Встав на все лапы, коловерша осторожно направился в сторону рыси, включив в процесс обоняние и шумно вдохнув воздух. Самец рыси ответил тем же, пружинисто приподнявшись и двинувшись навстречу, нервно подергивая длинным, щедро опушенным хвостом. Они встретились ровно на середине того отрезка пути, что отделял их друг от друга, а затем принялись обстоятельно друг друга обнюхивать, осторожно приближая трепетные ноздри и пошевеливая длинными торчащими усами. В заключение, уже приветственно замурлыкав, оба позволили оценить амбре у себя под хвостом, и также степенно разошлись, вполне удовлетворенные ритуалом. Коловерша, по полукружью обойдя старого знакомого, вернулся на свое место у кострища, тогда как рысь снова улеглась на траву, повернувшись к ним прижмуренной мордой.