Юрий Буреве – Клон (страница 1)
Юрий Буреве
Клон
Глава 1: Золотой шанс
Командировка затянулась в унылую, липкую от дождя бесконечность. Н-ск встретил Ирину серым небом и безликими стеклобетонными коробками. Семьдесят третий день. Контракт был на исходе, но каждый новый протокол, каждая правка порождали ещё два. Олега она видела только через экран телефона, и в последний раз он, уставший, бросил: «Держись там, скоро кончится». «Скоро» не наступало.
Вечером пятницы, когда тоска стала физической – сжатым комом под рёбрами, – она решила надавить на реальность. Надела чёрное платье, которое Олег называл «убийственным», наметила бар в центре, стильный, с приглушённым светом. Просто выпить. Может, даже поговорить с кем-то, – убеждала она себя, имея в виду лёгкий, ничего не значащий флирт, крохотную порцию чужого внимания как лекарство.
Бар оказался полон. Одиночные мужчины у стойки, компании за столиками. Ирина заняла место, сделала заказ, ловила взгляды. Их не было. Ни одного скользящего, заинтересованного, оценивающего. Она будто была сделана из воздуха. Молодой человек рядом спросил у бармена про крепость виски, обернувшись, посмотрел сквозь неё, будто на пустой стул. Жаркий стыд подкрался к щекам. Её тридцать два года, фигура, за которой она истязала себя в зале, умело подчёркнутое платье – всё растворилось в этом равнодушном пространстве. Она была невидимкой. Возможно, самым страшным видом призрака – тем, кто ещё чувствует своё тело, но для мира его уже не существует.
Она допила коктейль, ощущая во рту привкус не сахара и лайма, а горькой пыли. В метро было невыносимо, и она села на автобус. В наушниках гремел агрессивный электронный трек, бивший в виски. Она смотрела в тёмное окно, на расплывающиеся от дождя огни, и думала о том, как время, незаметно, начало точить её изнутри. Её не видят мужчины. Работа стала рутиной. Даже с Олегом разговоры скатывались к быту. Что-то ушло, испарилось, и она только сейчас, в душном салоне автобуса, осознала размер этой пустоты.
Парень в спортивной куртке сел рядом. Он что-то говорил, жестикулировал, улыбался. Она увидела движение его губ периферийным зрением. Музыка в ушах заглушала всё. Она просто отвернулась к окну, сделав вид, что погружена в созерцание ночи. Через две остановки он, пожав плечами, ушёл. И правильно, – с какой-то злой мыслью подумала Ирина. Зачем ему невидимка?
Её остановка была на окраине спального района. Дождь превратился в моросящую изморось. Ирина, поёжившись, быстро зашагала к своему дому-муравейнику. И тут взгляд зацепился за клочок неестественно яркой, ядовито-розовой бумаги, прилепленный к фонарному столбу. Буквы кричали жирным чёрным шрифтом: «ОМОЛОЖЕНИЕ ЗА КОПЕЙКИ! ВЕРНИ СЕБЕ 10 ЛЕТ! ВСЕГО ОДНА ПРОЦЕДУРА!» Ниже был номер телефона.
Обычно она проходила мимо. Считала это шарлатанством. Но сейчас, промокшая, невидимая, ощущавшая на плечах тяжесть всех этих дней, она остановилась. Десять лет. Это снова стать двадцатидвухлетней? Энергичной, лёгкой, с кожей, сияющей от одного только здоровья, а не от слоя тонального крема? Её рука почти сама потянулась к телефону в кармане.
«Просто позвонить. Узнать», – прошептала она, набирая номер. Трубку взяли сразу, после первого гудка.
«Центр эстетики и долголетия «ВитаНова», здравствуйте!» – женский голос был медовым, профессионально-дружелюбным.
Ирина сбивчиво объяснила, что видела листовку. Голос на другом конце не проявил ни тени навязчивости, лишь спокойно и обстоятельно рассказал об уникальной биостимулирующей процедуре на основе пептидов и собственных стволовых клеток. Акция, объяснила администратор, проводится для сбора клинических данных, поэтому цена символическая – в десять раз ниже рыночной. «Мы выбираем кандидатов тщательно, чтобы данные были релевантными. Вам повезло, у нас как раз есть квота».
«А клиника где?» – спросила Ирина, ожидая услышать название какого-нибудь полуподвала.
«Наш главный центр на Преображенском проспекте, 25. Это историческое здание, бывшая усадьба, полностью отреставрированное. У нас самое современное оборудование из Швейцарии».
Преображенский проспект. Самый центр, дорогой, респектабельный район. Мысль о подвохе отступила. Разводчики не арендуют палаццо в центре города. Сомнения, однако, шевельнулись: «А почему так дёшево? И что за процедура?»
«Как я сказала, это исследовательская программа, – голос оставался ровным. – Мы компенсируем часть стоимости. Процедура – инъекционный комплекс. Безоперационно, реабилитация минимальна. Вы просто приходите и уходите с результатом. Эффект накопительный, пик омоложения – через месяц. Но лёгкость, тонус вы почувствуете сразу».
«Что может пойти не так в центре города?» – эта мысль, последний аргумент разума, была сметена волной отчаянного желания что-то изменить. Сейчас. Немедленно. Хотя бы внешне. Чтобы снова ловить взгляды. Чтобы Олег ахнул, когда она вернётся.
«Записывайтесь. Завтра в 18:30 есть окно».
На следующий день, ровно в полседьмого, Ирина стояла у кованых ворот усадьбы. Всё было правдой: старинный особняк, идеальный газон, стильная табличка «VitaNova» с мелким, почти незаметным шрифтом. Внутри – тишина, запах дорогого дерева и кофе, мягкий свет. Никакой очереди, только администратор за стойкой, та самая, с телефонным голосом, теперь воплотившаяся в элегантную женщину в белом халате поверх делового костюма.
«Ирина? Прошу вас, вас уже ждут».
Её провели по тихому коридору в кабинет, больше похожий на кабинет дизайнера-минималиста: белые стены, хромированные детали, кресло, напоминающее космическое сиденье. Врач, представившийся Антоном Сергеевичем, был молод, приветлив, с тёплыми глазами и безупречно чистыми руками.
«Не волнуйтесь, всё просто. Сначала сканирование, чтобы подобрать точный состав коктейля», – его голос убаюкивал.
Она села в кресло. К её вискам и груди прикрепили датчики. На мониторе замелькали какие-то графики, цветные карты тела. Антон Сергеевич что-то тихо комментировал ассистентке. «Отличные данные, потенциал огромный…»
«Ложитесь поудобнее. Сейчас сделаем инъекцию. Это витаминно-пептидный комплекс с миорелаксантом мягкого действия, чтобы снять стресс и улучшить проникновение. Вы расслабитесь, это часть процедуры».
Укол в вену на сгибе локтя был почти неощутим. Прохладная волна пошла по руке. «Считайте от десяти», – мягко сказал врач.
«Десять… девять…» Мир начал мягко плыть, края зрения подёрнулись лёгкой дымкой. «Восемь… семь…» Голос Антона Сергеевича стал отдалённым, как из туннеля: «Идеально. Начинаем фазу синхронизации…» Шесть… Она попыталась сфокусироваться на слове «синхронизация», но мысль соскользнула. Пять… Четыре… В ушах зазвучал мягкий, монотонный гул. Три… Взгляд упал на потолок, где встроенные светильники вдруг стали расплываться в сияющие ореолы. Два…
Пробел.
Очнулась она от лёгкого касания к плечу. «Всё, Ирина, готово. Как ощущения?»
Она села. Головокружение было приятным, как после бокала шампанского. Тело – невесомым, будто с неё сняли рюкзак с камнями, который она тащила все эти месяцы. В голове – ясная, звонкая пустота. И странное… выпадение. Отсчёт. Что было между «два» и этим моментом? Не помнила. Только смутное ощущение глубокого, бездонного сна без сновидений.
«Это нормально, – улыбнулся врач, как будто прочитав её мысли. – Реакция на релаксант. Эффект будет нарастать. Пейте больше воды сегодня».
На выходе ей вручили элегантную папку с памяткой и визиткой. Процедура заняла… сколько? Час? Полтора? Она не могла вспомнить – выпавший кусок времени был абсолютно плоским, без намёка на содержание.
На улице вечерело. Она шла, и ветерок казался ласковым. Тоска куда-то ушла. Она достала телефон и, не раздумывая, позвонила Олегу по видео. Он ответил, был на кухне, за плитой.
«Привет!» – её голос прозвучал неожиданно звонко даже для неё самой.
«О, Ир! Ты в порядке?» – он присмотрелся.
«В полном. Скоро вернусь, соскучилась», – она улыбнулась во весь рот, и улыбка не была наигранной. Она чувствовала прилив нежности и какого-то нового, забытого тепла.
«Жду. Береги себя».
В арендованной квартире она включила свет, и её отражение в зеркале прихожей будто помолодело. Не внешне – пока нет, но в глазах появился блеск, который она давно в себе не видела. Эйфория от процедуры ещё висела в воздухе.
Она пошла в душ, чтобы смыть остатки дня. Струи горячей воды били по плечам, по спине. Она провела ладонями по телу, и кожа под пальцами отозвалась необычной, почти электрической чувствительностью. Как будто каждое нервное окончание выведено на поверхность. Мысли уплывали, оставались только ощущения: тепло воды, скольжение мыльной пены, собственное дыхание, учащающееся без причины.
Её рука скользнула ниже, по животу, к лобку, почти машинально, как делала это иногда от скуки или напряжения. Но сегодня всё было иначе. Прикосновение вызвало не привычную слабую волну, а резкий, почти болезненный разряд удовольствия. Она ахнула, прислонилась лбом к прохладной плитке. Пальцы задвигались быстрее, настойчивее, уже не лаская, а требуя. Это было грубо, по-животному, вне её контроля. Она не узнавала своё тело – оно вздымалось, выгибалось, отвечая на каждый толчок пальцев судорожными спазмами. Оргазм накатил не волной, а обрушился всей своей массой – внезапно, сокрушительно, вырывая из горла хриплый, незнакомый крик. Ноги подкосились, она едва удержалась, схватившись за смеситель, поскользнувшись на мокром полу. Сердце колотилось, выпрыгивая из груди.