Юнта Вереск – Звездная абитура (страница 16)
Прозрачный купол заслонили многочисленные голо-экраны, на которых инструктор показывал, как надевать костюм и реактивный ранец. После множества повторов, он же объяснил, как пользоваться ранцем: надо нажать на кнопку на груди, и ты летишь. Полет выглядел упоительно — фигурки на голо взлетали на два-три, а то и пять метров вверх, а затем быстро удалялись.
— Обратите внимание, внизу, на почве вы увидите цветную разметку, — вещал инструктор, указывая на белые, синие, зеленые, оранжевые и другие линии. — Придерживайтесь красного пунктира, который приведет вас ко входу в Академию. Лететь недалеко, всего четыре-пять минут. Прошу не отклоняться, соблюдать дистанцию и не залетать слишком высоко.
Это было очень красиво и, на первый взгляд, легко. Когда смотришь на других. А как яс справлюсь? Народ вокруг клубился и вертелся, все обсуждали ранцы и возможность полета на них.
На экранах возникла схема устройства ранца — датчики положения, гироскопы, микропроцессоры… Двигатель работал на гелии-3. Чтобы запустить его и поддерживать работу электроники, нужен был аккумулятор. Для защиты человека от радиации, поверхность ранца представляла собой покрытие, блокирующее излучение.
Все было здорово. И в то же время страшно. Алька, например, смотрела на экран, шевеля губами, словно заучивая каждое слов. А я, наоборот, радовалась приключению — где еще я смогу убедиться, что создана не только для счастья, но и для полета⁈
Между тем, пассажиры, прибывшие вместе с нами, абитуриентами, уже переоделись и начали стартовать. Глядя через прозрачную стенку купола у выхода, было видно, что некоторые из прибывших держались красной линии, но большинство рассеялось по другим направлениям.
Наконец, все опытные путешественники оставили нас, и абитуру позвали на экипировку. Возникла естественная толкучка, так что стажерам снова заняться наведением порядка. Они помогали одеваться, а заодно отвечали на многочисленные вопросы.
На Луне мы получили удобные комбинезоны, но они не подходили для церерских холодов. Атмосферы на планете почти не было, и температура колебалась от минус тридцати днем до минус ста градусов по Цельсию ночью. Сейчас было утро и электронный градусник показывал минус шестьдесят.
Сутки на Церере короткие, всего девять часов, так что нужно было торопиться — через четыре часа наступит ночь. Вновь прибывшие надевали на себя легкие скафандры, застегивали шлемофоны, а затем стажеры помогали закрепить на спине реактивный ранец. Его широкие ремни сходились крестом на груди. Посреди этого креста находилась кнопка управления.
— Я не перевернусь вверх ногами? — спросила какая-то девушка.
— Нет, ранец автоматизирован и автономен, в нем есть все, что вам нужно, чтобы сохранять комфортное положение. Вы можете лишь немного ускорить или замедлить движение, чуть наклонившись вперед или выпрямившись, остальное за вас сделает гироскоп и ИИ.
Вещи нам предложили оставить в небольших тележках: «Багаж получите в Академии». Тележки бодро выезжали из купола и мчались вдоль красной линии, а затем возвращались обратно, уже с другими грузами, которые распределялись по грузовым аэротакси.
Вокруг кипела обычная вокзальная жизнь. Но выглядело все упоительно, захватывающе, интересно. Я крутила головой, пытаясь ничего не упустить.
Наконец, облачившись поверх комбинезонов в легкие скафандры, мы начали закреплять на себе ранцы. Две лямки как у обычного рюкзака, соединялись дополнительными короткими жгутами, которыми в районе солнечного сплетения на животе крепилась круглая кнопка — здоровенная, размером с блюдце.
— Смотрите, здесь четыре положения, — пояснял стажер, помогая нам закрепить ранцы. — Нажимаете и удерживаете верхнюю часть, и ранец набирает скорость. Как только поймете, что больше разгоняться не нужно, отпускаете и летите. Чтобы затормозить, нажимаете на нижнюю часть. И тоже не отпускаете до самого приземления. Если нужно будет отклониться вправо или влево, нажимаете сбоку. Понятно?
— Ага, — ответила я, слегка поглаживая кнопку.
— Она точно работает? Вдруг что-то не так нажму? — спросил кто-то.
— В ранце есть ИИ, — пожал плечами стажер. — Ничего с вами не случится. Тут и гравитация очень условная, так что не волнуйтесь!
В шлюз купола вначале прошли трое парней, видимо, самые смелые. Глядя на то, как все легко взлетают и стремительно удаляются, осмелели остальные. Перед шлюзом возникла давка. Алька ухватила меня за руку:
— Давай вместе полетим, а? Не так страшно…
Я кивнула ей. Наконец, мы добрались к выходу. Ух, первый шаг на незнакомой планете!
Снаружи стояли двое стажеров, помогающие сориентироваться и нажать на кнопку ранца.
— Ааааа! Здорово! — завопила я, когда ранец легко заурчал у меня за спиной.
Пролетев метров двадцать, вдруг заметила, что Алька уже поравнялась со мной. Она жестами показала, что хочет приблизиться, и как только ей это удалось, ухватила меня за руку.
Так мы с ней дальше и полетели, держась за руки. Увидев, что догоняем тех, кто вылетел раньше нас, мы отпустили кнопки.
Аля двигалась целеустремленно, ориентируясь на спины летящих впереди. А я все никак не могла успокоиться, вертела головой в разные стороны — благо, шлем был совершенно прозрачный. Внизу просматривался красный пунктир, значит мы ничего не напутали и летим правильно. Оглянувшись назад, поняла, что купола уже почти не видно. Далеко же мы уже залетели! Но и здание Академии не просматривалось.
Я успокоилась, перестала вертеться, и попыталась получить удовольствие от полета. По нами пролетала поверхность Цереры, усеянная мелкими и довольно крупными, с булыжник, остроугольными камнями. Поймала себя на том, что улыбаюсь: еще чуть-чуть, и щеки достанут до шлема. Это развеселило меня еще больше. Жаль, что Алька не могла разделить моей радости — шлем не пропускал звуки.
— Эгегей! Уааа! — вопила я счастливо.
Крак! Резкий рывок и меня закрутило вокруг оси.
Аля, вцепившаяся в мою руку, по инерции закрутилась вокруг меня. Я попыталась отцепиться от нее, но она не отпускала.
Я поняла, что разорвалась одна из лямок моего ранца и вместе с ней отлетел жгут, тянущийся к кнопке. Вращалась я, крутило Альку. Как молоко и мороженое в миксере. Удивительно, но мы не снижались, а оставались метрах в трех от поверхности.
Что же делать? Как остановиться?
Кнопка моталась вместе со мной. Свободной рукой я пыталась поймать ее, чтобы нажать на остановку, но это мне никак не удавалось. Я задергала второй рукой, в которую вцепилась Алефтина. Докричаться до нее невозможно. Я уже ничего не видела вокруг кроме скафандра Али.
Тут в нее кто-то врезался. Наверное, кто-то из тех, кто летел за нами. Врезался, и ушел в сторону. Хоть бы помог нам остановиться! Но нет, он удалялся от нас по широкой дуге. Только тут я заметила, что мимо пролетают другие люди. И ни один даже попытки не делает нам помочь!
Наконец, Аля разжала руку и стремительно улетела от меня. Двумя руками мне удалось усмирить кнопку и нажать на торможение. По-прежнему вращаясь вокруг собственной оси, я начала замедляться и очень плавно стала опускаться вниз. Как же хорошо, что здесь такая слабая гравитация!
Тут то меня и прихватила паника. Как медленно приближается поверхность! Я же могу улететь в космос. Истерическое состояние вынудило меня развернуться словно котенку «лапами» вниз. Хотелось одного: вцепиться во что-нибудь. Караул!
Вот, вот. Церера ближе, ближе, и ужас режет душу напополам… Я пытаюсь уцепиться за землю, но здесь нет земли. Перчатки зачерпывают мелкую взвесь чего-то, чему нет названия. Это даже не песок, а какое-то истолченное в пыль стекло. Оно не удержит меня, мамочка, пожалуйста, ну кто-нибудь! Я же улечу, улечу…
Голова почти не кружится, но я стою на четвереньках, пытаюсь ухватиться за эту стеклянную смесь, но она просачивается меж моих пальцев.
Оглянувшись, вижу, как откуда-то издалека ко мне бежит Алефтина. Нет, не бежит, а прыгает — высоко взлетая, плавно приземляясь… Несколько прыжков, и она врезается в меня. Да, трудно рассчитать свою траекторию. Я вцепляюсь в нее и вдруг начинаю хохотать. Ее испуганное лицо в шлеме постепенно успокаивается, и она начинает робко улыбаться.
Как сложно убедить себя, что я никуда не улечу, что вот здесь, Аля, в нее можно вцепиться и она удержит меня на поверхности крошечной планеты!
Минута, две, три. Аля хлопает меня по плечам, что-то говорит, потом помогает подняться. Меня подбрасывает вверх, и меня снова накрывает паническая волна. Но подруга рядом, я держусь за нее, все хорошо.
Мы осматриваем мой ранец. Он в порядке. Разве что одна лямка разорвана… нет, она не просто оторвалась. Почти по центру лямки виден поперечный надрез почти на всю ширину, а разорван жалкий остаток, что удерживал ранец на спине.
Как жаль, что у нас забрали все вещи — я могла бы скрепить чем-то эту лямку и продолжить полет.
Алефтина вдруг отступила от меня на шаг и начала… расстегивать клеммы шлема. Да она с ума сошла!
Я попыталась помешать ей, но шлем внезапно отстегнулся, она сунула мне в руки прозрачную сферу, а сама начала развязывать шарф. Делать это неудобно, высокий ворот скафандра мешал, но она потянула шарф посильнее, и он выскочил наружу. Намотав его на руку, она схватила шлем и пристегнула его.