Юн Ли – Возрожденное орудие (страница 5)

– Это чрезвычайная ситуация, – произнес резкий, низкий голос в тот самый момент, когда Брезан услышал звук, с которым захлопнулась дверь.

Брезан вздрогнул, проснулся окончательно и безуспешно попытался нащупать табельное оружие. Он не был настолько параноиком, чтобы с ним спать, но уже начал об этом сожалеть, хотя и сомневался, что смог бы нанести незваному гостю значимый урон. Уж скорее он бы выстрелил самому себе в ногу, или – если Вселенная отнесется к нему особенно несправедливо – его оружие снова выстрелом выбьют из руки. Тот первый случай он не забудет до конца дней.

Побеги свечной лозы засияли ярче при появлении незнакомца, который, как выяснилось, не был таковым. Это оказалась одна из сержантов Кел, из службы связи – пухленькая женщина с привычкой рассказывать грязные анекдоты любому, кто хотел их выслушать. Только вот у Брезана возникло ощущение, что она вовсе не Кел, раз вломилась в его комнату.

– Привет, верховный генерал, – сказала женщина. В руках у нее был поднос с дымящейся чашкой чая.

– Вы что, Шуос? – спросил Брезан, не тратя время.

– Отлично, – сказала она.

– Как вас зовут по-настоящему?

Женщина приблизилась, двигаясь достаточно медленно, чтобы не выглядеть угрожающей.

– Вы задаете неправильный вопрос. Ну, если интересно, я Шуос Эмио. И вам бы стоило выпить чаю. Яда в нем нет, не считая кое-каких дополнительных стимуляторов. Для грядущего разговора вам надо взбодриться.

– Да что вы говорите, – саркастически заметил Брезан. – По-вашему, я недостаточно бодр?

Он сбросил простыни и сел, чувствуя себя странно уязвимым в ночной сорочке и со спутанными волосами.

– О, стимуляторы вам нужны не для меня, – сказала Эмио. – С вами хочет поговорить гекзарх, а для такого соображалка должна работать на полную катушку.

«Гекзарх» означало Микодеза, главу фракции Шуос, одного из последних людей, с которыми Брезану хотелось бы беседовать.

– Он не мог связаться по обычным каналам?

Эмио взглянула на него.

– Я не могу заставить вас воспринимать его всерьез, – проговорила она с тревожной небрежностью, – но в ваших интересах именно так и поступить. Ибо у меня для вас две новости, и гекзарх станет вашим лучшим другом, который поможет справиться с обеими.

Брезан решил, что Эмио вряд ли оставит его в покое, чтобы он смог переодеться. Он подошел к комоду и стал рыться в ящике в поисках нагрудной повязки и униформы.

– Ну ладно, рассказывайте.

– Во-первых, ваша революция уже в опасности.

Брезан усмехнулся.

– И это все? Это же революция. Она в опасности по определению.

Эмио продолжала, словно не расслышав его резкие слова.

– Во-вторых, человек, который нужен вам, чтобы справиться со всем этим, исчез. Я про Кел Черис.

Брезан застыл.

– Вы же не всерьез?

– Опять теряете время, – упрекнула его Эмио. – Вы уже проводили собрания с подчиненными. Всегда тратите так много времени на ненужное?

Какая бы сильная неприязнь к Эмио ни возникла у Брезана, он не мог с ней спорить. Если она говорила правду – а у него появилось неприятное чувство, что так и есть, – то надо было перестать ее подкалывать и начать готовиться к действительно неприятной ситуации.

– И вы не знаете, куда подевалась Черис?

Он не стал спрашивать, много ли Эмио знает про Черис-Джедао и ее роль в календарном всплеске, который привел к полной остановке механизма гекзархата. Во-первых, ответ мог ему не понравиться. Во-вторых, в данный момент это не имело значения.

– Если бы я знала, разве сказала бы, что она исчезла? – проговорила Эмио невыносимо рассудительным тоном. – И, сами понимаете, для Кел я всего лишь сержант. У меня не было полномочий посылать всех в погоню за ней.

– Ничего хорошего из этого не вышло бы, – сказал Брезан. – Предполагаю, она взяла игломот.

На этом корабле она и прибыла, и он был оснащен стелс-системой.

– Угадали.

К этому времени Брезан уже закончил одеваться, хоть и не расправил воротник кителя. Если Эмио это и волновало, она держала свое мнение при себе.

– Я готов, – сказал верховный генерал.

– Нет, – возразила Эмио. – Сперва вам надо поесть и попить.

– Вы, должно быть, шутите.

– Я совершенно серьезна.

– Гекзарх Микодез отдал вам на этот счет личный приказ?

Эмио слегка поморщилась.

– Не гекзарх. Его ассистент, Зехуни. Могу вас заверить, что по-своему Зехуни гораздо страшнее.

Учитывая, что Микодез только что убил остальных пятерых гекзархов, объявив себя союзником Черис, Брезан сильно сомневался в этом. Однако он не собирался придираться. Брезан живо помнил свою единственную встречу с Зехуни, которая действительно была ужасающей. Он сел за стол, куда Эмио поставила поднос, и принялся за еду так быстро, как только позволял его ослабевший аппетит.

– Хорошо, – сказал Брезан. – Надеюсь, у вас есть защищенная линия связи с Цитаделью Глаз или где там обретается гекзарх в эти дни, потому что я почти уверен, что если попытаюсь с ним связаться, наткнусь на автоответчик.

Эмио не удостоила эти слова ответом.

– Ваш терминал, если позволите?

Брезан сделал нетерпеливый жест.

– Давайте покончим с этим.

Эмио склонилась над терминалом и ввела длинную загадочную цепочку идентификационных фраз.

– Ну вот, – сказала она, – линия 6–1, прямая связь с Цитаделью Глаз. У гекзарха не должно уйти много времени на ответ.

Брезан подавил желание провести это время ожидания, разглядывая свое отражение в темной глянцевой поверхности терминала. Если гекзарх Шуос Микодез настоял на том, чтобы разбудить его посреди ночи (по пересмотренному календарю), чтобы поговорить, то пусть смирится с недостаточно причесанными волосами и перекошенным воротником.

Через две минуты дисплей ожил. Брезан никогда не встречался с Микодезом, но, как любой информированный гражданин, знал, как выглядит этот человек. Микодез, в отличие от многих Шуосов, ничего не менял в своей внешности, не считая того, что он остался в разумной степени молодым, как поступал любой здравомыслящий человек. Блестящие черные волосы с длинной прядью на лбу обрамляли темнокожее лицо, в ушах болтались серьги с красными кисточками и крошечными золотыми бусинками. Но в остальном его красно-золотой мундир был полностью ортодоксальным, слегка военным по стилю, несмотря на отчаянно непрактичные цвета. Впрочем, подумал Брезан, нет никакой разницы, какие цвета носят те, кто горделиво рассекает космос, а не копошится в грязи планет.

– Верховный генерал, – сказал Микодез. У него оказался на удивление мягкий тенор. – Эмио.

Брезан поборол волну чистейшего атавистического ужаса. В конце концов, если бы Микодез намеревался убить его, он мог бы приказать Эмио застрелить верховного генерала несколькими минутами раньше.

Эмио только кивнула и присела на край стола Брезана. При других обстоятельствах Брезан был бы еще более раздражен.

– Гекзарх Микодез, – сказал он. – Я весь внимание. Что такого срочного?

Микодез улыбнулся Брезану. Это почти придало ему дружелюбный вид, но верховный генерал не позволил себя обмануть. Человек, контролирующий такое количество наемных убийц и шпионов, никак не мог быть дружелюбным.

– Жаль, что вам пришлось так поспешно встретиться со своим новым телохранителем, – сказал Микодез. – Но ничего не поделаешь.

– Если ситуация настолько хреновая, что мне грозит немедленная смерть, – сказал Брезан, – то я не уверен, что один телохранитель что-то изменит. Даже если это Шуос со сверхспособностями. – Он приподнял бровь, глядя на Эмио, словно провоцируя ее что-то сказать.

– Только по долгу службы, – невозмутимо ответила она.

– Вы отчаянно нуждаетесь в инструктаже, – продолжил Микодез, – особенно сейчас, когда Черис не осталась и не взяла бразды правления в свои руки. Простите, что не связался с вами раньше, – дело в том, что мне самому нужно было получить инструкции, если понимаете, что я имею в виду.

– Да, – кисло ответил Брезан. – Насколько я могу судить, это значит, что мне надо будет как-то удерживать гекзархат от распада, пока не будет создано приличное временное правительство.

Это обещало стать интересным занятием, поскольку Брезан не был политическим теоретиком и автоматически не доверял никому из тех, кого мог предложить ему Микодез. Ни он сам, ни кто-либо другой толком не понимали, каким законам теперь следовал гекзархат. Останется ли его валюта прежней, и как Брезан убедит фракцию Андан помочь ему стабилизировать рынки? Что случится со всеми Видона? Какой работой они теперь будут заниматься? И это были только первые проблемы.

– Хуже того, – отрезвляюще продолжил Микодез, – вам, вероятно, придется заставить людей следовать новому календарю и поддерживать ваше правительство. Под «заставить» я подразумеваю уговорить. В обычной ситуации я бы предложил услуги своего отдела пропаганды, но сейчас моя популярность находится на рекордно низком уровне. В ваших интересах, чтобы о нашем сотрудничестве было известно как можно меньше.

Брезан не стал упоминать о том, что не хотел бы сотрудничать с Микодезом, и точка – не в последнюю очередь потому, что понимал свое безвыходное положение.

– Ну, – сказал он, – это единственное, что я могу сделать лучше, чем Черис. Не потому, что я особенно харизматичен или интересен, а потому, что теперь все думают, что она – это Джедао.