Юрий Артемьев – Портальеро. Круг шестой (страница 40)

Да ну на фиг! Как это больно-о-о… Надо было чинить себя частями, а не сразу…

Извиваясь, как насекомое, избавляющееся от кокона, я корячился на кровати. Мои движения заметили мои соседи по палате. Хорошо ещё, что они все были лежачими и никто не поднялся, чтобы помочь мне. Но один из них стал громко звать санитара. А мне это совсем было не нужно.

Я попробовал встать с постели, и у меня это получилось…

Ну, всё. Хватит. Засиделся я тут в сорок втором…

Я прикинул синус к косинусу, и решил, что для начала я попробую нырнуть в то место, которое уже давно стало мне привычным. И я точно знаю, что там сейчас никого нет.

Портал открылся сразу, сверкая алыми сполохами магического круга. Я сделал шаг… Другой… И кольцо ярко-красного пламени с лёгким хлопком схлопнулось за моей спиной.

Глава 21

Глава двадцать первая.

Объять необъятное и впихнуть невпихуемое. В общем: «Хьюстон! У нас проблемы!»

Мы все умрём, кто раньше, а кто позже.

Конец один и всё предрешено.

С годами мы, не становясь моложе,

Бодаемся с Фортуной всё равно.

Чем дальше, тем труднее почему-то

Вести за жизнь свою незримый бой.

За каждый день, за каждую минуту,

Идёт война с безжалостной судьбой.

А хрен его знает какое сегодня число и месяц, но год похоже всё же 1914.

Российская Империя Крым.

Да. Я смог переместиться туда куда и хотел, в крымскую пещеру, которую я выбрал для своего временного склада всяких полезных ништяков. И поначалу мне даже показалось, что всё идёт нормально и проблемы, возникшие по причине моего легкомысленного поведения, уже позади. Но не тут-то было.

Да. Пещера оказалась той же самой. И куча золотых слитков была на месте. И ящики с боеприпасами, винтовками, револьверами и прочим военным барахлом, изъятые мною из склада РККА, тоже оказались тут же. Вот только мне ещё бы вернуть свои способности обратно. И тогда вообще настал бы полный кайф.

Но, увы… Стоило мне сделать шаг через портал, как только-только появившиеся силы покинули меня, и я грохнулся ничком прямо на каменный пол. Мало того, брякнулся лицом вперёд. Хорошо ещё, что частично моя обожжённая морда была забинтована. Но это мало помогло. Сознание в очередной раз покинуло меня, причём надолго.

Сколько длился мой обморок, я понятия не имею. Когда я в следующий раз открыл глаза, то лучше бы я их и не открывал. Темно было, как у афромамериканца в неприличном отверстии. В прошлый-то раз, на какое-то время всё кругом осветилось от алых сполохов открытого портала. Но сейчас, без всякого источника света, не видно было ни зги. Никаких фосфоресцирующих жучков или светящегося в темноте мха тут, как я понял, не водилось. Так что срочно надо бы озаботиться созданием хоть какого-то источника света.

Но создать при помощи магии светящийся огненный шарик, как я с лёгкостью это делал раньше, не получилось. Кроме головной боли ничего не появилось. Зато в рту появился кислый медный привкус и очень захотелось промочить чем-нибудь горло. Но воды и еды у меня нет. У меня вообще ничего сейчас нет. Я валяюсь обессиленный в кромешной темноте. Я забинтован, как мумия, с ног до головы. И если я не смогу вырваться из этого состояния, то в конце концов всё закончится лишь тем, что найдут мою безжизненную мумию через много-много лет. Вот ведь радость будет для тех, кто наткнётся в глубокой пещере на кучу золота и оружия. А ведь я ещё не успел выложить из магического хранилища пару сорокопяток и грузовики с припасами…

Стоп. Еда там есть. По крайней мере, есть консервы, а ещё… Кажется там было несколько ящиков с алкоголем. То ли виски, то ли коньяк. Я и не разбирался толком. Но точно помню, что ящики с бутылками в кузове одного из грузовиков были.

Вот только тут снова возникает одна, ещё не решённая мною проблема. Я снова не могу пользоваться своими магическими силами. Видимо того, что вернулось тогда ко мне там, в военном госпитале Архангельска, хватило лишь на небольшое подлечивание организма и открытие портала. И это при том, что я пару кристаллов достал из хранилища и впитал их силу.

Но сейчас я снова, как выброшенная на берег рыба, только и могу что открывать рот и пытаться вдохнуть поглубже.

Там-то в госпитале меня хоть кормили и поили. Рожу мазью вонючей мазали… А тут. Засохну и высохну. Так что те, кто меня найдут, точно примут за мумию.

Ну и что мне теперь делать?

Кое-как я перевернулся и теперь лежу на спине. Подо мной каменное ложе, и сверху похоже тоже. Лежу. В потолок гляжу. Только не вижу ни хрена. Так что я даже не могу сделать вывод о высоте местных потолков. Но память подсказывает, что тут достаточно высоко, чтобы сидя в седле не задевать башкой за свисающие с потолка сталактиты… Или сталагмиты? Вот, хоть убейте, не помню, которые из них растут снизу, а которые сверху. Да это и не важно сейчас. Всё равно же ни хрена не видно. Хотя…

Я протянул вперёд свою правую руку и камень в моём перстне сверкнул желтоватым светом. Поводив рукой вправо-влево, я нашёл направление, где он светился ярче всего. Следовательно бывший золотой запас Британской империи находится там.

Ну что же. Теперь хотя бы на местности кое-как сориентировался. Золото в той стороне… А, следовательно, вон там правее сложены ящики с патронами и снарядами. Жаль, что это никак не поможет мне в решении квеста «выберись из пещеры».

Хорошо ещё, что в голове немного прояснилось. И несмотря на то, что пить и есть хотелось по-прежнему не по-детски, но почему-то я почувствовал себя немного лучше. Ещё бы магические силы хотя бы чуть-чуть восстановились, чтобы я смог воспользоваться своим хранилищем. Достал бы для начала пару кристаллов, потом свет в пещере наладил бы. На у после этого я уже занялся бы грузовиками с продуктами. Заморил бы червячка. Может после этого и жизнь наладится?

Но, тщетно. Все мои попытки так ни к чему и не привели. Никакого отклика от моего магического источника на все мои усилия так и не поступило. Печалька…

Интерлюдия.

— И куда подевался этот ваш американец?

Сердитый мужчина в форме НКВД нависал над врачом.

— Он… Исчез…

— Это и так понятно. Только вот куда он исчез? Как он мог покинуть охраняемый госпиталь? У вас тут что, совсем все расслабились? Война идёт, а вы тут… Под трибунал пойдёте все до одного…

— Он не выходил из госпиталя…

— Тогда где он? Госпиталь весь обыскали?

— Он и палату не покидал…

— Поясни!

— Соседи по палате все в один голос утверждают, что произошла какая-то ярко-красная вспышка, а когда они проморгались, этого ирландца уже не было в палате.

— А откуда известно, что он ирландец?

— Ну, как же… Патрик ОʹКинни…

— А ты уверен, что он был именно тот, за кого себя выдавал? Ведь из показаний следует, что у него было сильно обожжено лицо, отсутствовал волосяной покров и… Да как он вообще мог двигаться после тех повреждений? В его медицинской карте написано столько, что хватит на целый взвод. Как он вообще смог выжить?

— Это и для нас большая загадка. По всем признакам он должен был умереть ещё по дороге… Просто чудо, что его смогли до госпиталя довезти…

— Это вам даром не пройдёт. Чудес не бывает.

— Я тоже так раньше думал…

В темноте. 1914 год.

Российская империя. Крым.

Темнота окружала со всех сторон. Она давила и лишала последних сил. Пытаясь вглядываться в темноту, чтобы хоть что-то разглядеть, я только напрасно напрягал глаза. А тот жёлтый светлячок, что поблёскивал в камне моего перстня, только лишь делал остальное пространство более тёмным.

Звуков тоже никаких не было. практически ощущение полного космического вакуума. И только лишь каменный пол подо мной напоминал о том, что я не провалился в тёмную бездну.

Чтобы окончательно не поехать кукушкой, я решил хоть чем-то себя занять. Не придумав ничего более умного, я стал разматывать бинты на своём теле. Подсохшие корочки на местах ожогов трескались, лопались и кровоточили. Но эта боль была мне лишь помощником, подсказывая мне, что я, несмотря ни на что, всё ещё жив.

Начал я с рук. Похоже, что тогда, на корабле, я машинально закрыл лицо ладонями перед взрывом. Тем самым я смог спасти свои глаза. Но пальцы мои представляли жалкое зрелище. Кожа лоскутами сходила вслед за бинтами…

Боль не была резкой, боль не была даже сильной. Боль была постоянной и, сука, очень-очень сильной, просто всепроникающей, и пронизывающей насквозь все нервные окончания на моих руках. Я, конечно, не мазохист, но почему-то эта боль мне приносила ещё и некое облегчение. Подсознательно, я пытался послать импульс излечение к своим изуродованным рукам, но… Магический источник не откликался на мои призывы. Тогда почему мне становилось немного легче? Эффект плацебо? Делаю вид, что лечу сам себя, и мне становится от этого легче?

Не особо-то легче мне и стало. В теле снова образовалась какая-то слабость. Нет. Я не упал в обморок и не потерял сознание. Я просто опустился на каменный пол и заснул от усталости…

Сколько я спал? А хрен его знает. В полной темноте и при полной тишине время не ощущается вовсе. Только, как оказалось, возможности человеческого организма ещё не до конца изучены. И я сейчас не говорю про доставшиеся мне совершенно случайно магические способности. Я про то, что лиши человека зрения и он начнёт чувствовать пальцами малейшие точки на шрифте Брайля. А слух слепого усилится так, что он сможет расслышать звук от падения капель воды на довольно-таки большом расстоянии.