Юрий Чирков – Сага о стрессе. Откуда берется стресс и как его победить? (страница 21)
Эмоциональный стресс почти не упоминался в работах Ганса Селье. Ученый увлекся эндокринными, гипофизарно-надпочечными механизмами стресса. Он явно недооценивал важных изменений, происходящих в центральной нервной системе (ЦНС), которые несут с собой стресс. Эту односторонность учения Селье о стрессе не раз отмечали советские исследователи.
Они же пытались восполнить пробел. К примеру, возвращаясь к модельным опытам («интеллектуальный» их вариант проводился в МГУ), отметим то ценное, что попытались извлечь из этих исследований советские медики.
Больных коронарным атеросклерозом просили выполнить (за короткое время) различные несложные операции устного счета. Даже такое небольшое напряжение сразу же повышало свертываемость крови у испытуемых.
Исследователи надеются, что когда-нибудь так можно будет уточнять диагноз, и у кардиологов появится «психотренажер» для профилактики раннего распознавания «эмоциональных» болезней сердца.
3.4. Формула эмоций
Стоит лишь на минуту представить себе жизнь людей, лишенную эмоций, как сейчас же перед нами откроется глубокая пропасть взаимного непонимания и полной невозможности установить чисто человеческие взаимоотношения. Мир таких людей был бы миром бездушных роботов, лишенных всей гаммы человеческих переживаний и неспособных понять ни субъективные последствия всего происходящего во внешнем мире, ни знания своих собственных поступков для окружающих. Страшная и мрачная картина!
Об эмоциях стоит поговорить особо.
Лев Николаевич Толстой насчитал у человека 97 улыбок и 85 выражений глаз. Множество эмоциональных оттенков подметили не только писатели, но и художники, скульпторы, кинорежиссеры.
Ученые, однако, тут более строги. Они считают, что существует лишь 9 основных эмоций, и перечисляют их:
эмоции радости, удивления и грусти,
эмоции гнева, отвращения и страха,
эмоции интереса, презрения и стыда.
Все эти эмоции, полагают ученые, носят врожденный характер: они выражаются и понимаются совершенно одинаковым образом всеми людьми независимо от уровня их развития, как знакомыми с письменностью, так и теми, кто лишен контактов с современной цивилизацией. Но, понятно, от народа к народу, от расы к расе способы проявления эмоций меняются. Скажем, жители стран Востока гораздо более сдержанны, нежели Запада.
Японская семья, оплакивающая умершего, скрывает свое горе и отчаяние от посторонних.
«Один писатель сказал мне, – писал о Китае в книге «Люди, годы, жизнь…» советский писатель Илья Эренбург (1891–1967), – что не мог встретиться со мной – его жена была тяжело больна, три дня назад она умерла; говоря это, он смеялся. У меня мурашки пошли по коже, потом я вспомнил, что Эми Сяо мне говорил: «Когда у нас рассказывают о печальном событии, то улыбаются – это значит, что тот, кто слушает, не должен огорчаться».
Стремятся подавить эмоции, остаться внешне спокойными и индийцы. В Индии говорят: «Умей держать свое лицо на запоре».
Эмоции выражаются в мимике, интонации голоса, движениях тела. Эти средства не дадут возможности рассказать о строении Вселенной или о тайнах атома, но как много говорят они о другой вселенной – ЧЕЛОВЕКЕ!
Задолго до того, как ребенок произносит первое слово, мать умеет узнавать обо всех его потребностях. Без всяких слов ясно, радуется малыш или грустит, рассержен или напуган, удивлен или смущен.
Эмоции также и «ГРОМООТВОД» при стрессах. Мышцы лица при эмоциональном напряжении используют некоторую часть нервной энергии. Хроническое вынужденное подавление эмоций сулит беду: психическая энергия обрушится на чувствительные внутренние органы, станет причиной болезней.
Это было подтверждено в специальных экспериментах. Действительно, у лиц с яркой мимикой частота сердцебиений, дыхания и другие отклики на стресс были выражены менее значительно.
Еще в прошлом веке эмоции делили на положительные и отрицательные. Но судить о них количественно? Это завоевание новейшего времени.
Хорошо известна, к примеру, информационная теория эмоций (1970 год), развитая советским психофизиологом, академиком Академии наук СССР Павлом Васильевичем Симоновым.
СИМОНОВ (1926–2002) – психофизиолог, биофизик и психолог. Академик, доктор медицинских наук, профессор. Лауреат Государственной премии СССР (1987) за создание и разработку методов диагностики и прогнозирования состояния мозга человека.
Отца Симонова – офицера Станислава Венедиктовича Станкевича (уроженца и жителя Ленинграда, поляка, беспартийного) – репрессировали в 1937 году. Был арестован, приговорен по статье 58 и через неделю расстрелян.
Павла с матерью и сестрой, как бесправных и презираемых членов семьи «врага народа», собирались выслать из Ленинграда. Их соседом в доме, к счастью, был известный скульптор Василий Львович Симонов (1879–1960). Он принял самое активное участие в устройстве судьбы 11-летнего подростка, не только усыновил его, но и дал ему свою фамилию и отчество. Мать же Павла с дочерью Галиной были отправлены в ссылку.
В блокадном Ленинграде скульптору и его приемному сыну довелось изрядно голодать. Павел Васильевич признавался, что первая треть его жизни прошла в состоянии почти хронического голода.
В 1942 году скульптор с приемным сыном поехал в Ташкент, который считался в те годы «хлебным городом». Но Василий Львович тяжело заболел и оказался в госпитале. А Павел скитался в поисках ночлега и пропитания. И тут ему опять повезло. Он встретился с учеником И.П. Павлова, будущим директором Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН Эзрасом Асратовичем Асратяном (1903–1981). Тот помог 16-летнему Павлу устроиться на работу лаборантом в Ташкентский государственный медицинский институт.
Эта встреча и работа в мединституте в конечном итоге привели к тому, что Симонов в 1946 году поступил в Военно-медицинскую академию в Ленинграде, окончив ее в 1951 году.
Служил военным врачом батальона парашютно-десантных войск в городе Полоцк. Практически с первых лет врачебной практики начал заниматься научно-исследовательской работой. И вскоре стал научным сотрудником, потом руководителем лаборатории Главного военного госпиталя имени Николая Ниловича Бурденко.
В 1962 году Симонов начал работать в Институте высшей нервной деятельности и нейрофизиологии Российской академии наук в должности заведующего лабораторией, а с 1982 года после смерти Асратяна стал директором этого института. Одновременно был профессором кафедры высшей нервной деятельности биологического факультета МГУ.
Научные работы Симонова посвящены изучению мозговых основ поведения. Им создан и экспериментально обоснован потребностно-информационный подход к анализу поведения и высших психических функций человека и животных. Он позволил дать научное обоснование таким ключевым понятиям общей психологии, как потребность, эмоция, воля, сознание.
Главные вопросы, которые интересовали Симонова, видны из названий его основных книг-работ: «Эмоциональный мозг» (1981 год), «Мотивированный мозг» (1987 год) и «Созидающий мозг: нейробиологические основы творчества» (1993 год).
Симонов различал сознание, подсознание (о нем у нас будет идти речь в 9-й главе этой книги) и сверхсознание. Интуицию, творческое начало, способность создавать такие рекомбинации следов памяти, которые до этого никогда не встречались в опыте данного человека-творца.
В частности, Симонов писал: «Я считаю, что каждый ученый должен обладать уникальным сочетанием мыслительной способности и художественным видением мира».
В книге «Мотивированный мозг» обсуждается, в частности, и природа Интернета. Симонов относит потребность в новой информации к идеальным потребностям, одна из характеристик которых заключается в том, что они потенциально не насыщаемы.
И это дает исчерпывающее объяснение, почему человек может часами сидеть за компьютером просматривая страницу за страницей и поглощая информацию, которая ему ну никак не пригодится в жизни. Основная цель в данном случае – удовлетворение потребности в новой информации.
Междисциплинарный характер исследований Симонова и его сотрудников создал основу для комплексного изучения человека физиологами, психологами, социологами, представителями других областей знаний.
«Наука опирается на принципы презумпции доказанного… – писал академик Павел Васильевич Симонов. – Все остальное принадлежит царству веры, а верить можно во что угодно, поскольку свобода совести гарантируется законом».
Еще он утверждал, что самый достойный способ употребления денег для него «было бы прикупить время для работы», если бы это было возможно.
У Симонова было двое детей, они стали известными в нашей стране людьми. Сын – Юрий Павлович – профессор МГИМО, известный ведущий телепередачи «Умники и умницы», он автор ряда книг. Дочь – Евгения Павловна – народная артистка России, актриса Московского драматического театра имени В.В. Маяковского, снявшаяся в многочисленных фильмах.
Павел Васильевич широко известен, как творец информационной теории. Что это такое?
Если кратко, то Симонов считал, что эмоция (Э) пропорциональна потребности (П), а знак эмоции зависит от соотношения между величиной информации, необходимой для удовлетворения потребности (Н), и существующей наличной информацией (С).