Юнта Вереск – Веунигара. Серия «Ликтор Рубежа» (страница 7)
– Уюн, солнышко, позаботься об Ойталыке, а потом сходи, объясни Джесе, что я не могу сейчас к нему прийти.
– Я сам скажу, – сказал бывший и нынешний ликтор. – Он уже идет сюда. И ты иди. Учись.
– Вы… Ты знаешь его?
– Да уж, знакомы. Он давно водит туристов… Рад буду повидаться со старым знакомым.
Сирсанц сидел там же, перед не горящим камином, поедая сладости.
– Ты долго, мия Юнта, у нас не так много времени, – сердито блеснул он глазами.
– Прости, мин Сирсанц, я больше не буду отвлекаться от уроков. Можно пройти в комнату для занятий. Нужно захватить что-нибудь из еды?
– Возьми… вот это, – он ткнул в пустую вазочку, где была нуга. – Каких-нибудь напитков и довольно.
Я набрала нуги, прихватила чайники с травяным и цейлонским чаем, молоко и… мармеладных долек. Или он думает, что сам будет поедать нугу, а я на него смотреть?
С нагруженным подносом вышла в атриум и повела чародея к коридорчику, ведущему в мою комнату. Напротив двери в умывальню увидела дверь, которой раньше здесь не было, подошла к ней и оглянулась на Сирсанца. Открыть ее с подносом в руках мне было невозможно.
Недовольно поморщившись, он оценил ситуацию, и все же распахнул дверь. И тут же вошел внутрь. Я последовала за ним. Чародей уже уселся в кресло, а я поставила поднос на стол и посмотрела на него.
– Скинь одежду. Что хорошо для ликтора, недопустимо для ученицы.
Вот интересно, в одежде научиться колдовать невозможно? Выбравшись из сарафана, я села на один из стульев. Нормально. Академик среди чародеев в кресле, а нагая ученица на стуле. Сам почему не разоблачился, учитель чертов? Бандерлог вот раздевался…
– Ты стесняешься, я это чувствую. Не люблю твой техномир. У нас нагота не табуируется, люди привыкают к этому с детства. На начальных ступенях магии легче проявиться, когда ей ничего не мешает. Стесняться меня не стоит, я давно привык к обнаженным людям, – довольно добродушно произнес он. – Однако тебе лучше встать, а не сидеть… для начала. Я должен посмотреть, что у тебя за волшебные силы…
Поднявшись, я выпрямилась и начала делать упражнение один – медленный вздох, задержка дыхания, медленный выдох. Так мне было легче стоять перед старцем.
Сирсанц достал очередной кусочек нуги, кинул щипчиками в рот, и взглянул на меня. Сначала оглядел оценивающе – не как потенциальную любовницу, а как лошадь, оценивая качество мышц и копыт. Затем его взгляд затуманился…
Я почувствовала, что внутри меня поднимаются неведомые силы, повинуясь его… даже не взгляду… не знаю чему, скорее, какому-то рентгеновскому аппарату…
– Хорошо, садись.
Переведя дыхание, которое я, похоже, задержала, пока он меня оглядывал, я вернулась на свой стул и, бросив на сиденье сарафан, уселась на него – сидеть голой попой на деревянном стуле мне не понравилось.
Сирсанц хмыкнул, наблюдая за моими манипуляциями.
– У тебя, девочка, действительно есть сила. Волшебная сила. Но она странная. Словно в кисель плеснули компота, понимаешь, о чем я?
Я помотала отрицательно головой.
– Густая, слежавшаяся… А сверху текучая, жидкая. Ты использовала волшебство в последние дни?
– Возможно… Я не знаю, что это было…
– Расскажи.
Я начала рассказывать – очень сдержанно, без подробностей, о том, как во время нападения активировала свою энергетическую защитную пленку, потом кинула ее, угодив в Бандерлога, который от этого онемел… А потом сняла ее. И чужое заклинание из него вытащила. Как лишила оборотня способностей и как вернула ему их обратно…
Он слушал меня с расширившимися от удивления глазами. К концу повествования брови у него взлетели чуть не до полей шляпы, которую он так и не снял.
– Невиданное разгильдяйство! Не могу поверить…
Замолчав, он накинулся на нугу, запивая ее молоком. Я налила себе чаю и ухватила мармеладную дольку. Пауза длилась долго-долго. Не хотелось ее прерывать. От жеманных интонаций чародея мне становилось дурно.
На третьем курсе я как-то зашла в навороченную парикмахерскую. Супер-профи-парикмахером там был парень, который косил под голубого. Наверное, чтобы мужья клиенток не ревновали. Изуродовал он меня ужасно, соорудив ужасно короткую стрижку. «Для бизнес-леди». Люди бизнеса и вправду глядели на это уродство с восхищением, а все остальные – либо с состраданием, либо со злорадством. К этой стрижке пришлось еще постоянно выщипывать брови, иначе «манер не тот». В общем, когда волосы отросли и измывательство над бровями прекратилась, я была невероятно счастлива.
Вспомнила я об этом, глядя на этого чудодея. И речь, и манеры у него были… если не такими же, как у того парикмахера, но… что-то вот такое общее прослеживалось. Потом припомнила, что Кирс предупреждал меня, что Сирсанц любит, чтобы вокруг него увивались, заглядывали в рот и восхищались. «Бедная Юнта, нелегко тебе придется», – пожалела я себя.
– Ладно. Было и было. Теперь давай, по шагам, изложи мне все свои ошибки, – наконец, заговорил он.
– Ошибки? – опешила я. – Ошибка была одна. Я вообще не понимала что делаю, и как у меня хоть что-то получается.
– Не увиливай, раскладывай по шагам.
Да откуда же я знаю, что тут можно разложить? Держись, Юнта, давай, вкрадчиво, подобострастно, с обожанием…
– Мин Сирсанц, я… я очень глупая девчонка, которая тут еще и полмесяца не прожила, а до этого даже не подозревала о наличии волшебства, рубежей, ликторов и прочих чудес. Я ничего не понимаю, ничего не знаю, но очень-очень хочу учиться. Ты же поможешь мне?
Уф. Получилось? Если не подлизаться, то хотя бы жалость вызвать? Продолжая глядеть на него с надеждой, пыталась одновременно выглядеть «маленькой сироткой». Довольно сложно, учитывая, что сижу на стуле совершенно голая.
– Не сутулься, – фыркнул он. – Для ликтора ты, может, и правильно поступала. Защищалась, отстаивала свой Рубеж. Но как волшебница действовала недопустимо. Сначала действуешь, а потом думаешь. Энергетическая пленка – инструмент мага, а не волшебника. Ты хоть понимаешь, как ее создаешь?
– С помощью внутренней силы? – неуверенно спросила я, пытаясь вспомнить, что же мне объяснял Джеса.
– С помощью внутренней волшебной силы ты отдаешь команды внешним силам и усиливаешь действие природной магии. У тебя избыток внутренней силы, и поле получилось таким мощным, что воздействовало на постороннее существо. Ни один маг такого бы не учудил, – он поднял палец, а я понурилась. – Нужно чувствовать и дозировать свою силу. Выплескивать ее на магические фокусы безрассудно!
– Я не умею, учитель… Не понимаю… все происходит… стихийно.
– Не смотри на магов. Они могут научить многому, но твоя внутренняя сила окажется взаперти. Однако она будет прорываться наружу… самым непредсказуемым образом.
Сирсанц скривил губы.
– Я готова учиться у тебя, мин Сирсанц. Расскажи мне, как открывать свою силу… хотя бы чувствовать ее… До сих пор она изливалась из меня и я никак не могла контролировать этот процесс… Боялась, что она утечет вся… как у Аунигары…
Последние слова я выговорила так тихо, что даже сама себя едва услышала.
– Аунигара выплеснула свою силу без остатка, потому что была нерадивой ученицей. Я знаком с ее учителем. Он разочаровался в ней и продолжал занятия только потому, что для любого жителя Ваутиана помощь ликтору – почетная обязанность. Тебя ждет такой же конец, если ты не научишься контролировать движение внутренних и внешних сил. И возьмешь под контроль свои эмоции. Сколько тебе лет?
– Двадцать пять… с половиной.
– Двадцать пять чего?
– Земных лет. Не знаю как перевести это на время в других реальностях…
– Лет техномира? Да ты же еще младенец!
– Мне все это говорят…
– Правильно говорят… Даже не знаю, как с тобой быть… Никогда не стремился обучать детей… с ними столько возни…
– Мин Сирсанц, по меркам моего мира мне уже много лет. Я зрелая женщина, прожила… четвертую часть жизни или даже больше.
– Оставшись дитем по своим эмоциональным реакциям, – он замолчал, прикрыл глаза, потом, взмахнул рукой и приказал: – Встань еще раз.
Я поднялась со стула и выпрямилась. Начала медленно дышать. Он «смотрел» на меня с закрытыми глазами.
Наконец, чародей встрепенулся и кивнул мне на стул. Но я взглянула и замерла – у меня начались месячные: сарафан, на котором я сидела, был испачкан кровью, нужно быстро переодеться.
– Мин Сирсанц, у нас время обеда. Не пора ли подкрепиться?
У чародея было, скорее, время ужина, поэтому он неожиданно легко согласился.
– Я распоряжусь… Предпочитаешь остаться здесь или пройдем в зал?
– Ойталык мне нахваливал твою веранду. Перейдем туда.
Подхватив испачканный сарафан, я выскочила из класса и метнулась в свою комнату. Только оказавшись там, вдруг поняла, что Дом не отменил ее, несмотря на то, что я передала свою силу ликтора Ойталыку. Спасибо, Дом!
Однако делать нужно было что-то. Я слишком привыкла к тому, что Дом одевает меня в каждый момент в то, что мне хочется. Сейчас у меня такой возможности не было. Впрочем… Достала из нижнего ящика комода одежду, в которой прибыла на Рубеж. Выскочила в умывальню. Умылась, подмылась. Оторвала несколько листков туалетной бумаги и подложила ее в трусики. Затем оделась.
– Уюн, – позвала я, войдя в буфетную. – Там… новый учитель… чародей Сирсанц хочет пообедать… ну и я бы перекусила…
– Да, конечно, мия Юнта, уже все готово, конечно, – указал он на буфет.