Юрий Драздов – Хранитель (страница 3)

Костя и Зубр переглянулись и кивнули.

— Вторая задача — стены, — продолжил Александр. — Сейчас наш периметр — это просто груды обломков и ржавые остовы машин. Тварь или мародёр пройдут через них, как нож сквозь масло. Нам нужны настоящие укрепления. Не бетонные стены — у нас нет на это ни времени, ни ресурсов. Но мы можем использовать то, что есть в изобилии. Металл. Рельсы, балки, обломки шагающих роботов, кузова грузовиков. Мы вкопаем их в землю под углом, создадим «зубы дракона» — препятствие, которое не даст крупным тварям прорваться, а мелких заставит замедлиться и подставиться под огонь.

Он указал на Ворона.

— Ворон, ты знаешь местность. Ты знаешь, откуда могут прийти угрозы. Твоя задача — вместе с Еленой и Зандером определить ключевые точки периметра, где нужно ставить укрепления в первую очередь. Северное направление — самое опасное, там пустоши и твари. Южное — потенциальный путь отхода к «Старой Башне», его нужно держать открытым, но под контролем. Восточное и западное — фланги, их нужно укрепить, но не в ущерб северу.

Ворон, до этого молча стоявший у стены, вышел вперёд и склонился над картой. Его бледное лицо было сосредоточенным, а разноцветные глаза быстро бегали по линиям и пометкам.

— Север — да, — произнёс он медленно. — Там овраг, по которому часто мигрируют твари. Если перекрыть его «зубами дракона» и поставить огневую точку на крыше банка, можно держать оборону малыми силами. Восток — гаражи, там много укрытий, хорошее место для засады, но и для прорыва тоже. Запад — открытое пространство, бывшая парковка. Там тварям негде укрыться, но и нам тоже. Нужны будут окопы или баррикады.

Александр кивнул.

— Хорошо. Значит, ты и Елена займётесь разведкой и планированием укреплений. Лира — ты отвечаешь за патрули и охрану периметра. Распредели людей по сменам, организуй наблюдательные посты. Мы не можем допустить внезапного нападения. Зандер — твоя задача: оружие и боеприпасы. Проведи инвентаризацию всего, что у нас есть, и всего, что мы можем добыть. Разберись с трофеями, которые мы сняли с рейдеров. Импульсные винтовки, экзоскелеты, энергоячейки — всё это нужно учесть, починить, распределить.

Зандер кивнул, хотя на его лице читалось сомнение.

— Саша, импульсные винтовки — это, конечно, круто, но патронов к ним почти нет. Те, что мы сняли, были почти разряжены. А без патронов это просто дорогие дубины.

— Знаю, — ответил Александр. — Поэтому твоя задача — не просто посчитать, но и найти способ зарядить или заменить. В гаражах могут быть старые генераторы. В подвалах — запасы энергоячеек. В крайнем случае, попробуем переделать их под наши патроны. Костя и Зубр помогут с технической частью. Вопросы?

Вопросов не было. Люди смотрели на него с ожиданием, но не с пустым — с готовностью. Они знали, что делать. У них был план. У них была система. У них был лидер.

— Тогда за работу, — сказал Александр. — Вечером — общий сбор у костра. Будем подводить итоги дня и корректировать планы. Всё, все свободны.

Люди начали расходиться. Кто-то сразу направился к выходу, кто-то задержался, обсуждая детали. Лира подошла к Александру и тихо сказала:

— Ты хорошо говорил. Убедительно. Даже я почти поверила, что у нас есть шанс.

Александр усмехнулся.

— Почти?

— Я всегда в тебя верила, Саша, — ответила она серьёзно. — С первого дня. Когда ты был просто испуганным бухгалтером с дрожащими руками. Я не знаю почему, но я чувствовала: ты особенный. Ты не такой, как все. Ты не сдаёшься. Ты считаешь. И ты всегда находишь выход. Даже когда кажется, что выхода нет.

Она положила руку ему на плечо и заглянула в глаза.

— Просто... не забывай о себе, ладно? Ты тоже человек. Ты тоже устаёшь. Ты тоже имеешь право на слабость. Не взваливай всё на себя. Мы — команда. Мы — «Меридиан». Мы справимся. Вместе.

Александр посмотрел на неё. На её лицо, покрытое шрамами и следами усталости, но такое живое, такое родное. На её серые глаза, в которых горел тот самый огонь — огонь решимости, веры, преданности. Он чувствовал тепло её руки на своём плече, и это тепло разливалось по телу, прогоняя холод и страх.

— Спасибо, Лира, — сказал он тихо. — Я знаю. И я помню. Просто... сейчас не время для слабости. Сейчас время строить. Когда Форт будет стоять прочно, когда у нас будет вода, еда, стены, когда люди перестанут бояться каждого шороха... тогда, возможно, я позволю себе выдохнуть. А пока — работа.

Лира кивнула, убрала руку и направилась к выходу. Александр остался один в опустевшем зале. Он стоял у стола, глядя на карту, на пометки, на расчёты Михаила, и в голове его продолжали крутиться цифры. Ресурсы. Время. Люди. Риски. Баланс. Он должен был свести его. Как всегда.

---

Сцена 2. Стены, Вода и Вера

Следующие три дня слились для Александра в один непрерывный поток дел.

Он просыпался затемно, ещё до того, как серый рассвет пробивался сквозь ржавую пелену облаков, и сразу шёл на обход. Проверял посты, разговаривал с часовыми, смотрел, как продвигаются работы. Потом возвращался в штаб, где его уже ждал Михаил с кипой берестяных табличек — сводки о расходе ресурсов, отчёты о проделанной работе, заявки на материалы. Александр просматривал их, делал пометки, распределял задачи. Потом шёл на стройку — туда, где Костя и Зубр руководили установкой «зубов дракона». Там он использовал «Механическую Эмпатию» — не для боя, а для созидания. Он «напоминал» молекулам металла на стыках, что они были единым целым, заставляя ржавые рельсы и балки срастаться в монолитные конструкции. Это было медленно, кропотливо, требовало огромной концентрации, но результат стоил усилий. Швы получались прочнее любой сварки, а конструкции — устойчивее, чем если бы их скрепляли болтами.

После обеда — если можно было назвать обедом скудный паёк из синтезированного мяса и травяного отвара — Александр спускался в подвал банка, где шли работы по восстановлению скважины. Там было темно, сыро, пахло плесенью и ржавчиной. Костя и Зубр, вооружившись ломами, гаечными ключами и какой-то древней, чудом уцелевшей дрелью, пытались реанимировать насос. Александр помогал им своим «чутьём» — он «прощупывал» трубы, находил трещины и засоры, «напоминал» ржавчине о том, что она должна быть герметичной. Медленно, миллиметр за миллиметром, они продвигались. И на третий день, ближе к вечеру, из трубы с хрипом и бульканьем выплеснулась первая струя воды. Грязной, ржавой, с примесью песка — но воды.

Люди, собравшиеся в подвале, закричали от радости. Костя, огромный и мрачный, неожиданно улыбнулся и хлопнул Зубра по плечу так, что тот пошатнулся. Зубр, обычно угрюмый и молчаливый, ответил ему такой же улыбкой. Даже Михаил, стоявший в углу со своим неизменным блокнотом, отложил его и подошёл, чтобы потрогать воду руками.

— Работает, — прошептал он, и в его голосе слышалось почти благоговение. — Саша, она работает. У нас есть вода.

Александр стоял, глядя на мутную струю, и чувствовал, как внутри него разливается тепло. Не от магии — от чего-то другого. От осознания, что они сделали это. Что они не просто выживают — они строят. Создают что-то, что останется после них. Что-то, что даст жизнь другим.

— Это только начало, — сказал он. — Нужно поставить фильтры, прочистить трубы до конца, проверить качество воды. Но да, у нас есть вода. И это — наша первая большая победа.

Вечером у костра, когда все собрались после тяжёлого дня, Александр объявил о successе со скважиной. Люди радовались — искренне, без оглядки. Кто-то даже плакал. Александр понимал их: вода в Элизиуме была ценнее золота. Чистая вода — тем более. То, что они сделали, давало им не просто ресурс — оно давало им будущее.

Но он также знал, что расслабляться рано. Вода — это только первый шаг. Впереди было ещё много работы.

---

На четвёртый день Александр решил заняться тем, что откладывал с самого прибытия в Форт, — обучением новичков.

Идея пришла ему в голову после разговора с Артёмом, братом Лиры. Парню было шестнадцать, он был худым, бледным, с горящими глазами и неуёмной жаждой деятельности. Он всё время крутился возле старших, просил дать ему оружие, рвался в патрули, но Лира строго-настрого запретила ему покидать периметр Форта. Артём злился, обижался, но подчинялся. И вот в один из вечеров он подошёл к Александру.

— Александр, — сказал он, запинаясь от волнения, — научи меня магии. Ну, той, которую ты используешь. Я хочу быть полезным. Не просто таскать железки и стоять на посту. Я хочу... как ты. Понимать металл. Чувствовать его. Делать что-то важное.

Александр посмотрел на него. Худой, нескладный подросток с горящими глазами и дрожащими от нетерпения руками. Он напомнил ему самого себя — только не того, кем он стал, а того, кем он был когда-то. Испуганного, неуверенного, но полного желания изменить свою жизнь. Стать кем-то. Сделать что-то значимое.

— Хорошо, — сказал он. — Завтра утром. Приходи в гараж, где Костя чинит вездеход. И захвати с собой свой нож. Тот, ржавый, который тебе дал Костя.

На следующее утро в гараже собралась целая группа. Артём пришёл не один — с ним увязались ещё трое: девушка по имени Мира, бывшая «дикарка», которую Елена спасла во время одного из рейдов; парень лет двадцати по имени Тимур, один из новичков, пришедших в «Меридиан» после победы над Ордой; и даже один из бывших «Ангелов» — молодой рейдер по имени Кайл, который, казалось, искренне заинтересовался возможностью научиться чему-то новому. Они сидели на ржавых ящиках, переглядываясь с любопытством и опаской.