Юнта Вереск – Стажерка (страница 13)
То есть искать ошибки в расчетах мне нужно вот прямо сейчас, пока рулю. Никакой передышки.
Развернула ложемент, выкатила интерактивный столик, включила на нем свои расчеты. Проверила. Перепроверила. Все, вроде бы, верно…
Прикрыла глаза. Начала вспоминать. Но вспомнила почему-то не занятия, а Луку Нову.
«Навигация — это стратегия. А пилотирование — тактика», — убеждал он меня, уговаривая поступать на «Управление космическим транспортом». Там основным предметом была как раз навигация.
Однако я выбрала летно-испытательную специальность. Хотя особой разницы не оказалось. Студенты могли выбирать для себя курсы обязательной и дополнительной программы. Дополнительную можно было брать не больше пятидесяти процентов от объема обязательной. На первых трех курсах я выбрала в качестве довеска к своей программа навигацию (Лука уговорил), спасательные операции и мудреный предмет «Медико-биологические проблемы длительных полетов», в обиходе МЕД, поскольку при поступлении мечтала стать врачом, а вовсе не пилотом.
Когда Лука погиб в конце третьего курса, я резко изменила курс. В том, что медик из меня получается хреновый (увы, прав был академический искин) я убедилась раньше, но все же три курса отбарабанила. А на четвертом-пятом оставила только спасателей — ушла с навигации и МЕДа, переключившись на боевые искусства и психологическую подготовку. По сути, полицейско-военная у меня вышла специализация. И называли меня там курсантом, а не студентом.
Нет, пожалуй, я слишком отвлеклась. Перед глазами еще маячило лицо Луки, сердце сжималось от чувства потери, но я заставила себя встряхнуться.
Стратегия. Стратегия, а не тактика. Значит, я чего-то не учла именно в стратегическом плане.
Например… Комета летит через облако Орта. То есть могла там с чем-то столкнуться и изменить траекторию. Данные ее траектории были у меня перед глазами. Ага, не истиной траектории, а первоначально рассчитанной. Могла она измениться за время от получения результатов к настоящему времени? Легко.
Начала проверять. Из крупных объектов… Сатурн. Нет, точно не он. Расчет показал, что воздействие на траекторию от него случиться не раньше, чем через двадцать месяцев, а существенное — не раньше, чем через двадцать два месяца. Тогда что?
Облако Оорта — мало исследованная часть Солнечной системы. Очень мало. Более или менее известны объекты в плоскости эклиптики. А облако — сфера. Так. Комета летит как раз через сферу. До плоскости эклиптики доберется… через четыре месяца. Дальние объекты облака Оорта нам почти не известны. Или?..
Полезла в научные сводки. В подтвержденных данных — ничего. А вот… ага, наблюдения… гипотезы…
Нашла! Сообщение от 30 января:
Ничего себе камешек!
Местонахождение… Да, примерно там в апреле пролетала наша межзвездная скиталица. Могли они столкнуться? Могли…
Снова расчеты. Лобовое столкновение исключаю, слишком сильно изменились бы и траектория, и скорость, это бы заметили.
Траектория скорость после столкновения по касательной… отклоняется примерно на три-четыре градуса. Это очень много. Это бы заметили, а в предоставленных мне данных ничего такого нет.
А если они не столкнулись, а просто пролетели неподалеку? Тогда… Смещение на полградуса при пролете объектов на расстоянии двухсот километров… Это бы вряд ли попало в сводки о траектории…
Стоп. А что имел ввиду Пион? Он что, знал об этом астероиде? Да еще и о том, что тот пролетел мимо нашей кометы?
Начала перерывать материалы. Час, два… Ничего. Может, я не то ищу?
Отключила все свои расчеты. Закрыла глаза. Думай, Марфа, думай!
Снова раскрыла установочные данные… Балда!
Здесь интерактивный столик был в два раза больше, чем в моей каюте. И на экране ясно написано, синим по белому: «по последним данным траектория скорректирована…». Ага, на эти самые полградуса. То есть мой расчет вывел бы нас к пустому месту, а не к комете!
Чучело крокодила! Разве можно быть такой невнимательной?
Пришлось все пересчитывать, рисовать новые схемы. В животе заурчало. К счастью, ужин скоро… А я опять не успеваю рассчитать подлет к комете! Пропади она пропадом!
Свернула все расчеты, отправила их кэпу, присовокупив отчет об ошибках: да, не увидела в исходных данных отклонения траектории, которая произошла из-за гравитации недалеко пролетевшего астероида. Ох, поторопилась, он же просил к вечернему чаю…
Но я так одурела, что мне было уже все равно.
Когда пришел Торбо, я мигом выскочила из ложемента, чмокнула его в щеку — зачем? мало мне приключений? — и рванула в кают-компанию. Кушать, так кушать. Нет. Жрать и жрать. И плевать на всё и всех.
С Фишем и его контейнерами вроде бы нормально разобралась. Даже поняла почему он так настаивает на них. Все же сытая и умиротворенная Марфа — это вам не голодная злюка.
В благодушном настроении явилась на вечерний чай, предвкушая, как быстренько сжую печеньку, запью кефиром, и баиньки. Теперь вот спать мне уже хотелось гораздо больше, чем есть.
Но… Опять кэп.
— Марфа. Что ты мне прислала?
— Полетные расчеты…
— Нет. Объяснительную. Что там за бред?
И тут я поняла, что опять все перепутала. Надо было просто написать, что не учла дополнения к начальным данным, и все были бы довольны.
Пришлось, заикаясь и размахивая руками, рассказать об открытом недавно астероиде. И о его возможном пролете мимо нашей кометы. Зачем-то начала объяснять про Сатурн и невозможность допустить столкновения… Окончательно запуталась. И, наконец, заткнулась.
Кэп молчал, только кадык судорожно дергался. Я понимала, что это невежливо, но уткнулась в этот кадык, и глаз отвести не могла. Кажется, даже о комете, астероиде и Сатурне тоже ему рассказывала, а не самому капитану.
— Ну-ну, — сказал, наконец, он. — Ладно, свободна. Потом пришлешь мне расчеты.
Дернул головой, и ушел. Ага, со стаканом кефира в руках.
Я автоматически сожрала какую-то булочку, запила ее киселем вместо кефира. Мне было стыдно. Ну что за ерунда с этим кэпом? Раз за разом сажусь в лужу.
Поняв, что сделать все равно уже ничего нельзя, успокоилась. И удалилась к себе в каюту. Опять на сон всего ничего осталось…
Глава 21
Кометные будни
Подлет к комете я проспала. Влетев в кают-компанию перед своей дневной сменой, удивилась, что никого нет, обычно в обед здесь человек пять-шесть болтается. Но едва расположилась с едой за столиком, как дверь распахнулась, и ввалилась почти вся команда.
— Вот ненасытная! Тебе бы все пожрать! — радостно завопил Свист.
— Марфа, убирай стол. Будем совещаться, — приказал Пион.
— А что случилось-то? — быстро впихнув в себя остатки гарнира, я кинула тарелку роботу, подхватила стакан с соком и отправила стол в потолок.
— Ты не заметила? Мы же прибыли.
— К комете?
— Ты что, торможения не почувствовала? — изумленно спросил кто-то.
— Не-а, — помотала я головой. — Спала…
Мужики заржали все как один, даже капитан.
Кровать, конечно, перегрузку хорошо гасит, но проспать торможение…
— Ох, замотали вы меня, мальчики, дрыхла без задних ног…
— Это я специально тебя запряг, чтобы остальные отдохнули. У нас сейчас работа начнется, а ты будешь отсыпаться, — наставительно произнес капитан, прервав веселые комментарии десантуры.
— И мы не сможем составить тебе компанию, — не слишком убедительно попытался сделать печальное лицо Свист.
Наш треп прервал Пион:
— Марфа, иди досыпай. На время миссии твои дежурства — восемь через восемь. Остальное время отдыхай. Или помогай труженикам чем сможешь. До восемнадцати можешь отдыхать, потом сменишь Торбо. Все, свободна. Теперь мы с остальными о порядке работы поговорим.
— Послушать можно?
— Зачем? Ты нам не поможешь. Отдыхай, рули. Мы сами справимся.
Я в недоумении вышла.
У них какие-то секреты, самое интересное начинается, а мне сидеть в каюте?
— Эй, Марфа, воротайся, — окликнул меня Свист, когда я уже входила в свою каюту. — Будешь в курсе хотя б.
В ангаре бота было два автономных кораблика — шлюп на два человека и челнок на одного. Мне эти малыши были хорошо знакомы, мы на них много летали.
В шлюп при необходимости можно было запихнуть четверых — пилот и трое пассажиров, хотя ложементов было лишь два, но еще для двоих на стенах были ремни и не слишком эффективные, но все же противоперегрузочные маты. Однажды в Академии мы в шлюп втащили даже медкапсулу, хотя радости это не доставило — спинки ложементов пришлось спрямить, и пилотировала я тогда почти стоя.