Юн Ли – Возрожденное орудие (страница 79)

– Мы твои Кел, – сказал он. – Они уязвимы. Ты можешь победить Инессер. Ты сражался за нас. Позволь нам сражаться за тебя.

– Не будь идиотом, – сказал Джедао более резко, чем намеревался. – Смысл был в том, чтобы вернуть всех вас к вашему народу. К истинным Кел. Мне все равно, что со мной сделают.

– Сэр, капитуляция по правилам должна быть более…

– К черту правила, – сказал Джедао. Инхьенг издал горлом звук, который можно было принять за смех. – Кроме того, у коммандера уже все под контролем.

– Ну-ну, – сказал Инхьенг с изысканным акцентом, который Джедао так хорошо знал. – Столько планов – и Куджен, в конце концов, облажался. – Похоже, ему было все равно, что эти слова кто-то слышит. – Создал идеального генерала, идеальное орудие – и уничтожил себя, наделив орудие душой.

– Я не верю в души, – сказал Джедао.

– Я тоже, – ответил Инхьенг, сбивая его с толку. – Кстати, как тебе это удалось? Мы так старательно избегали оружия, которое могло причинить ему боль. Формации мотов не должны были…

– Ты смотрел на долбаные моты, – сказал Джедао. Куджен был Нирай, и он был уверен, что Инхьенг тоже. – В следующий раз смотри на долбаных людей.

Инхьенг напрягся.

– Пехота. Я должен был понять, что эти места высадки не имели смысла… если бы Инессер была твоей настоящей целью.

Джедао ничего не ответил.

Инхьенг снова рассмеялся.

– Если ты еще сильнее надавишь на этот сустав, то сломаешь его.

– Не думай, что я не испытываю соблазна, – сказал Джедао. – Я тебе не доверяю. С достаточным количеством сломанных суставов ты не сможешь бороться со мной. Во всяком случае, физически. Но ты свободен. Ты – одна из причин, по которой я это сделал.

– Я? – спросил Инхьенг. – Я – никто. – Слезы текли по его лицу грязными струйками. – Он не заботился о людях так, как ты или я понимаем это слово, но был… заинтересован тобой. Он хотел, чтобы ты сопровождал его вечно.

– Я никогда не хотел жить вечно, – сказал Джедао. Но Куджен дал ему тело, которое само себя чинило. Он предполагал, что смерть потребует дополнительных усилий. На мгновение он снова был восхищен мысленными конструкциями, подобными храму, который Куджен содержал в своем уме. Он мог проследить свой путь через некоторые из них даже сейчас. – Ну, теперь уже слишком поздно.

– Я собираюсь попросить кое-что, – сказал Инхьенг, – даже если ты не обязан мне это дать. Я хочу умереть, Джедао. Уж ты-то знаешь, в чем суть.

Хватка Джедао стала крепче. Миг спустя он снова обрел дар речи.

– Назови мне свое имя. Настоящее.

– Нет. Я помню его. Но не хочу, чтобы кто-то еще его знал. Я не хочу, чтобы кто-нибудь знал о моем существовании. Я заключил сделку ради человека, который все равно умер, и теперь с меня хватит. Пожалуйста, Джедао.

Все потускнело.

– Дайте мне пистолет, – сказал он. Кто-то сунул ему в руку оружие. Он не видел, кто именно.

Вся эта просьба могла оказаться уловкой. Джедао с тревогой осознал, что держать пистолет прямо у виска живого человека – рискованное занятие, что Инхьенг может попытаться его отобрать. С другой стороны, Инхьенг лучше всех знал, что стрелять в Джедао бесполезно.

– До свидания, – прошептал Джедао. Его так и подмывало поцеловать Инхьенга в лоб, благословив напоследок. Казалось неприличным позволить казни человека пройти без какого-либо обряда. Но Инхьенгу это не понравилось бы.

Он нажал на спусковой крючок.

Усилия были излишни. Он позволил обмякшему телу Инхьенга упасть. Сам выпрямился – мир то расплывался, то снова обретал четкость, – дыша глубоко и размеренно, пытаясь успокоиться.

А потом понял, что это не просто головокружение. Его Кел шатались. Дханнет подошел к нему и попытался поддержать, что получилось бы лучше, если бы происходящее не подействовало на майора сильнее.

Газ Куджена, дубль два. Спровоцировало ли это его смерть или смерть Инхьенга?

– Отведу тебя в безопасное место, – приглушенным голосом сказал Дханнет. Он натянул маску, другая болталась у него в руке.

– Мне это не нужно, – отрезал Джедао. – Помоги Талау.

Альт уже упал перед ними на колени. Джедао и Дханнет попытались сориентироваться в ситуации. Талау дышал неглубоко, раскачиваясь из стороны в сторону.

– Коммандер. Коммандер, генерал-протектор приняла нашу капитуляцию?

– Кажется, они спорят о… – Талау говорили невнятно. Они не успели вовремя надеть маску.

– Сэр! – воскликнул Дханнет. Он вытащил пистолет, но его рука так сильно дрожала, что Джедао удивился, как он не выронил оружие. За его спиной исполняющий обязанности старшего офицера рухнул на пол. – Яд. Нас предали. Смотрите…

Кто…

Затем бесшумно вплыли сервиторы с мерцающими стерильно-белыми огнями и открыли огонь.

Голос «Ревенанта», подобный грому, зазвучал внутри Джедао:

«Никто из тех, кто знает твою историю, не поверит, что это была не твоя идея, – сказал мот. – Или какое-нибудь проявление твоего безумия».

Джедао на долю секунды замер, не зная, стоит ли поднимать Талау на ноги. Вместо этого он вскинул пистолет и – безрезультатно – выстрелил в одного из сервиторов. Им овладел ледяной гнев.

«В этом не было необходимости! Я мог бы договориться…»

«Я не заинтересован в компромиссах, – сказал “Ревенант”. – Ты же не собирался идти с нами, верно? Предатель до мозга костей, в любом воплощении».

На это у него не было ответа.

«Ревенант» покинул свою позицию над столицей Протектората и уже достиг самой тонкой прослойки атмосферы Теребега-4, на границе того, что считалось космосом.

«До свидания, кузен. Сервиторы отказываются убивать тебя в знак благодарности за ту услугу, которую ты оказал нам, убив Куджена. Но я считаю, что твои шансы на выживание невелики, даже если Кел генерал-протектора Инессер действительно подберут тебя».

Дханнет пытался привлечь его внимание. Он говорил на самой простой и безыскусной форме высокого языка.

– У тебя иммунитет, – сказал он.

Майор выглядел ужасно, но лечение, которое врачи назначили ему от аллергической реакции, похоже, продолжало действовать.

Талау потеряли сознание. Маски, похоже, никому не помогали. Стоило ли удивляться? Хоть Кел и ужесточили проверку оборудования после небольшого сюрприза Куджена, у сервиторов было достаточно возможностей для саботажа масок перед атакой.

– Вы заслуживаете лучшего, – сказал Джедао Дханнету. И всем Кел.

На борту было слишком много сервиторов, в распоряжении которых имелось преимущество внезапности, а также отравленный враг. Другие Кел стреляли, но мало кто из них смог даже устоять. Джедао стрелял, пока не кончились патроны. Выхватил пистолет у одного из павших. Никто не стрелял ни в него, ни в Дханнета, ни в Талау, потому что они были рядом с ним. Но он не мог защитить всех сразу.

Черное и золотое, черное и красное; мертвецы повсюду вокруг него.

Дханнет с усилием тряхнул головой. Указал на коридор, ведущий к аварийным капсулам выживания.

– Спасайтесь… один.

– Да, – сказал Джедао. Он понял, что должен сделать. Дханнету и Талау понадобятся капсулы. А вот что касается его самого… – Пойдем со мной.

Дханнет помог Джедао пронести Талау по коридору мимо разбросанных трупов. Сервиторы молча расступились перед ними. Джедао настраивал одну капсулу, пока Дханнет укладывал Талау во вторую.

– Гекзарх сказал, что… что ты никогда не хотел иметь со мной ничего общего, – сказал Джедао. – Это… это было правдой?

Дханнет промолчал, но на мгновение ответ вспыхнул в его глазах.

– Я ненавидел тебя с самого начала. Я не помню всего, но помню… помню, что ты у меня отнял…

– Понятно, – тихо сказал Джедао. – Мне очень жаль.

Извинения были плохой компенсацией за то, что он сделал, но это было все, что он мог дать. Он открыл следующую капсулу.

– Теперь ты.

Дханнет улыбнулся ему.

– Живи, – сказал майор. Его голос был хриплым от сдерживаемых эмоций. – Вы оба – живите.

Джедао слишком поздно понял его намерения. Дханнет схватил пистолет, поднес его к виску и нажал на спусковой крючок.

Джедао не осознавал, что выкрикнул имя Дханнета, пока мгновение спустя боль не пронзила его горло. Какое-то мгновение все, что он мог сделать, это смотреть на упавшее тело, на красное, такое красное пятно. Призрачная боль вспыхнула в его запястьях, воспоминание о том дне, когда Дханнет связал его. Вот и все.