Юрий Белк – Парсек до Земли (страница 2)

Прошло уже несколько минут, когда Ричард заметил, что лес стал меняться перед его глазами. Деревья стали все более оживленными и густыми, которые проникал сквозь листву леса.

… сердце забилось быстрее.

Так неожиданно они увидели огненное кольцо, парившее над землей над водорослями рядом с берегом. Бэйли начала визжать, как ребёнок, но Ричард не ощущал страха, если только немного, и жажда увидеть и разгадать, понять необычное явление посреди леса его раззадоривало, и страх исчезал.

Первое, что Ричард почувствовал после, – это космическая тишина и отсутствие голода. Он полностью забыл о своей привычной потребности в пище. Удивительно, но его тело начало извлекать энергию из окружающей среды, подпитываясь необычными энергетическими источниками вокруг. Собаки рядом уже не было.

Ричард стал свидетелем племени гигантских древних деревьев, которые общались друг с другом через корни, создавая сеть интеллектуальной связи. Он побывал в городе подводных существ, которые дышали водой и владели магией океанов. Издалека наблюдал за жизнью людей-птиц, способных перелетать через ущелья, он увидел динозавров, мирно пасущихся на лугу, как коровы.

Ричард не понимал, сколько времени прошло, но ему захотелось обратно домой, потому что ему становилось некомфортно и даже страшно.

И он решил вернуться домой, и, когда только подумал об этом, он появился рядом с деревом, где он попал в портал, сидела его собака.

– А я тебя искал там и не нашёл.

Бейли повиляла хвостом и начала виться у его ног. Так они вернулись домой. Собака бежала впереди и постоянно показывала Ричарду дорогу.

Когда они вернулись домой, он обнаружил, что на календаре было то же самое число, когда он уходил в лес. Холодильник, который был сломан до этого, он начал использовать вместо полки для книг.

Ему хотелось рассказать всё, что он увидел и через что прошёл, но ему никто не верил.

Но ему трудно стало общаться с людьми, люди его чурались, избегали, старые друзья считали, что он тронулся умом. И Ричард решил вернуться в лес, где он прошёл через портал раньше, но у него не получилось это сделать. Лес полностью изменился, точнее, он выгорел, и остались только головешки от этого места. Он начал ходить в разных направлениях в надежде попасть в портал, но каждый раз он чувствовал, что ему становилось тяжелее и тяжелее ходить.

Солнце уже уходило за горизонт, и до наступления темноты Ричард решил вернуться обратно домой, пока окончательно не заблудился. Идти ему было всё тяжелее. Дойдя до своего дома, он поздоровался с соседями, но ему никто в ответ не поприветствовал.

Зайдя домой, он решил окунуться в тёплую ванну и побриться. В зеркале на него смотрел глубокий старик.

Жесты

Все люди внезапно перестали понимать друг друга. Понятно, что сначала это вызвало недоумение и испуг, но вскоре превратилось в настоящий хаос. Люди изолировались, избегая всякого общения, надеясь, что это проходящий кризис. Однако часы превратились в дни, а дни – в недели, но ситуация не менялась.

В то же время животные – собаки, кошки, птицы – начали между собой общаться безо всякого труда. Оказалось, что они давно уже понимают друг друга, но просто не имели возможности об этом сказать вслух. Понимание и совместная координация позволяли им вести активное обсуждение текущих событий и даже планировать свои действия. Животные принялись собираться, чтобы выслушать друг друга, понять причины странного состояния людей и решить, что с этим делать.

Так началась настоящая эра звериной дипломатии. Животные проводили мирные конференции, спорили, вырабатывали стратегии и планы действий. Им удалось найти общий язык и сотрудничать между собой, несмотря на разнообразие видов.

Чем дольше животные собирались и обсуждали планы, тем больше становилось ясно: они решительно против людей. Их озлобление и возмущение усиливались с каждым новым днем безразличия и непонимания со стороны людей.

Наконец, животные приняли решение – развязать войну против людей.

Война началась неожиданно и беспощадно. Животные использовали свои инстинкты, скорость и силу в схватках с людьми. Они знали, как выполнить свою миссию, и они решительно шли к своей цели.

Люди, в свою очередь, жили в страхе и раздробленности. У них не было понимания, почему животные вступили в войну, только непонимание и страх. Они пытались организовать защиту, но у них не было единства и координации действий. Была только паника и смута.

Война продолжалась несколько лет, и по мере разрушения города и всемирной паники уже почти ничего не было освобождено от влияния животных. Люди осознали свою беспомощность перед животным миром. Они наконец поняли, что воздействие животных оказалось настолько сильным, что они уже не могут контролировать происходящее.

Люди пытались общаться друг с другом жестами и как-то устроить сопротивление животным, но это была плохая идея, потому что животные, которые видели людей, которые машут друг другу руками, передавали эту информацию хищникам.

Людям пришлось спасаться от хищников, прикидываясь животными, одеваясь в их облачения. Но в один день всё изменилось, как оказалось, одно животное решило заступиться за людей и пустило слух среди своих сородичей, что люди такие же, как они, просто у них не растёт шерсть.

В один из дней испуганные люди начали ощущать, что им захотелось заговорить, и это случилось настолько внезапно, что долгое время молчавшие они начали громко разговаривать друг с другом.

Звери, узнавшие об этом, быстро договорились делать вид, что не умеют говорить, и всё вернулось на прежнее место, когда люди общались, звери молчали.

Ящик

В угрюмом мире людей сон обволок моё сознание, руки и ноги мёрзли, но нужно было поспать, и я начал дремать.

…злобные птички с искаженными рожицами и заросшей перьевой гривой неуклюже танцевали вокруг меня, наседая своими острыми клювами. Что-то в районе колена непомерно кусало, словно пчела, притворяющаяся летающей мухой.

Но вдруг я резко проснулся и увидел человека, который приближался к мусорному баку.

– Зачем они его выбрасывают в этот яркий ящик? И откуда они берут еду в этот холодный день, сейчас же ничего не растёт и охотиться тяжело? – думал я, рассматривая заодно автомобиль, выезжающий со двора.

Я тихо сидел у края дороги, как взрослый мужчина выбрасывает пакеты, откуда пахло едой. – Наверное, они его дома печатают, раз не жалко выбрасывать, – подумал снова я, вспомнив свою планету, где они очень тяжело добывали еду и в конце концов нам пришлось перебраться на эту планету, спасаясь от голода.

В момент полёта, как рассказывали мои родители через предание поколений, собаки перессорились и поклялись, добравшись до голубой планеты, которая была третьим по счёту от яркой звезды, перестать общаться между собой, и каждый дальше будет выживать по-своему. Да, мы собаки.

Так мы потеряли связь и тайные знания своих прородителей и сейчас вынуждены побираться по городам и деревням в поисках еды. Мы продолжаем общаться при помощи мыслей между другими собаками, не издавая звуков, изредка лаем, делая вид перед людьми, которые здесь занимают верховное положение, что мы не умеем разговаривать.

Парсек до Земли

– Алойз, я даже не знаю, как сказать, но я увольняюсь с работы, – неуверенным голосом произнесла Джессика, стараясь скрыть тревогу в глазах. Она работала в отделе трудовых споров компании.

– Что?! Ты серьезно? – Алойз ошеломленно посмотрел на свою коллегу. – Но почему? Ты же недавно устроилась к нам на работу, по-моему, буквально прошлой весной.

Джессика вздохнула, пытаясь найти подходящие слова.

– Алойз, эта работа – она просто не для меня. Все эти долгие часы, проведенные перед компьютером, бездушные отчеты, бесконечные совещания, – ее голос перешел в шепот, и она медленно при этом, непонятно зачем, поворачивала головой в разные стороны, хотя, можно сказать, она мысленно отрицала происходящее или просто разминала шею, однозначно сказать было невозможно.

– Но мы оба знаем, что эту работу выбирают не из собственных желаний, а из-за невозможности найти что-то получше. Экономика сейчас не в своей лучшей форме, – ответил Алойз, пытаясь найти общий язык с Джессикой.

– Я хочу стать писательницей, я хочу творить и делиться своими идеями с людьми. Это то, что действительно волнует мое сердце, а не процессы и документация и не унылые лица при приёме и увольнении с работы.

– Теперь ты сама себя будешь увольнять, ты же начальник кадров, – громко засмеялся Алойз, и его смех подхватила Джес.

Алойз задумчиво посмотрел на Джессику и медленно кивнул.

– Я понимаю тебя, Джесс. Эта работа не всегда приносит радость и удовлетворение. И если ты уверена в своих возможностях и своей страсти к писательству, то тебе следует преследовать свою мечту.

– Спасибо, Алойз. Твое понимание значит мне очень много. И я знаю, что решение покинуть это место – это правильный шаг для меня, хотя я, конечно, могу и пожалеть через некоторое время об уходе с работы и потере дохода, который я получала бы, работая на фиксированную работу, маленькую, но гарантированную.

Джон улыбнулся и пожал плечом.

– Желаю тебе только успехов, Джесс. Я уверен, что ты станешь прекрасным писателем, и твои истории воодушевят многих. Удачи в твоем творческом пути!