Юна Трейстер – Тренер от Бега (страница 14)

— Итак, если тебя не называли тюленем, что они тебе говорили?

— Ну… что я красотка, у меня шикарные волосы, что вкусно пахну, классно танцую, у меня красивые глаза и прикольный смех.

— Какие мерзавцы — а?! – я саркастично шлёпнула себя по коленке. – Все как один сговорились!

Но Марине, похоже, было не до смеха.

— Говори по делу, – устало сказала она, – Зачем тебе эти телефоны?

Я набрала воздуха в лёгкие и развернулась к ней:

— Жениху твоему – как его там? Очень повезло, что несмотря на восемь салфеток с номерами, ты выбрала именно его! На тебя сегодня смотрели десятки мужчин. Ты светилась, смеялась, заигрывала с ними. Ты была живой, настоящей. Тебя не заботило, что о тебе подумают, как ты выглядишь, как говоришь, ешь, танцуешь. Ты была в азарте. Была само́й собой.

Марина помолчала, потом робко кивнула:

— Ты права, я вообще не думала, как выгляжу. Я хотела выиграть! Вначале было трудно первой заговорить, я давно ни с кем не общалась, кроме Жени.

— Откуда такая ненависть в свой адрес? — продолжила я. — Зачем тебе заветные килограммы?

— Я думала, что когда увижу на весах 65 кг, я стану красивее, увереннее в себе. Надену короткое платье или открытый купальник летом.

Я зевнула и потянулась на пассажирском сиденье.

— Тогда подождём вечеринку в купальниках.

— Юна, мы продолжим тренироваться дальше?

— Только если ты будешь тренироваться так, как сегодня собирала салфетки — в удовольствие и с азартом.

— Но я играла, чтобы выиграть у тебя!

— Да, мотивация в баре сильнее, не спорю, – согласилась я и пристегнулась. – Но ответь мне, что тебе больше всего понравилось: количество бумажек в конце или сам процесс?

Марина погладила кожаный руль:

— Конечно, вкус победы приятный, и когда они спрашивали телефон, моя самооценка взлетала до потолка. Парни не врали, я реально верила их словам, комплиментам. — её голос сдавило, и она грустно посмотрела на меня: — Юна, мне так тяжело дались эти четыре килограмма, но я очень боюсь потерять Женю! В его окружении много стройненьких — молоденьких фиф…

— Тогда почему он женится на тебе, а не на них?

Марина смотрела на улицу. Я включила тренера:

— Чего смотришь? Я не буду за тебя это говорить!

— Женя выбрал меня, потому что влюбился с первого взгляда?

— Нет!

— По-то-му… — Марина осторожно нащупывала почву для слов, — По-то-му, что я клас-сна-я? — тихо протянула она, видимо, стесняясь само́й себя.

Я взяла её за руку.

— Ты должна понять – нет стандартов красоты. Есть только ты. Отворачиваться от себя ради картинок из журналов, равно, предать себя. Сегодня ты поняла, чтобы чувствовать себя желанной, не надо скидывать ещё четыре килограмма. Расслабься уже… и поехали по домам, а?

Марина улыбнулась, а потом включила фары и стала выворачивать с парковки:

— Если я не буду ходить на тренировки, я потолстею…

— Вот об этом мы поговорим в другой раз. Не сейчас. Я спать хочу.

Наша машина выехала в узкий переулок. Сладкий, древесный аромат салона напоминал спа-центр, от воспоминаний которого я закрыла глаза и расслабилась. Моё тело после двадцати часового рабочего дня определённо нуждалось в душе. В полудрёме я гадала, появилась ли в квартире горячая вода или придётся снова мыться в клубе.

Засвистели шины. Ремень безопасности натянулся, вдавив меня в сиденье. Я рефлекторно схватилась за ручку двери.

— Дебил! Уйди с дороги! — вдруг заорала Марина.

Под кирпичной аркой, подсвеченный фарами авто, стоял парень, мешая проезду.

Присмотревшись, я узнала того самого Романа с визиткой. Он поднял руки, будто сдавался. Открыв дверь, я вышла наружу:

— Рома? Что случилось?

— Ты не дала свой номер телефона! Ушла и не вернулась. — щурясь от ослепляющего света, ответил он.

Марина сигналила без перебоя, но тот игнорировал.

— Рома, так бывает. Отойди, пожалуйста, нам нужно ехать.

— Да уйди ты с дороги, придурок! – закричала из опущенного окна Марина, и Рома, словно впервые её заметив, подбежал к машине.

О чём они говорили, я не слышала, но Марина внезапно подобрела, улыбнулась и разрешила ему сесть к нам в машину.

Ничего себе поворот, однако.

Ничего не понимая, я вернулась. Рома сидел на заднем сиденье, между креслами и держался за подголовники.

— Соня, дай мне свой номер телефона, и я уйду.

— Соня?! — Марина глупо посмотрела на меня. Потом стукнула себя по голове, — Вот я наивная! А я по правде представлялась, дура-блин!

Рома с насмешкой посмотрел на меня:

— Так ты не Соня?

— Конечно, я соня! Самая настоящая! Поеду домой и до понедельника даже не встану с дивана. В чём меня обвиняют?

— Как тебя на самом деле зовут? — серьёзно спросил Рома.

Я демонстративно отвернулась.

Рома промурлыкал с заднего ряда:

— Марин, как её на самом деле зовут?

— Ю… — она повернулась, но осеклась, увидев мой взгляд, — Ю…ювелирный магазин здесь за углом, мы там кольца с Женей покупали, — потом посмотрела на Рому, — Я не могу сказать, раз она против. Прости, шикарный незнакомец!

Я с вызовом обернулась назад, но встретилась лишь с его упёртым взглядом.

— Ром, ты меня извини, но я не буду с тобой знакомиться. У меня нет на это сил и времени…Тебе лучше уйти.

Рома хмыкнул и посмотрел на меня в упор, но я безразлично отвернулась. Тогда он открыл дверь и добавил, перед тем как уйти:

– Я всегда добиваюсь чего хочу. Ещё увидимся, Юна Исмайловна.

Он хлопнул дверью и отправился в сторону бара. Мы с Мариной онемели, провожая взглядом его широкую спину за угол. У невесты дар речи открылся первым:

— Ты Исмайловна?! Ты откуда?

— Что ты ему сказала? — ответила я

— Ничего. Он спросил, как меня зовут и сможем ли мы подкинуть его до метро.

— Марин, какое метро? Оно откроется только через час…

— Ну прости, он же та-кой классный! Вежливый, вы-сокий, обая-тельный и одет небедно. Я не подумала… — начала оправдываться она.

— Ты точно за Женю замуж хочешь? Может, подумаешь ещё? – съязвила я и откинулась на спинку сиденья — Давай по домам, мне надо выспаться.

Электрокардиография