Юн Ли – Возрожденное орудие (страница 65)

Дханнет даже не пытался скрыть своего возбуждения.

– Ты очень молод, – сказал он не хладнокровно и не страстно, но с оттенком свирепости. Куджен, вопреки собственной убежденности, приручил его не в полной мере.

Джедао не препятствовал, когда ему связали руки. Он попытался сообразить, какие используются узлы, но это оказалось невыполнимой задачей – он не видел, что происходит за спиной. Веревка сжимала, как паучья сталь и шелковое обещание. Он не спросил Дханнета, почему тот держит такую штуку наготове. Может быть, так поступали все Кел, а ему просто не пришло в голову спросить. Пока Дханнет поправлял узлы, Джедао мечтал о том, как его здесь забудут, как рой Кел пойдет в бой без него, и годы будут течь друг за другом, пока даже протертые до дыр легенды о его преступлениях не станут всего лишь дуновением сквозняка в коридорах.

Позже Дханнет развязал его и отвел в уборную, чтобы они смогли привести себя в порядок. Это было не более неуместно, чем то, что они уже сделали друг с другом. Джедао ополоснул лицо холодной водой и постарался не думать о тех местах, где у него все болело. Дханнет был очень осторожен, когда резал Джедао, пусть порезы и заживали сами по себе.

Джедао задрожал от покалывания: кровообращение восстанавливалось в руках, ногах; волна резкой боли пробежала от плеч через позвоночник к паху.

– Питаешь противоестественную любовь к чужакам? – спросил он.

Лицо Дханнета осталось спокойным.

– Хочешь, чтобы тебя так называли?

– Вряд ли это может быть секретом после того, как меня в командном центре застрелили, а я не умер.

– О тебе ходит столько легенд, что никто не знает, что с тобой делать.

– Могу себе представить. – Джедао любовался татуировкой на спине Дханнета, пока тот умывался. Какой-нибудь птице, которую можно было бы ожидать от Кел, майор предпочел свирепого тигра.

Дханнет оглянулся через плечо.

– А, это, – сказал он. – Сделал ее, когда был намного моложе. Когда-то я был женат. Мой супруг хотел, чтобы я ее свел, но я упрямился. Глупо было из-за этого ссориться.

Джедао вспомнил запись в досье Дханнета. Когда-то он был женат на альте-дипломате. Один взрослый ребенок. Он никогда не упоминал ни о том, ни о другом по вполне понятным причинам.

– Ты скучаешь по ним?

– Теперь это – моя жизнь, – сказал Дханнет.

Джедао понял, что в этом подобии ответа кроется упрек. Все люди из прошлого – не только Руо – были потеряны, превратились в покрытые пылью слова слишком многих историй, чтобы их можно было прочесть. Но он не единственный, кого вот так лишили прошлого. Все Кел в его рое оторваны от своих товарищей, семей, друзей. У них ничего не осталось, кроме друг друга.

28

Игломот Черис догнал рой Куджена благодаря тому, что тот остановился для пополнения запасов и модернизации. В первый раз Гемиола увидела его, когда 1491625 пустил в ход сканеры так осторожно и легко, словно орудовал перышком. Моты причалили к огромному сооружению, и модернизирующие аппараты ползали по ним, словно опарыши. (Змееформа видела опарышей в последней из просмотренных драм, и Черис пришлось объяснять, почему люди реагируют на них с таким отвращением.) От внимания Гемиолы не ускользнуло, что в отрядах, сопровождающих эти аппараты, есть крупные промышленные сервиторы, вроде того, с которым она познакомилась на Айонг-Прайм – похоже, они большей частью, хотя и не в одиночку, отвечали за работу в вакууме.

1491625 спарил игломот с командным мотом Куджена, как бы тот ни назывался. Гемиола нервничала на протяжении всего захода на посадку, хотя уже знала, что 1491625 – отличный пилот. К счастью, 1491625 не обиделся на ее очевидную нервозность.

– Хорошо, что они показывают все признаки того, что остановились здесь на некоторое время, – заметила Черис. В данный момент она находилась в грузовом отсеке, проверяя яйца бурильщиков. – У нас только одна партия – и никакого права на ошибку.

Гемиола не знала, чего ожидать от яиц. Это оказались большие овоиды, кожисто-черные на вид. Одно яйцо было размером с туловище Черис, хотя и намного плотнее человеческой плоти. Партия состояла всего из четырех яиц. Каждое из них было помечено кодом контроля качества/родословной и, что забавно, ярким желтым логотипом в виде бабочки в круге, указывающим на завод, который их вывел. И все-таки Гемиоле не понравилось, что на сканере они слабо пульсировали.

– Похоже, среди них нет мертворожденных, – сказала Черис, – или какой там термин правильно использовать по отношению к яйцам. – Ее взгляд смягчился. – Джедао должен был знать, но он вырос, говоря на совершенно другом языке. Я не знаю, как много из старой шпаройской терминологии, касающейся фермерства, можно перевести на современный высокий язык.

Гемиола вопросительно заморгала огоньками.

– Ферма?

У нее возникло тревожное видение: Джедао окучивает ряд растений, из чьих бутонов появляются на свет миниатюрные пустомоты.

– Он вырос в сельскохозяйственном исследовательском центре, – объяснила Черис. – Им руководила его мать. Провел детство, наблюдая за злобными гусями, бегая по окрестностям и учась обращаться с оружием – в общем, обычная история.

Гемиола видела несколько драм о Джедао, но ни в одной не фигурировал этот интересный кусочек его биографии. Подстегиваемая любопытством, змееформа спросила:

– Что мы будем делать с бурильщиком после того, как он завершит свою работу?

– Что ты имеешь в виду?

– Они живые, не так ли?

Черис задумалась.

– Я полагаю, что да, но у них нет длительного жизненного цикла. Они вылупляются, жрут, прогрызая себе путь через все, что ты хочешь пробить, потом впадают в спячку. Я не думаю, что они разумны в каком-либо значимом смысле этого слова.

– А откуда они вообще берутся? – Гемиола сверилась с записями, полученными от сети Айонг-Прайм, но большинство из них не касалось инженерных вопросов.

– Ответвление программы размножения мотов, – ответил 1491625. – Если быть более точным, бурильщики произошли от паразитов мотов.

– Ты полон интереснейших фактов, – заметила Черис.

– Во время остановок делать нечего, кроме как разговаривать с сервиторами Нирай, – признался 1491625. – Я как-то встретил одного, который был весьма готов обсуждать техобслуживание, которым занимался, и я многому у него научился в обмен на помощь в его работе.

Черис выгнула бровь, осторожно откладывая последнее яйцо после осмотра.

– А какую работу ты должен был делать вместо этого?

– Инвентаризацию оружия, – сказал 1491625, – но с этим я закончил раньше. На случай, если тебе интересно.

Гемиола с трудом подавила желание обеспокоенно заморгать огоньками. «Успокойся», – велела она самой себе. Оставалось только поверить, что Черис знает, что делает.

– Такое ощущение, что ждать придется долго, – сказала она.

– Ожидание никогда не доставляет удовольствия, – согласилась Черис. – И мне не нравятся эти обновления, пусть я и не могу понять, для чего они. Все дело в принципе. Но зато у нас есть время для сбора информации, даже если мы не осмеливаемся использовать сканирование на полную мощность.

– Не говори так, – тихо сказала Гемиола. Она представила себе, как поднимает по тревоге весь рой, и игломот в мгновение ока взрывают разъяренные боемоты. Или его берут на абордаж большие и сердитые солдаты Кел. Может, Черис и уверена, что спокойно проберется через мот, полный вооруженных до зубов Кел, и у Гемиолы не было сомнений, что у нее это получится, но сама змееформа ожидала, что с нею быстро покончат.

– Ты отлично справишься, – заверила Черис. – Готова к новой тренировке?

Разумом Гемиола понимала, что никто на командном моте Куджена не слышит и не видит, как они разговаривают внутри игломота. На практике ей хотелось, чтобы Черис говорила тише.

– Готова, – сказала змееформа.

Через восемнадцать дней после того, как игломот присоединился к командному моту, который, как выяснилось, назывался «Ревенант», рой отправился в путь. К тому времени Гемиола уже запомнила все, что им троим удалось выяснить о планировке командного мота. Черис объяснила Гемиоле, что ей особенно нужна помощь змееформы из-за сложности переменной планировки.

– Проникать на корабли было намного проще, пока Нирай не изобрели это, – сказала она с легкой тоской.

– Такие люди, как ты, заставляют обычных граждан хвататься за подушки по ночам, – ехидно заметил 1491625.

Гемиола полагала, что ситуация улучшится, как только они отправятся в путь, но ее волнение лишь возросло. Сервиторы не нуждались в сне, однако змееформа обнаружила, что как одержимая перебирает карты, планы и схемы движения в уме. 1491625 почти не обращал на нее внимания, поглощенный своими обязанностями.

Однако Гемиола не могла долго обманывать Черис. Через несколько дней женщина отвела ее в сторону.

– Я знаю, что прошу тебя о многом. Я очень признательна за помощь. Но я не смогу выполнить задание без тебя. Мы должны сделать это вместе.

– Это совсем не похоже на драмы, – печально призналась Гемиола. – Там, по крайней мере, музыка подсказывает, когда подкрадываются плохие парни.

– Будь это драма, роль плохих парней досталась бы нам, – заметил 1491625.

– От тебя никакого толка, – сказала Черис.

– Кто-то должен быть реалистом, – парировал 1491625.

Гемиола молча поблагодарила 1491625 за его черствость. Они никогда не станут друзьями, но деловитость второго сервитора помогала ей сосредоточиться на том, что стояло на кону.