Юнта Вереск – Веунигара. Серия «Ликтор Рубежа» (страница 8)

– Слушай, Уюн, ты не знаешь где сейчас Веунигара? Она проснулась?

– Мия Веунигара сидит на веранде с ликтором, учителем и чародеем.

– Отлично! Спасибо, Уюн.

Я начала нагружать поднос, поняла, что за раз все не унесу, так что поставила супницу, вазу со сметаной, маленькие пиалки со специями и приправами, и вышла на веранду.

Они действительно сидели там все вокруг ставшего вдруг огромным стола. Даже пустое кресло для меня обнаружилось.

– Мия Веунигара, ты не поможешь мне? – шепнула я, избавляясь от принесенного.

Удивленно оглянувшись, гостья поднялась и пошла за мной.

– Прости, что сорвала с места… У меня… По женской части вопрос… Начались месячные… я не знаю что делать… Прокладок у меня здесь нет…

– Каких прокладок? – удивилась она

– Ну… таких… чтобы подложить в трусики… чтобы не пачкать…

Веунигара посмотрела на меня с таким изумлением, что даже рот открыла.

– Слушай, дитя, как ты на белом свете-то до сих пор жила? Простое заклинание. Дети его с младенчества знают… А что, у тебя тут и… горшок с прокладками?

Хихикнув невольно, я умоляюще посмотрела на нее.

На веранду мы вернулись вместе, нагруженные подносами с едой. Проблема разрешилась действительно очень легко, младенец бы справился. И зачем ему тогда подгузники?

За столом веселье было в полном разгаре. Сирсанц уже завладел вниманием аудитории и купался в лучах внимания благодарных слушателей.

Я окинула присутствующих. Сирсанц, Ойталык, Бандерлог, Веунигара.

Джесы не было. Куда он пропал? Обиделся и ушел?

– Мин Джеса отправился поспать, – ответил на мой вопрос Ойталык. – Он уходит завтра в три часа ночи и хочет отдохнуть перед дорогой.

В конце обеда мирная атмосфера за столом вдруг накалилась.

– Ну что, курсант, идем заниматься? – спросил Бандерлог, ковыряя вилкой в зубах.

Меня словно ледяной водой окатило. Какая учеба? Если как утром, то… там же неподалеку Джеса в своем домике спит. Если он проснется и увидит меня на этой столешнице…

– Прости, Тави, – вдруг вмешался Сирсанц. – Это совершенно невозможно. У меня запланированы занятия с Юнтой. До вечера. Если у нее не пропадет желание учиться, далее она будет в твоем распоряжении. У меня, знаешь ли, не так много времени.

– У меня тоже времени в обрез. Я скоро покидаю Рубеж, – набычился Бандерлог.

– А вот и не подеретесь, – развеселилась Веунигара.

– Может быть Юнта сама решит, чем ей заниматься? – предложил Ойталык, и я с благодарностью посмотрела на него.

– Если вы меня спрашиваете, то я хочу только спать, – хмыкнула я. – Поднялась до рассвета, а сейчас еще и наелась…

– Ойталык, это совершенно недопустимо! Почему ты не предупредил меня о таких сложностях? – взвился чародей.

– Спокойствие, только спокойствие, – уныло сказала я, вспомнив, что остаюсь хозяйкой, а потому должна разруливать все эти дурацкие ситуации. – Конечно же, я буду заниматься с мином Сирсанцем. Он ведь скоро уже возвращается домой. Вечером – посмотрим. Если у меня останутся силы, буду брать твои уроки, Бандерлог.

Я очень надеялась, уйду спать, и все. Или спрячусь у Джесы.

Бандерлог перекосило. Он поднялся, перепрыгнул через перила и отправился в сторону гостевых домиков. Веунигара смотрела на меня едва ли не с ненавистью. Еще одна проблема – ей-то я что сделала?

Три мозга

Перед тем как пойти в наш «класс», я отозвала Ойталыка и попросила его минуты через две «переодеть» меня во что-нибудь летнее. В джинсах и пуловере я уже запарилась.

Мне не хотелось, чтобы чародей знал о том, что я не ликтор, а такое переодевание подтвердит мой статус. И Ойталык с этим согласился.

– Ты не слишком по погоде оделась, – укоризненно сказал Сирсанц как только мы вошли в дом.

Я обрадовалась, что теперь не нужно придумывать повод переодеться.

– Почему-то подумала, что на веранде еще прохладно, – ответила я.

Мы вошли в класс, Сирсанц уселся в свое кресло, а я чуть помедлила, пока в одно мгновение вдруг не оказалась в уже чистом сарафане.

– Другое дело, – одобрительно заметил Сирсанц. – Присаживайся. У нас будет долгий разговор.

Разговор? Он не собирается учить меня волшебным фокусам?

– Может быть принести что-нибудь… к чаю? – спросила я, обнаружив совершенно пустую вазочку из-под нуги.

– Было бы неплохо.

В буфетной у меня глаза разбежались: нуга, почищенные и обжаренные орешки кешью и пекан, финики, курага, чернослив, другие неизвестные мне сухофрукты. Прихватила и два чайника – с травяным и цейлонским чаем.

– Это что? – поинтересовался Сирсанц, указав на вазочки с орешками.

– Орехи. Белые – кешью, а коричневые – пекан. Очень вкусные… Ну… я их люблю, например.

Протянув руку, чародей взял один орешек кешью, помял в руках и закинул в рот. Прожевал.

– Твердые. Но, да, что-то в них есть, – потом попробовал пекан. – Эти более терпкие… Привыкнуть надо.

Оценивающе поглядев на орехи, взял щипчики и потянулся к привычной нуге.

– У тебя хорошее чутье. Ты сейчас принесла то, что поможет мне объяснить важные вещи.

На столе для чая Дом поставил не кружки, а белые фарфоровые чашки с блюдцами. Чародей поднял одну чашку и передвинул блюдце на центр стола.

– Я во время обеда все думал, что же в первую очередь было бы полезно освоить такой неопытной волшебнице как ты. И понял. Начинать нужно с ответственности. Знаешь, что это такое?

– Эээ… Умение отвечать за свои поступки?

– Отчасти да. Теперь скажи, кому ты будешь отвечать за них?

– Себе… В том смысле, что вот я что-то совершила, потом должна осознать и принять это. Отвечать перед собой, не переваливая свою ответственность на других.

– Какой же хаос у тебя в голове творится! Сама послушай: «совершить – принять». А перед тем как совершить, подумать не пробовала?

– Иногда да. Но бывает так, что времени на обдумывание нет совсем. И тогда вначале действую, а потом пытаюсь проанализировать, насколько эти действия были правильными.

Я вспомнила, как передавала Кирсу силу ликтора, как сбрасывала с себя защитную пленку, покалечившую Бандерлога… У меня действительно не было времени на раздумья!

– Когда времени на обдумывание нет, включаются внутренние реакции. В твоей традиции их называют безусловными и условными. Слышала такие термины?

– Эээ… рефлексы… да, собачка Павлова… Был такой опыт. Приучили ее, что когда лампочка загорится, будет корм. И у собаки слюна начинала выделяться когда загорался свет, независимо от того, был корм или нет. Ты это имеешь ввиду?

– Ты говоришь об условной реакции. Натренированной. А еще есть безусловные. Например, если тебе на руку села оса, ты дернешься и попробуешь ее согнать.

Сирсанц потянулся к вазочкам, взял один орешек пекан, и положил его слева на блюдце. Затем в центр положил курагу, а справа – кешью.

– Смотри. Это голова, – он указал на блюдце. – В человеческой голове объединены три разных мозга. Мозг реакций, – ткнул в кешью, – мозг эмоций, – указал на курагу, – и мозг раздумий и действий, – пальцем погладил пекан. – Они все связаны между собой. Мозг реакций заточен под условные рефлексы, он защищает нас, хранит Тело от любых опасностей. Над ним большим облаком нависает мозг эмоций, души и страсти. Если положение безвыходно или не опасно, то мозг реакций передает бразды правления мозгу эмоций. Он становится правителем нашего тела. Понимаешь?

– Да. Если я хватаюсь за горячую сковороду, мозг реакций отдергивает руку, чтобы избежать большого ожога. Но когда я глажу котенка, зная, что он не опасен, мозг реакций уступает место мозгу эмоций. Так?

– Хорошие ассоциации, хотя и не полные. Но на первый раз пусть будет так. Пойдем дальше. Если мозг эмоций не знает, что делать, или не чувствует интереса к происходящему, он позволяет мозгу раздумий совершать логические операции и принимать решения. В этом вся проблема неопытного волшебника. Можешь сказать, почему? На своем примере.

– Вероятно… Доверившись мозгу реакций, я совершаю поступки, затем приходит осознание на уровне эмоций, и лишь потом трезво оцениваю произошедшее?

– Совершенно верно. Нетренированное тело действует так, словно главным является мозг реакций. А разум, то есть мозг раздумий, считает, что приоритет принадлежит ему. И пытается осмыслить, как это он дал такой приказ. Не просто осмысливает, а старается оправдаться, найти обоснование тому или иному поступку. Высокоорганизованным мы называем натренированное тело, сумевшее поместить в мозг реакций не только безусловные ответные действия при появлении опасности, но и условные, условленные, воспитанные реакции. В этом случае мозг реакций действует гораздо умнее, у него больше различных вариантов решений и ему проще обрабатывать информацию и выбирать правильные решения. Понятно?.. Тогда попробуй снова ответить на вопрос: перед кем ты отвечаешь за свои поступки?