Юля Белова – Невозможный босс (страница 35)
Но пока ожога нет, и это отлично. Это ведь тоже плюс. И то, что Клим, как раз, оказался здесь – невероятно здорово. Где бы я слесаря на ночь глядя искала? А так, вот он, пожалуйста, худо-бедно, но всё же разбирается человек в сантехнике.
Ну, и то что я совершенно голая, тоже можно отнести к несомненной удаче. Одежда сразу бы намокла и испортилась, окажись я здесь в этот момент одетой. А если бы в карнавальном платье, да ещё и в парике? У-у-у…
В общем, с какой стороны не взгляни – кругом одни только плюсы и преимущества, и чего я злюсь, совершенно непонятно. А я злюсь, и это ещё очень мягко сказано. И по глазам Клима я вижу, что он понимает, что я злюсь. И даже догадывается, на кого именно обращена моя злость.
– Куда?! – кричу я Климу, пытающемуся тут же выскользнуть из ванной. – Стоять!!!
Я срываю с крючка халат и забиваюсь в угол, прикрывая наготу и прячась от холодных брызг. Клим же оказывается под обстрелом, в зоне прямой наводки холодной струи. Огонь, батарея, пли!
Он бросается на кран, как на амбразуру, затыкая дыру своим телом. Хорошо, что всё ему уже известно – и место хранения инструментов, и их ассортимент. Всё здесь, всё под боком.
Винить Клима в новой протечке, конечно, не честно, ведь он не сантехник, в конце концов. Ну помог аварию ликвидировать, так он же тогда только воду перекрыл, а ремонт уже наш слесарь делал. Надо было всё заменить, а не ремонтировать. Режим экономии…
– Вы что тут творите? – удивлённо восклицает Лизка, привлечённая моим воплем.
– Уйди! Платье испортишь! – кричу ей я.
В этой невообразимой кутерьме проходит несколько минут, пока Клим перекрывает воду и пытается отремонтировать смеситель или что он там ремонтирует. Я чувствую бодрость, от сна не остаётся и следа.
В инструментах, оставшихся от отца, он находит какое-то кольцо, называемое почему-то хомутом и прилаживает к трубе, потом открывает воду, заставляя меня сжиматься от страха, и демонстрирует, что всё работает, как надо.
– Но это временное решение, – предупреждает он. – По-хорошему, здесь нужно всё менять – и трубы, и смеситель.
Да знаю я, денег пока нет на это, так что поживём с хомутом до следующего раза.
– А ты зачем вообще ко мне вломился? – спрашиваю я мимоходом. – Знал же, что я ванну принимать пошла.
– Ну… понимаешь… – мнётся Клим.
– Не понимаю, – качаю я головой.
– Подумал, ты будешь не против…
– В каком смысле? Не против чего? Ты ванну хотел вместе со мной принять? А Лиза?
– Что Лиза? – удивляется он.
– Как что? А она бы что подумала, увенчайся твой план успехом?
– Да она же взрослая уже, – скучным голосом отвечает Клим.
Явно, этот разговор ему не слишком приятен.
– Странный ты человек, Клим, – задумчиво произношу я, и он не возражает, для того, вероятно, чтобы скорее покончить с этим.
В этот момент у меня звонит телефон. Чтобы его найти, приходится потрудиться. Я обнаруживаю его под своей мокрой одеждой. Звонит, разумеется, Борзов.
– Алло, – говорю я как-то неестественно.
– Привет, – раздаётся из трубки его бархатистый голос, и я чувствую, что он улыбается.
– Привет…
– Ну, чем занимаешься? – спрашивает он после небольшой паузы.
Что? Да даже и не знаю, что сказать. Чем я занимаюсь? Это и описать-то трудно. Я выхожу из ванной, чтобы не разговаривать при Климе.
– Да, разными мелочами… Хотела вот ванну принять, но… отвлеклась… Сейчас, всё-таки залезу, наверное.
– Хотел бы и я оказаться вместе с тобой в этой ванне.
– Нет! – слишком поспешно восклицаю я.
Воцаряется пауза.
– Лиза дома, – нахожусь я с пояснением. – Это было бы…
– Ну да, я понимаю, – отвечает он. – Я слишком быстрый, да?
– Нет, в самый раз, – говорю я и вдруг краснею, – ну, то есть… нет, не в том смысле, а…
Теперь он уже не скрывает смеха. Это что, первый раз что ли он смеётся при мне? Неужели правда?
– Приятно слышать, что у тебя хорошее настроение, – реагирую я.
– Да уж, с тобой оно у меня всегда хорошее.
– Не замечала раньше.
В это время из кухни доносится раскатистый смех Клима.
– Кто это? – вмиг делается серьёзным Борзов.
– Где? – спрашиваю я невинным голосом, устремляясь прочь от кухни.
– Кто это смеётся?
– А, это Лизка на компе что-то смотрит, сериал какой-то.
– У неё же экзамены на носу, – всё ещё подозрительно замечает он.
– И не говори, сил уже нет с ней воевать. Пусть что хочет, то и делает.
– Ладно, не расстраивайся. Если хочешь, я с ней поговорю.
– Не нужно, возможно, всё-таки, ты действительно несколько торопишь события. Не хочу говорить «слишком быстрый», но…
– Ясно. Ладно торопиться не будем.
Надо же какая сдержанность. С чего бы это…
– Алёна, – продолжает он и это, кажется, тоже первый раз, когда он просто называет меня по имени. – Мне тут надо будет уехать опять.
Его голос звучит даже как-то виновато, я бы сказала. А вообще, это Борзов мне звонит или может быть кто-то меня разыгрывает?
– Опять? Странно. Опять внезапно. Туда же?
– Да, туда же. Да блин, хотят новый круг переговоров, там вся наша банда собирается, финансового тоже беру, маркетинг. В общем большая битва.
– Понятно.
– Но к балу я приеду однозначно. Ты даже не думай, купи мне билет, кстати, только не утренний, а дневной.
– С корабля на бал то есть?
– Получается так. Но, только билет не на корабль, а на самолёт, ладно?
Смотри-ка, ещё и шутит. Ну надо же. Точно, кто-то другой звонит. Вместе с этим я делаю в себе ещё одно открытие. Мне почему-то очень не хочется, чтобы он уезжал. Я, конечно же, ему об этом не скажу, но после его известия мне вдруг становится немного грустно.
– Знаешь, – говорю я неожиданно для самой себя, – жалко, что ты уезжаешь…
Он какое-то время ничего не отвечает, но через пару секунд нарушает молчание:
– Мне тоже жалко, правда. Но я скоро вернусь.
Закончив говорить, я иду на кухню и мы снова сидим и смеёмся. Прям дежавю. Пьём чай, доедаем тирамису и любуемся Климом в застиранной офицерской рубахе и вытянутых трикушках.