Юнта Вереск – Звездная абитура (страница 28)
— Там, выше, были мои характеристики — вес, психотип и прочее…
— Ага, у меня тоже самое.
— Они их как-то суммируют и дают рекомендации по разным специальностям. Для каждой специальности твой номер… ну, из тех двух тысяч, что здесь проходили. Если номер один, значит ты подходишь для этой специальности лучше всех остальны участников отбора, а если двухтысячный, значит хуже всех…
— Ясно… — мне захотелось посмотреть такие таблицы со своими данными, но я видела, что Альку трясет и она вот-вот разрыдается. — Так из-за чего ты расстроилась?
— На… на естественнонаучный всего восемьдесят мест. А у ммм-ме-ня… — она указала на клеточку в таблице, — т-толь-ко… то-олько сто четырнадцатый номер.
Аля все-таки разрыдалась. Я оглянулась. Только сейчас заметила, что девушки в нашей комнате ведут себя очень по-разному. Двое из них, включая Лян Лию, шепчутся и радостно обнимаются. Одна зарылась головой под одеяло и, похоже, плачет. Остальные еще перелистывали свои коммы.
Глава 14
Выбор
— Успокойся ты, не расстраивайся. Объясни: что значит эта цифра, — потрясла я за плечо Альку.
— Что я не попала в число восьмидесяти…
— Прекрати ныть! — строгим голосом сказала я. — Если я правильно поняла, восемьдесят — это те, кого примут на факультет. Но на орбитальную базу отправится в пять раз больше людей! И нас, естественников полетит туда четыреста! Ты в их число входишь. И, значит, должна доказать там, что ты лучшая!
Алька крутила головой и ничего не слышала. Наконец, магия цифр сработала. Она встряхнулась и посмотрела на меня с надеждой:
— Меня допустят… до орбиты?..
— Ну, конечно! Что ты глупишь⁈
— Ладно, пойду умоюсь…
— Прими контрастный душ, — посоветовала я, но вряд ли она услышала.
Запрыгнув на свою койку на втором ярусе, я начала искать свои данные. Где же она нашла эти таблицы? Поиск на маленьком экране — дело не самое простое, но я все добралась до нужных мне таблиц.
Перед ними шли лишь две строки — названия факультетов и вузов бесконечными графами вправо и цифры в каждой из этих граф напротив моей фамилии.
Бесчувственные черви! Да они издеваются надо мной! Я с такой силой хлопнула рукой по кровати, что подлетела вверх и спланировала на пол.
Черт, надо бы, наконец, одеться.
Облачившись в комбинезон, я натянула носки и ботинки. Взглянула наверх. Ну и что, теперь в ботинках в постель? Алька еще не вернулась, так что я села на ее кровать. Несколько раз старательно моргнула…
Если не найдется восемьдесят отказников из списка научников, находящихся выше меня, то шансов отправится на орбитальную станцию, чтобы сдать тесты, у меня нет. Совсем.
Плакать как Алька мне не хотелось. Хотелось рвать и метать. Ну почему? Почему? Почему?
Я не знала тогда историю Алефтины. Не знала и не понимала: что ее так расстраивает?
Она стала известно мне гораздо позже и совершенно случайно.
Аля выросла в странной семье. Ее мама была против интернатов, в которых учились все дети, хотела, чтобы дочь была всегда при ней. А отец лишь пожимал плечами: «Как ты хочешь, так и будет». Он очень любил свою жену, а дочь… дочь должна слушаться старших.
Все дети должны учиться в разных школах на разных циклах, так принято, так все и делают. На первом цикле чаще выбирают школу рядом с домом родителей, а потом уже подальше, чтобы ребенок привыкал к разным природным условиям, коллективам, ритмам жизни. Но Алька училась все четыре цикла неподалеку от дома. Да, в разных школах, но всегда рядом. И все выходные проводила с родителями. С одной стороны, некоторые одноклассники ей завидовали. С другой, она слушала их рассказы, и сходила с ума, насколько же у них всех была другая жизнь. Не такая как у нее. Завидовала, восхищалась. И очень хотела уехать вот так, как они, далеко от дома. Стать самостоятельной.
Поэтому Аля и выбрала отборочные испытания Космической академии: уж очень ей хотелось увидеть то, что другие ее одноклассники не видели. В тот день страх, что она упускает свой лучший и единственный шанс в жизни, едва не подкосил ее.
Когда Алька вернулась и села рядом, заглядывая в мой комм, я едва ее не ударила. Не то, чтобы хотела ударить именно ее, просто была вне себя от бешенства. Но кровать качнулась, мы с ней столкнулись локтями, отлетели друг от друга… И этой секундной паузы мне хватило, чтобы прийти в себя.
— Ты-то прошла, а я все завалила, — со вздохом сказала я. — Гляди, у меня вообще нет шансов.
Она посмотрела на цифру. Потом на меня.
— Не может быть! Ты же лучшая! Лучшая!.. Хочешь, пойду и поговорю? Или попрошу искина разобраться, подать жалобу… протест…
— Не нужно. Я должна все сделать сама… Надо подождать. Заявления на продолжение испытаний все подадут, тогда будет ясно, прошла я или нет. Не все хотят учиться на Церере. Говорят, что на Земле куда лучше!
По комнате пронесся мелодичный звон — приглашение на завтрак, а я даже в душ не успела сходить!
Впрочем, не успела не только я. С кроватей посыпались остальные девчонки, рванулись в коридор, к ближайшим туалетным комнатам. И не только из нашего кубрика.
Алька — единственная из нашей комнаты, кто успел помыться — дожидалась меня. И я была ей благодарна, даже мое бешенное чувство протеста чуть сгладилось.
В столовой же нас встретили Малаб с Филом… и Лука Нова, который быстро спелся с нашими парнями.
— Мы проходим на орбитальные тесты! — радостной улыбкой встретил нас Фил. — А вы?
— Алька проходит, а я, кажется, сорвалась, — ответила я и скорчила сердитую гримасу, поджав губы.
— Не может быть, — твердо сказал Малаб. — Где твои рейтинги?
Я протянула ему руку с коммом и он принялся копаться в нем.
— Прости, а в каком месте ты сорвалась? Ты нас всех опередила! — фыркнул Лука, заглядывая на экран через плечо Малаба.
— Действительно, — кивнул тот. — Ты и к космикам, и к киберам проходишь без проблем. Считай, что уже поступила.
Они что, идиоты? Какие еще космики и кибера? Я зашипела на них как разъяренная кошка:
— Глаза разуйте! Естественники, смотрите! Я провалилась! Далеко за тысячу. Ну!
— Зачем тебе к ботаникам?
— Каким ботаникам! Я надеялась на космомедицину!
— Ну и засунь ее подальше. У тебя другие способности, что, не видишь? Покажи свои баллы… Где они у тебя?
Я вырвала свою руку из их лап и отключила комм.
— Хватит издеваться. Я ничего не понимаю в технике, в космосе, в роботах. И не хочу понимать. Я хочу быть врачом. Если не получилось здесь, полечу на Землю. Моих баллов хватит для любого медицинского. Так что давайте, пакуйте рюкзаки. И адьес! Приятно было познакомиться!
Вскочив из-за стола и оставив весь завтрак на столе, я на ходу прихватила банку с компотом. Через секунду меня нагнал Лука Нова, который так спешил, что врезался в меня. Мы вместе с ним полетели головами вперед. Съели бы ежики эту гравитацию!
На повороте мы на полной скорости врезались в каких-то людей. По крайней мере, я врезалась кому-то головой в живот. Образовалась куча-мала.
Поднимаясь, я сообразила, что сбила дыхалку Дергунчику, который теперь злобно уставился на меня. Так ему и надо!
— Ты, дура…
— Сам дурак. Я так и не дождалась твоих секундантов. У тебя есть время до отлета корабля на Землю! Они найдут меня в сорок третьем кубрике. Жду не дождусь.
Оттолкнувшись посильнее, я широкими прыжками помчалась к себе в комнату. За мной запрыгал Лука, громко стуча ботинками по полу. Наконец, догнал и схватил за руку.
— Прекрати истерить! Ты должна учиться! На орбите! На космика или кибера… Ты себе не простишь, если упустишь этот шанс! Смотри!
Он включил свой комм и выбросил передо мной свою таблицу: