Юнта Вереск – Арзюри. Книга 2. Данк (страница 24)

— Я отказываюсь от адвоката, — тихо сказал он.

Этель едва заметно кивнула, то ли соглашаясь, то ли одобряя его решение. Хурот вздернул брови и с кривой ухмылкой направился к выходу. Вадиму показалось, что тот даже доволен этим решением.

— Садись туда, — кивнула Этель на табурет у стены.

Здесь было довольно тесно. Пришлось подождать, пока из соседней пещеры принесут небольшую скамью и два стула. Наконец, все кроме конвоиров расселись. Вадим жадно выпил кружку травяного чая. В голове немного прояснилось.

Глава 14. Правосудие

— Подсудимый, ты отказался от адвоката. У тебя есть еще свидетели?

— Да. Я хотел бы пригласить людей, которые видели, в каком я был состоянии после прибытия сюда. Я совсем не мог двигаться, не то, что громить мастерскую.

— Кто твои свидетели?

— Лиз, — вспомнил он плачущую у него на плечах девушку в тот первый вечер.

— Она не сможет прийти, она недавно родила и пока находится в лазарете.

— Тогда Магда. Магда, надеюсь, никого не рожала?

— Магды нет в лагере. Она уплыла на плоте.

— Ее там не было! — возмутился Вадим. — Мы же провожали его все вместе! Я видел ее среди оставшихся на берегу!

— Она уехала сразу после твоего ареста на малом плоту.

Вадиму показалось, что из него разом вышел весь воздух. Он силился вздохнуть, но не мог. Ему в голову не пришло позвать других свидетелей — только крутилась мысль: «Магда обиделась и уехала, я ее обидел и она уехала».

Растеряно взглянул на присяжных Вадим понял, что они настроены недоброжелательно. Лишь двое старожилов пытались подбодрить его взглядами, в глазах остальных плескались пренебрежение и брезгливость.

Он сдался. Голова гудела от недосыпа и ничего не соображала. Вадиму хотелось одного: чтобы его оставили в покое.

— У меня нет свидетелей. Больше нет… других нет… — пробормотал он.

— Хорошо, — после небольшой паузы сказала Этель. — Тогда мы рассмотрим доказательства обвинения. После чего ты сможешь выступить в свою защиту.

Вадим кивнул.

Вошел Лари — угрюмый мужик, который когда-то, сразу после преступлений, входил вместе с ним в следственную бригаду.

— У нас не было никаких подозрений до тех пор, пока на месте убийства Фанни и Саймона не было найдено вот это…

Лари повернулся и вытащил из коробки, стоящей на столе, маленького белого медвежонка. Брелок, который в самый первый день Вадим взял из пакета с игрушками, который Ваади засунул в хоган. Он уже давным-давно забыл о нем, оставив в палатке, в которую после этого больше ни разу и не заходил, поселившись в пещере. В памяти осталась лишь страшная жара и тупое нежелание жить там.

— Подсудимый, ты признаешь, что это вещь принадлежала тебе?

Вадим растерянно кивнул.

— Я…

— Слово тебе будет дано позже, — сухо сказала Этель. И, после паузы добавила: — Пока просто смотри. Можешь записать свои соображения.

Кивнув, Вадим достал испещренный рисунками блокнот и написал: «Откуда брелок на месте убийства?»

— Обвинение может продолжить. Лари, расскажи, как и когда был найден этот предмет.

— Когда было решено расширить дорогу к визитинице, я тогда с другими вместе участвовал в расчистке пути. Когда мы уничтожали растительность в месте убийства, вот тут-то и нашли. Найти эту игрушку до этого было сложно, она же мелкая, завалилась под кобринки. Когда у них эти веточки с шариками поникли, и обнаружилась эта игрушка. Как-то так. Я там не один был, другие тоже видели…

— Поскольку у обвиняемого нет адвоката, он может сам задать вопрос свидетелю. Вадим, у тебя есть вопросы?

— Лари, как ты думаешь, этот брелок не мог оказаться в кобринках позже? Не во время убийства, а потом?

— Откуда мне знать? Мы его почти сразу увидели, как кобринки прикончили, так и увидели.

— Когда это было? Когда нашли?

— Да вот пока это баловство… состязания с плотогонами вы там в Аквадоме устраивали… тогда и нашли.

— Я же мимо проходил не один раз! Почему мне-то об этом не сказал?

— Так откуда ж я знал, что это твоя игрушка? Ты серьезный человек, чертежами занимаешься… Думали, девка какая обронила…

— Вадим, у тебя больше нет вопросов к свидетелю? Нет? Лари, ты свободен.

Хмуро взгляну на подсудимого и неожиданно ободряюще подмигнув ему, свидетель пошел к двери.

— Следующий! Ойлик, пригласи Стива.

Секретарь вышел и через пару минут вернулся с парнем, который в самом начале работал на расчистке речного дна, а потом куда-то исчез. Вадим чуть ли не ежедневно вывешивал объявление о том, сколько человек нужно для каких работ — желающие записывались, но Стива среди них с тех пор не было.

— Стив, расскажи что ты знаешь по делу.

— Ну… Хм… Когда сказали, что его игрушка на месте убийства нашлась… Все стояли, обсуждали… а мы отправились в его палатку…

— «Мы» — это кто?

— Ну… В общем, с парнями… Тулоном, Майком. Они с ним — Стив кивнул на Вадима, — работали много… больше, чем я… сказали, надо проверить палатку, пока никто не догадался... Ну и пошли, значит. Интересно же в детективов поиграть… Опередить всех… Ну и пришли. Зашли, значит… Огляделись. Там небрежно так все валялось. А в одной комнате спальня. Такая кровать… от Ваади еще осталась… Четыре пенька и доски. И между ними вроде как кусок одеяла защемился. Словно доску поднимали… Ну и мы подняли. А там в пеньке дырка. Тайник, значит. И в нем веревка… Вот…

Он поднял пакет, с которым пришел, и достал оттуда кусок веревки, чуть больше метра длиной.

Вадим видел ее впервые в жизни.

— Ну… увидели, удивились… Потом Тулон говорит, смотри, мол, прицепился к веревке волос… Похоже, что Фанни. Она же черненькая была, волосы длинные толстые, ни у кого таких в лагере нет. Мы все отнесли следователям.

— А Тулон и Майк могут это подтвердить?

— Они ж ушли к роще холли. Завтра вернутся, наверное…

— Кому ты показал эту веревку?

— Ну, следователю. Этому, земному, из лентяев…

— Говарду?

— Ну да. Он волос с веревки забрал, а веревку сказал нам хранить до суда. Потом я знаю, он отдавал на экспертизу, вроде как похоже на волос Фанни…

— Спасибо, об этом мы расспросим Говарда. У вас есть что дополнить?

— Все вроде рассказал.

— Вадим, у тебя есть вопросы к свидетелю?

Глядя на веревку, которую Стив положил на стол судьи, Вадим отрицательно покачал головой, но потом все же спросил:

— А там еще что-нибудь было? В тайнике?

— Да нет… Выемка вроде как небольшая, а в ней веревка. Больше ничего.

— И в других пеньках тоже ничего?

— Тоже. В смысле, не было там никаких других тайников. Или мы не нашли.

Вадим пытался хоть как-то разобраться в хаосе своих мыслей. Откуда ему было знать об этом тайнике? Он же там только один раз ночевал!

— Ты сказал, что в палатке все небрежно валялось. Можешь вспомнить, что валялось и где?

— Там… в центральной части на полу спальный мешок лежал. Не сложенный, а так, брошенный. А там где кровать — сумка с барахлом. Вроде эспандер из нее торчал. И ветровка на табуретке. Больше ничего и не было. В другую комнату мы не заходили, сразу ушли.