Юнта Вереск – Звездная абитура (страница 10)

Надо же, усыпят! Хоть бы спросили, хотим ли мы этого.

— Что такое глиссада? — спросила я у сидящего рядом темнокожего парня.

— Скольжение, — недоверчиво посмотрев на меня, ответил сосед, однако, заметив мой заинтересованный взгляд, пояснил: — Траектория, по которой корабль снижается при посадке. На Луне нет атмосферы, поэтому она гладкая, не такая, как на Земле. У нас корабли садятся по ломанной глиссаде, вначале девятнадцать, а потом меньше трех градусов…

Наверное, он бы продолжил свою лекцию, но комм у меня на руке старательно заверезжал, напоминая, что пора надеть маску. Она была маленькой, охватывая только рот и нос. Едва я ее прилепила, как через на меня накатила сонливость, и я не заметила, как отключилась.

Разбудила нас бодрая негромкая музыка и в первые несколько мгновений я не понимала, где нахожусь. Раздались голоса — радостные, испуганные, удивленные. На потолке замерцало гало: «Добро пожаловать на Луну».

— Друзья, мы прилунились! — включилось голо, снова с женским голосом. — Просьба не торопиться. Расстегните привязные ремни, но не вставайте и не делайте резких движений. Сила тяжести на Луне примерно в шесть раз меньше, чем на Земле, к этому нужно приспособиться. Сейчас вас ждет легкий ужин. К выходу мы пригласим вас отдельно.

— А туалет здесь где? — спросил кто-то.

— Комната гигиены сейчас закрыта. Постарайтесь подождать до выхода в луна-порт.

Вокруг раздались смешки, кто-то попытался подпрыгнуть в кресле, кто-то кинул конфету соседу, но она пронеслась через салон и врезалась в стену.

Избавившись от ремней, я почувствовала, что кресло плавно вернуло себе начальную форму. Даже обидно немного. Пошевелила шеей, пальцами на руках и ногах, убеждаясь, что волшебным образом за время сна — семнадцать часов — у меня ничего не затекло.

Приподняла руку, а затем в восторге завозилась в кресле. Тело, руки, ноги были легкими, казалось, что если сделаю резкое движение, то подлечу до потолка.

Маленькие, размером с воробья, летающие роботы тащили в своих лапках пакеты, втрое превышающие их размер. Один такой подлетел ко мне, и я получила красиво упакованный «ужин»: пакетики с водой и соком, а также тюбики и брикеты.

По голо на потолке стюардесса показывала, как пользоваться всеми этими штуками. Инструктаж был бы полезным в невесомости, но здесь-то была сила тяжести. Нас так развлекали? Или готовили к невесомости при полете на Цереру? Впрочем, и здесь приключений хватило — у кого-то вскрытый пакет с водой вылетел из рук и забрызгал всех вокруг. При слишком сильном нажатии пастообразная еда из тюбика норовила выплеснуться в лицо. Гомон, смех, вскрики, обмен мнениями — в салоне воцарилась привычная атмосфера школьного обеда.

Я вспоминала прежние ощущения, радуясь что у меня уже был опыт космического путешествия — со школьной экскурсией. Правда в тот раз мы добирались до Луны шесть часов в космическом лифте, а потом летели на просторном лайнере. Космолифт выносит кабину с грузом или пассажирами на станцию, которая находится на расстоянии тридцать тысяч километров над Землей. Окошек или иллюминаторов, не было, но картинка происходившего за бортом транслировалась в реальном времени по голо. Тогда мы успели и накричаться, обмениваясь впечатлениями, и подкрепиться в почти полной невесомости (искусственная гравитация была, но ооочень небольшая), и даже поиграть в мяч в специальной комнате. Затем в полной невесомости мы переходили из лифта на космический корабль. Впечатлений от этих перемещений было хоть отбавляй. И это было здорово, никто нас не усыплял, так что мы могли насладиться путешествием и новыми впечатлениями.

Сейчас все было гораздо более прозаично. Какая жаль. Даже обидно, что полет на ракете не успела прочувствовать.

После ужина и подробной инструкции, мы начали выходить из салона в гибкую трубу, пройдя по которой метров пятьдесят, попадали на эскалатор, который уносил всех в пещеру под поверхностью Луны — поселения, медицинские центры и помещения космопорта находились на глубине не меньше трех, а чаще десяти-пятнадцати метров под поверхностью. Надо же защитить людей и технику от перепадов температуры и космической радиации.

Внизу нас повели в медицинский центр, где чисто аппаратным способом протестировали физическое состояние — достаточно было раздеться и зайти в цилиндрическую кабину. Автомат не просто измерял давление и другие параметры организма, но еще и брал пробы слюны, а также опять делал микроуколы. Цилиндров было всего две дюжины, так что те, кто прошел через них первыми, рассказывали ожидающим жуткие подробности. Что до меня, то я хорошо знала эту медтехнику, и тихо хихикала над страшилками.

В зале ожидания было все необходимое — автоматы с едой и напитками, удобные столики, кресла и диванчики, так что скучать никому не пришлось.

Прозвучало приглашение проходить по одному на склад. Он располагался недалеко от медицинского центра, но все, кто уходил, обратно не возвращались. Первое возбуждение после прилета уже прошло, большинство путешественников выглядели уставшими, но поворот со складом всколыхнул всех. Со всех сторон посыпались предположения о том, что нас ждет на складе.

— Упакуют и отправят на запчасти киборгам…

— Нет, заставят сдать все личные вещи…

— Что вы, что вы. Нас нагрузят нас дополнительным багажом, чтобы доставить его на Цереру контрабандой…

Предположения сыпались как из рога изобилия, но очередь двигалась слишком быстро для того, чтобы дискуссия как следует разгорелась.

Все было проще. Я зашла на склад, где мне выдали комплект формы и попросили переодеться. В комплекте было все — от нижнего белья до мягких ботинок со странными тяжелыми подошвами. Еще там были прозрачные цилиндры душевых кабин.

— Раздевайтесь, снимайте одежду, белье, обувь, заходите в душ на двадцать секунд, затем надевайте комплектное, оно хорошо ложится под униформу, — бубнила стажерка. Было видно, как ей все это надоело. — Комбинезон застегивайте под горло. На ботинках есть магнитные присоски на случай невесомости. Только вначале выпейте вот эти таблетки.

— А что это?

— Диуретик.

— Зачем мне мочегонное? — возмутилась я.

— Затем. Вам предстоит полет с повышенным ускорением. Гравитация достигает до пяти-шести g. Каждый лишний грамм усугубит состояние. Ясно.

— Понятно…

Кабинок для переодевания не было, но центральным стеллажом помещение делилось на две части — справа переодевались девушки, слева мальчики.

Одежда и обувь оказались мне точно впору. Скорее всего, комм заранее сообщил размеры, и пакет с моим именем был сформирован точно под фигуру.

Уложив свою одежду в рюкзак, я переоделась и по длинному изгибающемуся тоннелю вышла в круглый зал с металлизированными стенами — там уже клубились те, кто прошел на склад впереди меня. Множество кресел и уйма дверей в туалеты — двери кабинок то и дело раскрывались, впуская и выпуская людей. Похоже диуретики уже подействовали.

Немного посидев, я тоже посетила туалет — ужасно неудобно, пришлось вначале снимать верх комбинезона. Я разозлилась: какой дурак это придумал? Впрочем, уже одеваясь, поняла, что злиться должна только на себя — чуть ниже талии по комбезу тянулась застежка на пьезолипучке. Удобно и функционально. Похоже, нужно будет разобраться: где здесь что. Осмотрев и обхлопав себя, обнаружила множество скрытых карманов и карманчиков. Действительно, разбираться придется не одну минуту. А привыкать еще дольше.

Выйдя в зал и присев на кресло, заметила, как небольшая компания парней, обсуждает что-то, смеясь и тыкая друг в друга. Когда они проходили мимо, я услышала, что самого крупного на вид парня кто-то назвал Дергунчиком. В ответ тот зафигачил остряку такой толчок, что тот отлетел, под общий хохот врезавшись в стену.

«Ну и странные фамилии бывают», — подумала я, и тут же выбросила это из головы, поскольку раздвижная панель в конце зала откатилась в сторону и к нам вошел мужчина в легкой «космической» форме: форменный китель, ремень с квадратной пряжкой, прямые с лацканами брюки и странные ботинки на толстой подошве. Китель был украшен разнообразными полосками на плечах, рукавах и даже на стоячем воротнике. Добавьте к ним какие-то блямбы на груди вроде тех, что клеили или пришивали в школьных походах, чтобы отличать участников разных отрядов.

— Смирно! — негромко скомандовал вошедший, но почему-то его все услышали. Нет, вытягиваться стрункой никто не стал, но разговоры вмиг стихли и все развернулись к незнакомцу.

Мне показалось в первый миг, что он в очках, но через секунду поняла, что вокруг глаз у него следы очков… или какой-то маски вроде тех, что надевают в альпинистских походах. «Горнолыжник, что ли?» — подумала я.

— Приветствую всех на Луне. Я капитан Фреш, — представился он. — С вами я познакомлюсь позже, по прибытии на базу, а сейчас вас доставят на суборбитальную станцию. Там вы погрузитесь на транспортный поезд, тайкун льече. Пройдите в свои каюты, лягте и пристегнитесь. Никакой самодеятельности. Через двадцать минут мы стартуем. Стажеры вам помогут. Все происходящее в каютах записывается. Если не будете следовать указаниями, мы потом вместе посмеемся, созерцая ваши действия в невесомости, — без намека на улыбку закончил свое выступление Фреш.