Юрий Драздов – Три метки (страница 11)

— Сюда, — Вэйл указала на узкий проход между двумя прилавками, уходящий вглубь рынка. — Там есть запасной выход. Я знаю этот рынок.

Они нырнули в проход и побежали, лавируя между грудами мусора и остовов старых механизмов. Позади слышался шум — Палач, судя по всему, начал расспрашивать торговцев, не видели ли они двух меченых. Кто-то что-то отвечал, но слов было не разобрать.

Проход вывел их к старой лестнице, ведущей наверх, к краю воронки. Они взобрались по ней и оказались в лабиринте узких улочек, окружающих рынок.

— Куда теперь? — спросил Лекс, переводя дыхание.

— На восточную окраину, — ответила Вэйл. — За корнем гнилоцвета. Чем быстрее мы соберём ингредиенты, тем быстрее получим зелье и сможем спрятаться.

Они двинулись через лабиринт Т-3. Вэйл вела его уверенно, сворачивая в какие-то неприметные проулки, перелезая через завалы, обходя опасные места. Лекс следовал за ней, постоянно оглядываясь. Ему казалось, что за ними кто-то идёт — тень, скользящая по стенам, едва заметное движение в периферийном зрении. Но каждый раз, когда он оборачивался, позади было пусто.

— За нами следят, — сказал он.

— Знаю, — ответила Вэйл. — Это местные. Они всегда следят за чужаками. Но пока мы не представляем для них угрозы, они не нападут. Им интересно, что мы будем делать.

— А если мы добудем то, что им нужно?

— Тогда могут напасть. Но это риск, на который придётся пойти.

Часть третья: Смердящий бафф

Путь до восточной окраины занял около часа. Они шли через лабиринт полуразрушенных зданий, мимо куч мусора и луж, от которых исходил такой смрад, что даже привыкший ко многому Лекс морщился. Несколько раз им встречались местные жители — серокожие, покрытые язвами, с безумными глазами. Они провожали путников взглядами, но не пытались остановить.

Наконец, они добрались до района, который Вэйл назвала «восточной окраиной». Это были руины старых жилых домов, давно заброшенных и частично обрушившихся. Крыши провалились, стены покрылись трещинами, из оконных проёмов свисали клочья гнилой ткани — остатки занавесок или одежды.

— Здесь, — сказала Вэйл, указывая на один из домов. — В подвале этого здания должен расти гнилоцвет. Я видела его, когда была здесь в прошлый раз.

Они вошли внутрь. Внутри было темно и сыро, пахло плесенью и чем-то сладковатым — запахом разложения. Лекс включил фонарь на планшете Вэйл и осветил путь. Лестница, ведущая в подвал, была частично обрушена, но всё ещё проходима.

Они спустились. Подвал оказался большим, с высокими сводами и множеством ответвлений. Когда-то здесь, видимо, были технические помещения или склады. Теперь же всё заросло плесенью и какими-то бледными, почти белыми растениями, которые светились в темноте слабым фосфоресцирующим светом.

— Гнилоцвет, — прошептала Вэйл, указывая на одно из растений.

Оно было странным — без листьев, только толстый, мясистый стебель, увенчанный бледным цветком, источающим сладковатый, тошнотворный аромат. Корни растения уходили глубоко в бетонный пол, разрывая его, словно живые щупальца.

Вэйл достала нож и начала аккуратно выкапывать корень. Лекс стоял на страже, прислушиваясь к звукам подвала. Где-то в глубине капала вода, шуршали крысы, потрескивали стены. Но было и что-то ещё — тихое, едва различимое дыхание, словно кто-то большой прятался в темноте.

— Быстрее, — прошептал он.

Вэйл ускорилась. Наконец, корень был извлечён — длинный, бледный, покрытый слизью. Она убрала его в заплечный мешок и выпрямилась.

— Готово. Уходим.

Они двинулись к выходу, но в этот момент из темноты донёсся звук — низкое, утробное рычание. Лекс направил фонарь в ту сторону и увидел два горящих глаза, отражающих свет.

— Тварь, — выдохнула Вэйл. — Одна из тех, что живут в этих подвалах. Не делай резких движений.

Они медленно попятились к лестнице. Тварь вышла из темноты — огромная, похожая на помесь крысы и собаки, с голой, покрытой язвами кожей и длинными когтями. Она скалилась, обнажая жёлтые зубы, и с её морды капала вязкая слюна.

— На счёт три бежим, — прошептал Лекс, доставая пистолет. — Раз. Два. ТРИ!

Они бросились к лестнице. Тварь прыгнула за ними, но Лекс выстрелил — раз, второй, третий. Пули попали в цель, но, казалось, только разозлили существо. Оно взревело и ускорилось. Вэйл уже взбиралась по лестнице, Лекс следовал за ней, отстреливаясь. Последняя пуля попала твари в глаз, и она, взвизгнув, рухнула вниз, в темноту подвала.

Они выбрались наружу, задыхаясь. Лекс перезарядил пистолет, вставив новую обойму. Руки дрожали.

— Ты в порядке? — спросила Вэйл.

— Да, — ответил он, хотя чувствовал, как адреналин пульсирует в висках. — Идём дальше.

Следующим пунктом были железы мутировавшей крысы. Вэйл знала одного местного охотника, который промышлял отловом таких тварей. Он жил на западной окраине Т-3, в старом ангаре, переоборудованном под жильё.

Путь туда занял ещё час. По дороге они несколько раз замечали признаки присутствия Палача — то след от тяжёлого ботинка на влажной земле, то обрывок разговора местных, обсуждающих «страшного человека в броне, который ищет двух меченых». Палач был где-то рядом, прочёсывал сектор методично и неумолимо.

Охотник — серокожий мужчина с наполовину сгнившим лицом и механическим протезом вместо левой руки — встретил их настороженно, но, узнав Вэйл, смягчился.

— Давно тебя не было, — проскрипел он. — Говорили, ты ушла наверх, в лучшие сектора.

— Вернулась, — коротко ответила Вэйл. — Нужны железы мутировавшей крысы. Свежие.

Охотник прищурился.

— Есть. Пять штук. Что дашь взамен?

Вэйл достала из мешка одну из запасных обойм для пистолета Лекса.

— Патроны. Хорошие, фабричные.

Охотник взял обойму, осмотрел, взвесил в руке.

— Мало. Железы стоят дороже.

— Тогда добавлю информацию, — сказала Вэйл. — Палач в Т-3. Ищет нас. Если он найдёт твой ангар, ему может быть интересно, чем ты тут занимаешься.

Охотник побледнел под своей серой кожей.

— Палач? Здесь? Врёшь.

— Не вру. Проверь канал связи, если не веришь.

Охотник активировал свою метку, пробежался по каналу. Его лицо вытянулось.

— Проклятие. Ладно, забирай железы и убирайтесь. И не говорите ему, что были здесь.

Вэйл взяла небольшой контейнер с пятью железами — скользкими, пахнущими мускусом органами — и убрала в мешок.

— Спасибо. Мы уйдём.

Они покинули ангар и двинулись дальше. Оставалось самое сложное — экстракт спор плесени с третьего уровня подземелий и кристалл из зоны отчуждения.

— Третий уровень — это глубоко, — объяснила Вэйл, когда они стояли у входа в старую шахту, ведущую под Т-3. — Там уже почти нет кислорода. Много спор, плесени, грибов. Опасно для дыхания. И там живут твари, которые питаются этой плесенью. Они слепые, но отлично чувствуют вибрацию и запах.

— Как мы пройдём?

— У меня есть план, — Вэйл достала из мешка две пары мягких ботинок. — Обувь на толстой подошве, гасит вибрацию. Идти нужно медленно, плавно, не делая резких движений. И не дышать глубоко — споры проникают в лёгкие и вызывают галлюцинации.

Они переобулись и начали спуск. Подземелья Т-3 были ещё более жуткими, чем дренажные коллекторы. Здесь царила полная темнота, разрываемая лишь светом фонаря на планшете Вэйл. Стены были покрыты толстым слоем плесени и грибков, которые светились в темноте призрачным зеленоватым светом. Воздух был спёртым, тяжёлым, пропитанным спорами. Даже через респиратор Лекс чувствовал, как лёгкие начинают гореть.

Они спускались всё глубже, минуя первый уровень, второй, и наконец достигли третьего. Здесь плесень была повсюду — она покрывала стены, потолок, пол толстым пушистым ковром. Вэйл достала из мешка пустую склянку и начала аккуратно соскребать споры с поверхности.

Внезапно Лекс услышал звук. Тихий, едва различимый шорох, доносящийся из глубины туннеля. Он поднял руку, призывая Вэйл к тишине, и прислушался. Шорох повторился — ближе. Что-то двигалось в темноте. Что-то большое.

— Быстрее, — прошептал он.

Вэйл ускорилась, наполняя склянку. Шорох становился громче, теперь к нему добавилось какое-то влажное чавканье. Лекс выхватил пистолет и направил в темноту.

Из мрака на них надвигалась тварь. Огромная, покрытая слизью масса, напоминающая гигантского слизня, но с десятками маленьких глаз на передней части тела. Она двигалась медленно, но неумолимо, оставляя за собой след из едкой слизи, которая шипела, разъедая камень.

— Готово! — выдохнула Вэйл, закупоривая склянку.

— Уходим!

Они бросились обратно по туннелю. Тварь за их спинами издала низкий, вибрирующий звук, от которого задрожали стены, и ускорилась. Лекс и Вэйл бежали, не оглядываясь, перепрыгивая через завалы и уворачиваясь от свисающих с потолка сталактитов плесени. Тварь преследовала их до самого выхода на второй уровень, но потом, видимо, потеряла интерес или не могла покинуть свою территорию, и отстала.

Они выбрались на поверхность, задыхающиеся, покрытые спорами и слизью, но живые. В руках Вэйл была заветная склянка с экстрактом спор.

— Есть, — выдохнула она. — Остался кристалл. Зона отчуждения.

Лекс посмотрел на таймер над головой. 02:34:17. До конца цикла оставалось чуть больше двух с половиной часов.