Юна Трейстер – Тренер от Бега (страница 9)
— Дорогой дизайнер! Сто тысяч за избавление от лишних кэгэ?! Растёшь, спортсменка…
Я не отвечала. Торопилась прожевать и проглотить всё, что было в тарелке за пять минут, на которые опаздывал следующий спортсмен.
— Молчишь… нечего сказать, да? — Улыбаясь, Вася уставился на меня.
С набитыми щеками я недовольно подняла голову, взглядом показывая, что не умею говорить с двумя котлетами и рисом во рту.
— Жуй, жуй, глотай…— Ему до фишки был мой обед, — Смотри: первое – твои договоренности с клиентами остаются между тобой и клиентами! Никакая рецепция не должна разносить по клубу слушок, что невеста худеет для платья этой, вашей … Варвары Онг
Я замотала головой, мол, не так он произнёс, но он продолжил.
— Это первое, второе — ты, мать твою, тренер или курица бойлерная?!
Я поперхнулась и выплюнула не дожёванное в тарелку.
— Я отказывалась!
— Плохо, значит, отказывалась! — Вася отодвинул мою тарелку в сторону — Ты какими принципами живешь?! Бери больше, кидай дальше?! Бабло, бабло, бабло?!
Я понимала, почему он так со мной разговаривал, и мне было жутко стыдно.
— Давай за два месяца ей сердечко посадим, чтоб замуж вышла, а там хоть трава не расти! Или распишем ей питание на дефиците, ну … 1000 калорий в сутки с тренировками, пусть свои ребра в зеркале рассматривает…А может, на смузи-херузи ее посадишь?! Хай срёт как новорождённая, зато похудеет! А ещё липотропики есть, я парочку таких «одарённых» выгнал к чертям. Ты на очереди?
К слову, ничего из выше предложенного Васей я и не думала давать, но понимала, к чему он вёл. Вася навалился всем телом на стол так, чтобы между нами осталось всего несколько сантиметров :
— Юна, есть врачи, а есть грачи! Сам по себе грач – птица нормальная. Так вот, хороший врач – он поможет с проблемой безопасно, а грач одно вылечит, а остальное здоровье к херам отправит. Или пластические хирурги – есть те, кто с головой и с принципами, а есть — кто и восьмой размер сисек в 45-килограммовую дурочку запихнут, раз она за них заплатила.
— У меня есть принципы. Я не грач, я… — попыталась я объяснить, но Василий перебил.
— Для чего людям нужны физические упражнения? Для чего наш зал им нужен?
— Чтобы двигаться? — ответила я, не понимая, какой ответ он ждёт
— Да, чтобы двигаться, а зачем им двигаться? — выкрикнул Василий и сам продолжил — Чтобы поддерживать мышцы, сердце в тонусе. Чтобы иммунитет не падал, чтобы старческие болячки пришли как можно позже. Чтобы психическое здоровье на тренировках поддерживать, чтоб застоев в позвоночнике не было…
— Я поняла, к чему ты…Повторяю, я не грач! Любой ценой – это не про меня…
— Даже если она в итоге не похудеет и предъявит тебе?
— Да, я не буду гнаться за килограммами, обещаю. — но он все равно смотрел на меня так, будто я детьми торгую.
— Если я увижу нездоровый азарт с твоей стороны во время тренировок с этой невестой, то в любой момент отдам девчонку более опытному тренеру…
— Я тебя услышала, — выпив компот из сухофруктов, с минусовым настроением я вышла из-за стола.
Мне было обидно до слёз: Василий говорил со мной так, будто у меня имелся конвейер таких невест, и парочка из них уже лежали в могилах. Но после нашего разговора я ещё больше захотела увидеть Марину в свадебном платье от Веры Ванг.
Потому что знала, как ей помочь.
Блестящий ящер
С Мариной мы тренировались четыре раза в неделю. Несмотря на мой запрет, она всё равно вставала на весы по два раза на дню. Материла себя за граммы, если цифры стояли на месте или вес не опускался с такой скоростью, с какой она ему велела. Я спорила, просила прислушиваться к телу, сконцентрироваться на внутренних ощущениях, а не на показателях – но она ничего не слышала. Марине были нужны только цифры и больше ничего.
В то понедельничное утро мы с моей спортсменкой выполняли ритуал: Марина должна стоять на весах, а я – ждать, когда она закончит на них орать. Не добившись ничего от электроники, та со злостью посмотрела в зеркало. Я пыталась ее успокоить:
— Марин, цифры на весах ничего не значат! Ты пашешь на тренировках, как раб на галерах, ни разу не улыбнулась, ни разу не подбодрила себя, не похвалила. А на мою поддержку, глаза щуришь.
Но невеста, стоя в одних трусах, грустно покачала головой.
— Юна, прошёл месяц с тренировок, я похудела на 4 кг, этого мало! А с выходных ушло всего лишь 150 грамм!
Иногда мне казалось, что её недовольство собой рождало внутреннюю злость. На этой злости она шла на тренировку и, обливаясь потом, с красным лицом, справлялась с нагрузкой, а умиротворяющий дзен-тренер – то есть я – её бесила.
Оценив розовые кружевные стринги, я протянула Марине лосины.
— Для твоего организма быстровато. Ты же не весила 200 кг! Твой один кг это как три кг для большегрузов.
— Чёрт, тренер! — она снова уставилась на весы. — Месяц остался, я вешу 70, а мне нужно 65 кг, а чтоб наверняка 62 кг. Мы не успеем!
Снова одарив весы едким словцом, Марина умоляюще взглянула на меня.
— На сегодняшнюю тренировку успеем, штаны натягивай, дуй на дорожку.
В отличие от Марины, её прогресс мне нравился. Она ругалась на весы, а я видела другое. Спустя 4 кг её лицо заметно посвежело, глаза стали выразительнее, а губы и скулы приподнялись.
Мы вышли в зал и поднялись в кардиозону. Невеста включила дорожку. Наблюдая, как быстро она шагает, я подошла ближе:
— Марин, в любом случае ты сделала большой шаг навстречу своей цели, просто продолжай идти.
— Что я и делаю! На темпе шесть км в час! — она ткнула в цифры на табло.
— Давай немного успокоимся? Ты заводишься...
— Два дня назад мои руки лучше смотрелись, почему они опять заплыли?!
— А что стряслось за выходные?
— Ничего! — Марина прибавила скорость и легко побежала на дорожке. — Точнее, ничего нового: мы с Женей спорили, с кем будут сидеть родители на свадьбе. Я по-прежнему не влезаю в платье. И каждый раз, смотря в зеркало, понимаю, что мой жених слепой! Иначе как объяснить, что он выбрал меня? Я же страшная! Толстая!
Всё, что Марина говорила о своей внешности, относилось к кому угодно, только не к ней.
— Опять нервничала? — подытожила я.
— Не то слово! Свадьба — тот ещё нервяк! И рожа эта, — она показала на себя в зеркало. — На фото буду самой стрёмной невестой в истории! – она остановила дорожку и уткнулась лицом в ладони. Всхлипы угрожали перерасти в истерику.
— Значит так: сегодня легко бегаем и больше ничего.
— NO! Нет! — Марина вытерла рукой слезы и, шмыгая носом, продолжила: — Я готова! Уже успокоилась! Всё нормально!
— Мне кажется, ты вот-вот доведёшь себя до нервного срыва. Сможешь сдать кровь на кортизол?
Марина села на дорожку.
— А что это?
— Гормон стресса.
В пятницу Марина прислала результат анализа — кортизол у нашей невесты был повышен в два с половиной раза.
Я не была уверена в том, что делаю, но другого выхода не видела, набрав другу я попросила об услуге. Марина могла похудеть хоть на восемь килограммов за месяц, но дело было не в цифрах: в тот же день я попросила её приехать в полдесятого вечера. Та мялась, долго отказывалась, а потом положила трубку. До свадьбы оставалось чуть больше месяца, а моя клиентка стала невыносимо капризной, нервной и иногда грубой.
Закончив последнюю тренировку, я вышла из фитнес-клуба. В столице была пятница. Теплый московский ветерок залетел под расстёгнутую олимпийку. Через дорогу я заметила белый пежо, который поморгал мне фарами. Ага, значит невеста всё-таки приехала.
Я люблю вечернюю Москву! Даже если днём туман и изморось, ночью столица надевает гирлянды, зажигает огни, включает в каждом закоулке музыку, кричит и танцует вместе со своими жителями и понаехавшими. Кафе в центре работают до утра, а в барах и клубах после полуночи можно заказать рисовую кашу или сырники со сгущёнкой. Москва даёт всё, что ты только пожелаешь – в такие ночи ты её любишь, и она отвечает тебе взаимностью, да еще какой!
— Куда мы едем? — Выкручивая руль левой рукой, Марина сворачивала с Тверской-Ямской.
— В бар, но по дороге, заглянем к Натали. — я оттянула олимпийку. — Даже меня туда не пустят в спортивном костюме.
— Юна, если бы я тебе не доверяла, то никуда бы не поехала в пятницу ночью! Надеюсь, я об этом не пожалею…