Юна Ким – Я вернусь в твой сон (страница 6)

– Юнхо, ты шутишь? – надулась Минна.

– Нет, я правда тебя не понимаю, – устало вздохнул Юнхо. – В день нашей встречи ты работала в закусочной и хотела вырваться из бедности. Но недавно, когда я предложил тебе переехать в новую квартиру в престижном районе, ты отказалась.

– Люди меняются, – сказала Минна, и ее щеки порозовели от волнения. – У нас мало времени, чтобы осознать элементарные, но очень важные вещи, принять нужные решения и изменить свою судьбу. Мы можем гнаться за чем-то, но не замечать того, от чего мы бежим. Я много дней посвящала учебе, хотела стать успешным юристом, но счастливой стала, когда повстречала тебя. Конечно, это не повод бросать все свои планы. И, раз уж ты спросил, что для меня значит этот дом… Да почти все! Он хранит воспоминания о нас. Неважно, плохие они или хорошие. На балконе второго этажа ты впервые поцеловал меня, когда пытался вернуть драконью жемчужину. Ты приезжал сюда каждое утро, чтобы подвезти меня до колледжа, и делал вид, что ничего ко мне не чувствуешь. Я ждала сообщений от тебя как сумасшедшая, совсем не спала. А после моего переезда в эту квартиру мы разговаривали каждую ночь. И здесь я готова провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Хорошо, если ты захочешь, мы будем жить в коттедже дяди Кангиля или где-нибудь еще. Только не отдаляйся от меня и не ссылайся на какие-то порядки Небес, чтобы мне не пришлось цепляться за вещи и воспоминания…

В груди Юнхо растекалось обжигающее тепло. Дослушав, он тихо улыбнулся и зашевелил губами, подбирая подходящие слова. У него редко получалось описывать свои чувства так же ясно, как у Минны, и он боялся ранить ее сухим ответом. Все, что пришло ему в голову, – отвлечь ее от этой темы. Крепко взяв Минну за запястья, Юнхо повалил ее на подушки, которые от этого разлетелись в разные стороны. Когда Минна затаила дыхание и закрыла глаза в ожидании поцелуя, Юнхо улыбнулся и с головой укрыл ее одеялом. Но когда она выглянула из-под одеяла и в недоумении уставилась на него, комнату наполнило тягучее молчание.

– Я люблю тебя, – наконец произнес Юнхо и поцеловал Минну в губы, надеясь, что она не рассердится на него.

– Я тоже тебя люблю, – на удивление спокойно ответила Минна, разглядывая его лицо, будто это была их последняя встреча. – Подбросишь меня утром до университета?

– Похоже, тебе придется взять такси, – с сожалением сказал Юнхо и посмотрел на свои руки. – Моих сил не хватит, чтобы перенести мою машину из гаража дяди Кангиля.

– Ничего страшного, – отмахнулась Минна. – Я все понимаю.

– Утром, в половину девятого, я загляну в твой кабинет, – с понурым видом предупредил Юнхо. – Твоя помощница Ван Руми обычно приходит в девять. Не хочу смущать ее. Она шарахается от меня, как от прокаженного.

– Руми всегда так реагирует на красивых мужчин, – хихикнула Минна. – А что тебе нужно в моем кабинете?

– Свадебные приглашения, торжественная речь и другие бумаги. Невеста твоего брата хочет, чтобы они хранились у меня. Она просто невыносима.

– Можешь этим гордиться, – рассмеялась Минна и растрепала челку Юнхо. – Доверие Юри еще надо заслужить!

– Я в первый и в последний раз вожусь с организацией чей-то свадьбы, – поморщился Юнхо.

– Хорошо, – кивнула Минна. – А чем ты займешься потом?

– Мы же договорились, что ты будешь думать об учебе, а не обо мне, – увильнул Юнхо, зная наверняка, что днем он будет мотаться по городу в поисках Ан Минджуна или расспрашивать квисинов о вещих снах и мотыльках. – У меня много дел, не бери в голову.

– «Не бери в голову»? – повысила голос Минна и, присев, в очередной раз толкнула Юнхо в грудь. – Твоя защитная аура исчезла! Я переживаю за тебя!

– Можешь злиться сколько угодно, – с улыбкой ответил Юнхо, едва сохраняя внешнее спокойствие. – Но тебе нужно выспаться. Не бойся, никаких призрачных мотыльков в реальности не существует. Если тебе снова приснится кошмар, я буду рядом, чтобы разбудить тебя.

Поднявшись с кровати, Юнхо поцеловал руку Минны и увидел в ее глазах смутную тревогу. Он понятия не имел, как еще ее успокоить. Миллионы мыслей роились в его голове, пока этот вихрь не прервал настойчивый стук в дверь. Кто бы это ни был, он пришел вовремя.

Юнхо тут же уцепился за возможность разрядить обстановку и повернул голову в сторону окна, за которым сверкнула молния. Даже через стену дома он почувствовал темную энергию своего старого приятеля и наставника Ун Шина. Сегодня она особенно сильно фонила, нагнетая гул в ушах, хотя обычно в полнолуние токкэби[16]и прочие темные квисины лишались почти всей своей силы и только развлекались запугиванием смертных.

– Это Ун Шин, – насторожился Юнхо и, щелкнув пальцами, переместился в мрачный коридор. – Он не изменяет своей привычке появляться без предупреждения. Или ты приглашала его?

– Нет, – удивленно мотнула головой Минна, натянув одеяло до подбородка. – Мы с ним не общались несколько месяцев. Понятия не имею, почему он здесь.

Глава 5

Юнхо распахнул дверь, и опершийся об нее Ун Шин ввалился в коридор. Луна обрисовала светом его огромный силуэт и кружащих позади него мотыльков. Мешковатая кожаная куртка и беспалые перчатки токкэби блеснули клепками во мраке ночи, а фуражка упала прямо в слякоть, оставленную его высокими шнурованными ботинками. На секунду Ун Шин наклонился за ней, и его вьющиеся, доходившие до плеч волосы свесились на белое скуластое лицо. Черная повязка на правом глазу тоже слегка съехала вниз. О нечеловеческой природе Ун Шина и том, что на самом деле ему было далеко не тридцать пять, говорили только голубая сетка вен и едва различимые трупные пятна. Поймав на себе изучающий взгляд Юнхо, он выпрямился и надел фуражку.

– Доброго вечера и полной луны, – хриплым голосом произнес Ун Шин, и его мертвенно-синие губы расплылись в улыбке. – Вижу, вы в одних трусах. Что за унылое выражение лица?

– Давно не виделись, – растерянно ответил Юнхо, не сводя глаз с мотыльков. Они были один в один, как тот, которого он сжег. Прежде Юнхо не наблюдал их рядом с токкэби. С одной стороны, было бы странно в чем-то подозревать Ун Шина, ведь при жизни он служил в армии самого императора, а после смерти стал единственным темным квисином, допущенным на Небеса в качестве наставника Юнхо по боевым искусствам. С другой стороны, совпадение вышло неприятное.

Юнхо решил позже поговорить об этом с Ун Шином и собирался попросить его уйти. Он опасался, что Минна увидит мотыльков и будет забивать себе голову разными догадками. Но было поздно: в поле зрения Ун Шина попал холодильник. Токкэби прошагал прямиком на кухню под ритмичный стук дождя, оставив на полу дорожку из мокрых следов. Стайка мотыльков потянулась за ним. Юнхо знал, что Ун Шина нельзя отвлекать от еды, иначе он проявит свою темную сущность и до смерти напугает Минну.

Пытаясь сохранять спокойствие, Юнхо закрыл входную дверь и прошел вслед за Ун Шином. Токкэби уже трижды врезал по дверце старого холодильника – иначе она не открывалась – и по-хозяйски достал из него яичный сэндвич и красную бутылку.

– Это не соджу, – отхлебнув из горла, заключил он. – Просроченный томатный сок. Мне нравится.

Юнхо мельком посмотрел на Минну и понял, что ее не удержать от расспросов. Она быстро обмоталась клетчатым одеялом, спрыгнула с кровати и уставилась на мотыльков. Поймав ее тревожный взгляд, Ун Шин наконец обратил внимание на мокрую кровать и разбросанную повсюду одежду.

– Почему все молчат? – напрягся Ун Шин. – Я помешал?

– Нет! – воскликнула Минна и просеменила на кухню.

– Я тоже рад тебя видеть, – подмигнул ей Ун Шин, – даже голой.

Заметив, что одеяло сползло почти до груди, Минна смущенно натянула его до самого носа и спряталась за спиной Юнхо. Выглядывая из-за его плеча, она спросила Ун Шина:

– Это твои мотыльки?

– Да, они часто появляются в полнолуние. Надоедливые…

– Ты не думал, что кто-то из мира мертвых пытается связаться с тобой таким способом? – не унималась Минна.

Юнхо издал хриплый вздох отчаяния и состроил Ун Шину гримасу, намекающую на смену темы. Токкэби понял его и быстро затолкал в рот яичный сэндвич. Ответить ему все равно было нечего: как и многие темные квисины, токкэби не знали причину своей смерти и не помнили своего прошлого. Задумавшись об этом, он прошел в комнату, встал напротив полукруглого окна и сощурился от слепящей вспышки молнии.

– Ун Шин, – подловил момент Юнхо, – у тебя ко мне какое-то важное дело? Что привело тебя сюда посреди ночи?

– Все мы зачем-то куда-то идем, господин Ли, – загадочно произнес токкэби. – Сегодня очень неспокойная ноябрьская ночь. Улицы Сеула патрулируют отряды булгэ[17] и мрачных жнецов[18]. Как-никак, вы сын Водного Дракона, и всем есть до вас дело. Поэтому я пришел убедиться, что с Со Минной все в порядке. Случись с ней беда, вы бы меня потом проклинали.

– Спасибо, – поблагодарил Юнхо и поклонился. – Мы с Минной обсуждали наше общее будущее, а теперь ей нужно выспаться. Завтра у нее ответственный день в университете. Давай выйдем на улицу и поговорим там.

– Нет! Я тоже имею право знать обо всем, что происходит! – возмутилась Минна.

– Господин Ли Юнхо прав, – возразил Ун Шин. – Тебе нужен отдых. Если смертная подружка дракона умрет от недосыпа, это станет позором столетия.