Юрий Дьяконов – Алмазный рубль (страница 5)
– Клип, формально груз принадлежит мне, пока мы не приземлимся в Якутии. Сверьтесь с контрактом! Это моя задница, пока вы ею не завладели.
Люгер дал ей время сообразить, что она только что сказала. Точно по Фрейду. Но так ли хорошо австрийский любитель сигар и кокса понимал мыслительный процесс человека. Вот Гурджиев и Успенский в этом отлично разбирались, однако Люгер сомневался, что Брендибуш их читала. Забавно, как эти ментальные ярлычки всплывают раньше, чем люди успевают договорить. Он оторвал взгляд от тарелки, положил нож с вилкой, ожидая от рыжеволосой бестии продолжения.
– Ладно, ладно, я знаю, что вы подумали. Это была идиотская оговорка.
Она снова замолчала и допустила еще один промах – в сногсшибательных черных глазах заиграли искорки гнева. Люгер попытался налить ей вина, но она прикрыла краешек бокала ладонью. Он отпрянул, чтобы продолжение не выглядело непристойным. Или щекотливые намеки просто не в его стиле? Люгер бросил взгляд на часы и спросил, почему у девушки с рыжей шевелюрой черные глаза. Фленаган не ожидала удара исподтишка от человека, который вел себя как вожак стаи.
– Во мне течет кровь американских индейцев. Предки матери из народа сиу. Отец – ирландец. Я любопытная смесь, как и вы, русские. Послушайте, для моей карьеры крайне важно показать боссу, что я практичная сучка. Да, вы все правильно расслышали. Наличие яиц в этом бизнесе необходимое условие. Не смейтесь. Сколько женщин участвует в проекте? Только я! Остальные девочки выполняют сидячую работу, перекладывают бумажки, подают кофе и делают вид, что незаменимы.
Клип Люгер не ожидал такой дерзости. Ему нравилась прямолинейность Брендибуш. Однако Ан-225 не просто еще один большой транспортный самолет. Он напичкан секретным коммуникационным оборудованием и оснащен защитным вооружением. Люгер слегка помотал головой, намереваясь отклонить просьбу.
– Стойте. Давайте устроим пробежку до аэропорта. Я вас побью. Точно, так и сделаем! Пятнадцать километров, примерно девять с половиной миль. Вам ведь положено быть в форме. Покажите, чего стоит ГРУ. Если прибежите раньше к главному входу аэропорта, увидимся в Якутске через пару дней. В противном случае я полечу на «Антонове». Идет?
Итак, дамочка решила, будто все знает о ГРУ. Клип Люгер внутренне хохотал, понимая, что с ним играют.
Интересно, эта собранная, напористая вертихвостка слыхала про «Вымпел». Еще будет время разобраться. За таким настойчивым желанием лететь на «Антонове» определенно что-то стоит. Теперь понятно, зачем Брендибуш оделась в тренировочный костюм. Все продумала и устроила, стерва. Откажись, и потом вечно будет сосать под ложечкой. Черт! Люгер выругался про себя. Эта битва самолюбий. Надо преподать ей урок и отправить домой принимать душ. Но она обута в беговые кроссовки. Готов поспорить на собственные яйца, под трениками профессиональная спортивная экипировка. Пускай. Он снова беззвучно выругался.
– Я вижу «да» в твоих глазах, Клип. Лифтом не пользоваться. Начинаем прямо сейчас.
Глава 5. Со всех ног
Рыжая просто рехнулась, игра для буйно-помешанных. Даже в туалет не дала зайти. Все заранее просчитала. Любому дураку ясно. Брендибуш рванула к лестничной клетке, а Клип смотрел и понимал, что она уже нашла в навигаторе самый короткий путь. Детский сад. Какая-то незнакомка навязывает ему свои условия. Неужели дамочка решила, будто он станет плясать под ее дудку? Он что, ребенок, бежать через весь Франкфурт, лишь бы не нарушить правила игры? Кем она себя возомнила, чертова бестия? Неудивительно, что Дортмунд поспешил ретироваться. Итак… Люгер сцепил пальцы, вразвалочку подошел к лифту. Оставалась секунда-другая на рефлексию, пока безупречные стальные двери не раскрылись, выпуская группу хорошо одетых людей и давая Люгеру возможность войти и стремительно опуститься на первый этаж. Он просчитал, что окажется в фойе раньше Брендибуш, хотя и дал ей ощутимую фору на лестнице. Она стрелой пронеслась мимо, когда Клип звонил Дортмунду по наручному телефону. Люгер узнал рыжеволосую со спины. Та щеголяла задницей, бессловесная красноречивость которой не знала языковых барьеров. Она была утянута в костюм Turbo Speed, о котором Клип недавно читал. Высокотехнологичный материал с аэродинамическими углублениями снижал силу трения (как утверждали). Он бы расхохотался, не прими дело такой серьезный оборот. Позволить бабе надрать его гэрэушную задницу? С этим он жить не готов. На глазах Люгера Брендибуш пробилась сквозь вращающиеся двери и припустила вдоль по улице.
– Дортмунд, какого черта! Твоя девчонка совсем полоумная? Почему ее так поздно вводят в проект? Я должен был знать о ней одновременно с остальными. Она не прошла должной проверки, но собирается лететь на «Антонове».
Уличная прохлада приятно освежала. Полная луна светила нехарактерным для сентября красноватым светом, но безмятежный вечер как нельзя лучше подходил для пробежки вдоль Майна.
– Послушай, друг мой. Я, как и ты, исполняю приказы. Она не дура. Эта полоумная, как ты говоришь, отвечает за сборку всей «Grobe Maschine». К твоему сведению, она только что закончила большой проект в Норвегии и теперь направлена в Якутию. Эта особа из тяжеловесов. Она нужна нам. До завтра. Счастливой пробежки!
Клип громко стукнул по клавиатуре телефона. Протокол нарушен, нет никаких сомнений. Крайне подозрительно вводить в команду нового игрока, когда она уже полностью укомплектована. Кандидатура Брендибуш даже не прошла обсуждение. На нее не заведено досье. Это совсем не похоже на Дортмунда. Стоило быть осмотрительнее. По опыту Люгер знал, что гнев мешает ясно мыслить. Он отложил тему до завтрашнего утра и вернулся к текущим заботам. Нужно преподать Брендибуш, этому соблазнительному куску надушенной плоти, урок про ассиметричные ответы. Она решила, как и многие до нее, что оппонент станет отвечать по написанному ею сценарию. Если я сделаю это, он сделает то. Наполеон думал, Россия сдастся, как только его солдаты захватят Москву. В конце концов, именно так всегда поступала побежденная сторона. К его полнейшему смятению русские сожгли Москву дотла и дождались снега. Путь домой получился длинным, многие его не осилили. Люгер медленно шел к Mercedes. Осколки истории, несоразмерные событиям современности, врывались в его мысли непрошенными гостями.
Глава 6. Не можешь победить – не проиграй
Он хотел курить с тех пор, как бросил. Нужно было выпить чего-то покрепче. К тому же Брендибуш пробудила в нем желание. Все, чего в данный момент требовал организм, вредно (или врут специалисты). Давно, когда ездил по обмену в Мичиган, он любил послушать госпел в черных церквях. Там его всегда принимали радушно. Сидя обычно в заднем ряду, он всеми порами впитывал новую разновидность соула. Русскому эти ритмы и такты казались чужеродными, но мощь задевала за живое. Английский давался все проще, и проповеди звучали завораживающе. Чернокожий священник говорил, а хор усиливал его слова песней и музыкой.
– Стакан убьет тебя, наркотик – унесет, избыток женщин заморозит сердце, а вместе они озлобят тебя! Любовь – всему ответ. Раскройте сердца и карманы, дети мои. Восхваляйте Господа нашего.
Насколько Люгер помнил, преподобного арестовали несколько дней спустя, когда тот, обкурившись до беспамятства, прелюбодействовал в притоне с парочкой подростков. Но прихожане не решились бросить камень в своего проповедника, простили. Что за широкая душа у этих людей. Пожалуй, как у русских или даже шире.
Методично, почти буднично и немного скучающе Люгер открыл багажник Benz и достал металлический дипломат. Он просчитал, что Брендибуш может пробежать 1 километр примерно за 3,7 минуты, если она в отличной форме. Марафонские бегуны в лучшем случае показывают результат в 3 минуты, и лишь совсем немногие способны бежать быстрее. Когда он активно тренировался в ГРУ, то должен был при полной экипировке и вооружении пробегать 13 километров за 40 минут. Люгер посмотрел на часы и увидел, что прошло уже почти 20 минут. Согласно навигатору аэропорт Франкфурта находился ровно в 15,4 километра, если бежать самым коротким путем. В лучшем случае Брендибуш доберется туда меньше чем через час. Но для этого придется хорошенько пошевелить поразительной задницей. Вот бы просто бежать следом и наблюдать за слаженной работой ягодичных мышц. Но тогда игра шла бы по ее правилам. Очень хотелось закурить.
Клип Люгер вернулся в здание «Майнтауэра» и купил пачку Camel Turkish Royal. По его мнению, не существовало сигарет лучше. Он вышел обратно на улицу и медленно курил, последними словами кляня политкорректность, на фоне которой Советский Союз казался страной без предрассудков. После сигареты ему нужен был коньяк, всего два пальца.
Люгер решил подняться на 56-й этаж, заказать выпивки, а затем отправиться на смотровую площадку. Времени полно, скоростной лифт не понадобится.
Метрдотель удивился, увидев знакомое лицо. Люгер заказал двойную порцию Daniel Bouju – отличного коньяка пятилетней выдержки. Он протянул официанту кредитку, но тот вежливо отказался. Тогда Люгер улыбнулся, не считая достал несколько купюр и удалился в уборную. Понадобилась буквально пара мгновений, чтобы надеть экипировку парашютиста и отладить систему фиксации «Арбалета», русского управляемого парашюта. Без особой спешки Люгер вернулся к барной стойке, положил на нее дипломат и как ни в чем не бывало вышел на смотровую площадку. Он мысленно просчитал предполагаемую дальность планирования при 200-метровом прыжке, встал на поручень и с силой оттолкнулся. В ресторане охнули, потом закричали, но, когда раскрылся купол, зааплодировали. Официант, державший в руках металлический дипломат, помахал рукой и поднял вверх два больших пальца, как будто Люгер обернулся бы посмотреть. Он в точности знал, где находится аэропорт: четыре взлетных поля видно издалека. Несмотря на сотни выполненных прыжков, парашютиста охватило возбуждение. Было легко управлять парапланом среди ярко освещенных современных небоскребов, затем над Майном, постепенно опускаясь по спирали к аэродрому. Задача потруднее – высмотреть рыжеволосую женщину, бегущую по направлению к главному терминалу «Люфтганзы».