Юля Фло – Тебе здесь не место! (страница 2)
– Просто, я проезжала мимо и почувствовала лёгкое головокружение. – хорошо, что врать я так и не разучилась. – Поэтому решила припарковаться, пока не приду в норму.
– О, милая, может я тебя подвезу, а свою машину ты заберёшь потом?
– Спасибо, мистер Харпер, не нужно, я уже чувствую себя намного лучше.
Улыбаюсь своей самой обворожительной улыбкой и завожу мотор.
По дороге домой принимаю решение завтра же ехать в Луисвилл и купить пистолет там. Один из плюсов больших городов – тебя никто не знает.
*Холден Колфилд – Главное действующее лицо романа Джерома Д. Сэлинджера «Над пропастью во ржи»
ГЛАВА 2
(Екклесиаст 4:9-12)
– Зои, это ты? – слышу я мамин голос, когда закрываю за собой входную дверь.
– Да. – отвечаю я, снимая с ног свои черные балетки. Мама ненавидит, когда по ее коврам ходят в обуви.
Прохожу на кухню и падаю на стул.
– Как прошел твой день, милая?
Мама вынимает из духового шкафа противень с золотистым пирогом.
– Как обычно, ты же знаешь. – раздражённо отвечаю я и потираю глаза.
Надеюсь, это прозвучало не слишком грубо? Не хочу обидеть маму, она все эти годы поддерживала меня и именно по ее просьбе мистер Грант принял меня на работу в канцелярию, после того, как миссис Честер наконец ушла на пенсию.
Но по стуку противня об подставку, я понимаю, что маму задели мои слова.
– Зои Бриттани Барнет! Что за тон?
Мама упирает руки в бока и сдувает, прилипшую к потному лбу свою белокурую челку.
– Извини, мам. Я просто так устала за эту неделю.
Кладу голову на стол, после чего слышу новую порцию негодования.
– Господи, Зои, это стол, а не кровать! Иди переоденься и спускайся к ужину, скоро вернётся твой отец.
Она отворачивается от меня и начинает нарезать пирог. Шумно вздыхаю и иду выполнять мамину просьбу-приказ. Живя в двадцать восемь лет в родительском доме, приходится мириться со всеми их правилами. В восемнадцать лет я и подумать не могла, что всю оставшуюся жизнь проведу в этом захудалом городке, работая в ненавистной мне старшей школе, да ещё и жить буду в комнате, в которой прожила всю свою сознательную жизнь. Думаю, виновные за крах моих надежд заслуживают той кары, которая их вскоре настигнет.
***
Ужин проходит под девизом: «Джерри-самый лучший сын на всем белом свете!». Я без аппетита пережевываю мамин фирменный пирог с картофелем и мясом. И почему меня сразу не напрягло то, что именно этот пирог она приготовила на ужин. Оказывается, жена моего младшего брата Джерри, беременна во второй раз. Просто отличная новость! Отец и мама светятся от счастья. Ещё один внук или внучка. Кусок пирога застревает в горле, когда отец смотрит на меня и с укором произносит:
– Надеюсь, что ты тоже вскоре образумишься и найдешь приличного парня! Я хочу и твоих детей увидеть, пока ещё не сыграл в ящик.
Отец звучно смеется над своей шуткой. Мама опускает глаза, ковыряясь вилкой в своей тарелке. Только я, она и доктор Мейсон знает, что у меня уже никогда не будет детей. Я просила ее не говорить отцу. И вот уже десять лет она хранит этот секрет, за что я ей безмерно благодарна. Отец и так считает меня полным разочарованием, не хочу чтобы он узнал ещё и о том, что я была беременна в тот день, когда упала на баскетбольную площадку.
– Твой брат скоро станет отцом во второй раз. Через пару месяцев он открывает собственный стоматологический кабинет почти в центре Луисвилла. – продолжает отец, словно пытаясь, перечислениями заслуг Джерри, сделать мне больнее.
Все внутри меня содрогается от каждого его слово, но на моем лице не дергается ни один мускул. Этому я научилась в старшей школе. Никто не должен был знать, что на самом деле творится в моей душе. Я делаю глоток воды и нанизываю на вилку очередной кусочек пирога.
– Дастин Элиотт Барнет, оставь девочку, наконец, в покое! – голос мамы заставляет отца прервать свою словесную тираду.
Если честно, после того, как я приняла, пожалуй, самое важное решение в своей жизни, мне стало плевать на то, что ждёт от меня отец. Мне никогда не быть столь успешной, как его сын, мне никогда не увидеть в его глазах слезы, когда он услышит новость о моей беременности. Как говорит мой психотерапевт: не можешь изменить что-то – прими это. Долгие десять лет я не могла согласиться с этой фразой, но теперь я знаю, что скоро все изменится. И не только для меня.
Перед тем, как удалиться в свою комнату, я помогаю маме с посудой и между делом объявляю ей о моей завтрашней поездке в Луисвилл.
– Мы с Гвен решили пройтись по магазинам и присмотреть что-нибудь к вечеру встречи выпускников. – беззаботно вру я, составляя тарелки в посудомоечную машину.
– О, милая, это отлично! Тебе нужно хоть изредка выбираться из дома. – Мама улыбается и, подмигивая мне, добавляет. – Иначе ты никогда не встретишь хорошего мужчину.
– Мама, мы уже много раз говорили об этом.
Я закатываю глаза и слишком рьяно нажимаю на кнопки, выставляя нужно программу на посудомойке.
Мама начинает быстро шептать:
– Зои, ты же знаешь, что в наше время отсутствие матки не может тебе помешать стать матерью. Твои яичники функционируют отлично. Сейчас многие голливудские звёзды прибегают к услугам суррогатных матерей.
Я молча ополаскиваю руки под струёй воды. Шумно вздыхаю и протираю их бумажным полотенцем.
– Не хочу об этом говорить. – произношу я, выбрасываю полотенце в мусорное ведро и ретируюсь из кухни.
Если я не уйду сейчас, мама снова начнет меня уговаривать вернуться к нормальной жизни молодой женщины. Но нормальной жизни для меня уже больше никогда не будет. После последнего обследования моего головного мозга, доктор Мейсон, как можно более деликатно, рассказал мне об необратимых изменениях, которые происходят в моей голове. Скорее всего, к сорока годам, мои мыслительные способности будут ни сколько не лучше, чем у миссис Колфред, которая в свои семьдесят пять лет страдает старческим маразмом. Только об этом маме я так и не решилась рассказать. Не хочу, чтобы она считала дни до того, как ее молодая дочь в один прекрасный момент не сможет без посторонней помощи вернуться домой.
***
Утром мама уговаривает меня заехать в гости к Джерри.
– Вы так давно не виделись. Поздравишь его и Кейт с беременностью.
Она наливает мне кофе и мило улыбается.
– Мама, ты же знаешь, что я еду с Гвен, не думаю, что она будет в восторге от посещения квартиры Джерри.
Я как можно скорее разделываюсь с завтраком и покидаю пределы кухни. Мама следует за мной. Когда я достаю из сумочки ключи от своей машины, она хмурит брови и обеспокоенно произносит:
– Ты хочешь сама ехать в такой большой город? Зои, в твоём состоянии это опасно! Ты же знаешь, что в любой момент у тебя может закружиться голова или ещё что хуже, ты потеряешь сознание прямо на оживленной дороге!
Она хватается за сердце. Черт, как я устала от того, что все вокруг считают меня недееспособной.
– Мама, мы поедем на машине Гвен, а свою я оставлю у ее дома. – говорю я, чтобы она успокоилась и выпустила меня из дома.
Только выехав за пределы родного города, я наконец вздыхаю с облегчением. Мамины наставления до сих пор звенят в моих ушах. Я, конечно, очень ее люблю, но иногда ее бывает чертовски много.
По мере приближения к моей конечной цели, дорога становится действительно слишком оживленной. Я уже много лет не ездила в Луисвилл самостоятельно. Поэтому, как можно скорее пытаюсь взять себя в руки, и вливаюсь в быстро движущийся поток автомобилей.
Вчера перед сном я поискала нужную для меня информацию в интернете и список с адресами оружейных магазинов Луисвилля сейчас лежит в моей сумочке. Помимо списка, в ней лежат ещё пятьсот долларов наличными. Надеюсь, этой суммы хватит на приличное оружие.
Луисвилл встречает меня проливным дождём. Я аккуратно паркуюсь возле первого оружейного магазина, но мне приходится ещё минут двадцать сидеть в сухом салоне своей «Хонды». Я не взяла зонт, а это значит, что пока я дойду от парковки до входной двери магазина, я превращусь в мокрую курицу. Поэтому, решаю переждать непогоду в автомобиле.
Когда шум дождя затихает, я выбираюсь из машины и уверенной походкой иду к магазину.
– Я могу вам помочь, мисс? – мужской голос выводит меня из раздумий.
Вот уже десять минут я разглядываю стену, на которой висят пистолеты, но не решаюсь подойти ближе. Мне кажется, что как только я почувствую холод оружейного металла, назад дороги уже не будет.
– Да, сэр, мне нужен пистолет. – проговариваю я как можно более расслабленно.
Мужчина прищуривает свои карие глаза и пару секунд рассматривает меня.
– Думаю, вам отлично подойдёт эта модель. – он подходит к стене и снимает черный пистолет. – Ruger LC9, калибр девять миллиметров, магазин рассчитан на семь патронов. Женщины отдают предпочтения именно этому пистолету, мисс. Он компактный, отлично подходит для скрытого ношения, и у этой модели самая демократичная цена среди пистолетов, всего двести пятьдесят американских долларов.
Продавец широко улыбается и протягивает мне пистолет, который лежит на его огромной ладони. Я осторожно, чтобы не показать волнение, беру оружие в свою руку.
– Вы уже имели дело с оружием, мисс?
Видимо он все же заметил мое смятение.
– Нет, сэр. – честно признаюсь я, осматривая предложенный мне вариант.