Юлка Торшенко – Дикарка при дворе. Книга 2 (страница 5)

– В древние времена тут была крепость, которую воздвигло ещё то поколение азорийцев, что вышли из океана, – пояснил Олк.

– Что же с ней стало?

– Обвал, по преданию, посланный злыми богами, уничтожил часть построек, и люди, опасаясь новых трагедий, переселились подальше от непокорного берега.

– А камни? – удивилась илсази. – Почему же не осталось даже руин?

– За сотни лет всё успели растащить для новых зданий, – сказал Одрин и не без гордости добавил: – Говорят, последние четыре валуна отхватил пра-прадедушка Инберг, и теперь они лежат в основании каждого из углов нашей таверны. Хотя я всё чаще думаю, что лучше бы всё-таки наши предки ещё тогда, сразу после разрушения старых укреплений, соорудили бы стену вокруг Утёса, и меньше было бы проблем у нынешнего Совета.

– А ты, значит, входишь в Совет? Не ожидала, что ты чиновник.

– «Перепутье» – одно из самых доходных и известных заведений в Альварии, нас с братом все уважают, так что ничего странного в моей должности нет. Лакро вообще часто предлагали это место, но мало кто из нашей родни соглашался, так как присутствие на городских собраниях отнимает много времени. Это нас с Илком двое, и я могу беспрепятственно отлучаться даже по два-три раза в неделю, как это происходит сейчас, когда мы начали заменять частокол на нормальные укрепления.

– К войне готовитесь?

– Не то чтобы, просто как-то в стране неспокойно, – ответил он. – Всё хочу в Альву съездить, с лордом переговорить по этому поводу, да никак собраться не могу. Наверное, так опять до зимы откладывать буду.

– Мне кажется, ваш лирий сам навестит Большой Утёс гораздо раньше, – предположила Милисса.

– Возможно, – согласился Олк. – Что-то мы с тобой заболтались, и я уже начинаю волноваться, как Ирвин там один да ещё и с похмелья со всем справляется.

– Так ты ступай тогда обратно, а я еще тут часок-другой погуляю.

– Ладно, только будь осторожна, скалы здесь коварны!

– Ничего, я и сама не промах!

В таверну Чёрная Кошка вернулась ближе к вечеру.

– Ну, как отдохнула? – поинтересовался Одрин за ужином.

– Хорошо: прошлась вдоль Полура, переплыла его пару раз, а ещё обнаружила вот это, – она протянула ему монетку.

– Это же азорийский сребреник, – воскликнул тот, – сделаны они, правда, из какого-то другого металла, но зато ценятся дороже настоящих, ибо многие здесь считают, что они приносят удачу. Тебе за него грифонов десять могут дать, а то и больше, раз он так неплохо сохранился.

– Я его, наверное, Таману подарю, – поразмыслила Ми. – Как думаешь, ко случаю подойдёт?

– К самому Таману точно подойдёт! Он всякие древние штуки страсть как любит. Они и с покойным отцом невесты как раз и сдружились благодаря этому своему увлечению.

Утром старший Лакро отправился на свадебную церемонию. Он звал с собой и Милиссу, но та отказалась, решив, что это не очень уместно, и «с малознакомой иноверки для почтения жениха хватит и присутствия на пиру». Илк также остался в таверне, дабы следить за хозяйством и готовить угощения для праздника.

После обеда, когда гости должны были вот-вот подойти, у Ирвина и его сподручных было по-прежнему много работы – все они сновали туда-сюда, периодически исчезая то на кухне, то во дворе, а илсази тем временем тихонько сидела в тёмном уголке под лестницей и лениво ковыряла ножом ступеньку. Вдруг в зал с улицы вошёл подозрительного вида длинноволосый блондин. Он огляделся по сторонам и, решив, что его никто не заметил, прошмыгнул в погреб. Мия тут же схватила своё оружие и бесшумно последовала за ним.

Оказавшись внизу, незнакомец подошёл к столу, на котором были выставлены напитки на сегодня, взял одну бутылку, аккуратно открыв её, что-то туда добавил и снова закрыл. Мужчина с довольным видом уже собирался уходить, но тут его сбила с ног неожиданно возникшая из полутьмы скамья, а в следующий момент на неё ещё и запрыгнула девушка, прокричав при этом: «Ирвин, Ирвин! Скорее сюда!» Пленник, прижатый к полу лавкой, попытался высвободиться из цепких деревянных объятий, но сидящая сверху охотница не дала ему этого сделать, приставив кинжал к горлу.

– Даже и не думай, – сказала она, покачав головой, – если ты ещё хоть раз попробуешь меня уронить, то эта рука может и дрогнуть, а это ох как сильно повредит твоей шее!

– Ладно, тогда я сдаюсь, – со вздохом проговорил поверженный.

– И какой в этом смысл, когда я и так тебя поймала? – воскликнула Чёрная Кошка. – Лучше по-хорошему отвечай, кто ты и чем здесь занимался?

– Клянусь, я не хотел ничего дурного!

– И почему же я тебе не верю?!

– Милисса, ты звала? – раздался с лестницы голос младшего Лакро.

– Да! – откликнулась та.

– И что тут произошло? – с удивлением произнёс хозяин после того, как зажёг светильник.

– Этот тип травил вино! – пожаловалась илсази.

– Да ничего я такого не делал! – ответил тот.

– А это мы сейчас проверим! – гневно выпалила Мия. – Илк, дай мне вон ту бутылку, пусть он сам пригубит!

– Пожалуйста, не надо, – взмолился лазутчик, – мне же ещё весь вечер надо на ногах продержаться. Ирвин, ну скажи ты ей!

– Нет уж, пей! Мне и самому стало интересно, – он заново откупорил и протянул девушке штоф, на который она указала.

– Ладно, давайте, только можно я это сделаю без посторонней помощи?

– Валяй! – согласился Лакро. – Ми, будь добра, отпусти его!

– А вдруг он сбежит?

– Не сбежит! Это не убийца и даже не вор, а Малик Родесси, лучший друг нашего жениха.

– Приятно познакомиться, – пробурчал тот, вылезая из-под скамьи, затем, усевшись на неё, он забрал подозрительный напиток у своей победительницы и провозгласил тост: – За ваше здоровье!

– А теперь говори, что ты тут натворил? – велел Илк, когда блондин употребил около четверти бутылки.

– Мы с Таманом всего лишь хотели над его тёщей подшутить, – признался тот, – она такое вино обожает, и всё б его в два счета приговорила.

– И что ты туда подсыпал?

– Да так, травку одну. С неё мне, по вашей милости, придётся либо вообще ничего не есть, либо во двор постоянно бегать. Хорошо ещё, вы меня не всё заставили выпить. Может, поставим-таки остаток на стол, чтоб я не один страдал?

– Нет! Как сказал бы Олк, не в моей таверне! – строго произнес Ирвин. – И кстати, очень прошу вас обоих ему об этом происшествии не рассказывать.

Вскоре подошли молодые с гостями и родственниками, и начался пир. Малику, которому в силу своего положения приходилось довольно много выступать, было тяжеловато, но он всё же держался и покинул зал лишь когда после вручения подарков, напутствий и обильной трапезы начались танцы.

Милисса, пошедшая плясать вместе со всеми, из-за музыки, шума и гама не слышала, как вернулся и прокрался на самый верх лестницы Алексим. Зато его приход приметил Илк и тут же поспешил присесть рядом с ним.

– Почему бы тебе вниз не сойти? – предложил Лакро.

– Она там веселится, – вздохнул тот.

– А ты стесняешься что ли?

– Нет, просто в последнее время я, кажется, слишком часто навеваю ей грустные мысли.

– А мне сдается, что сейчас ты сам на себя тоску гонишь! – возразил Ирвин. – Пожалуй, сегодня стоит уже мне тебя угостить.

– Ну неси тогда, если от Олка не попадет.

Ближе к ночи приятели Тамана похитили невесту у её родственников и с весёлыми песнями понесли в дом жениха. Гости стали расходиться по своим жилищам, а обитатели таверны по комнатам.

Поднимаясь к себе, Мия видела пустые бутылки, расставленные по ступенькам, но не придавала этому особого значения, пока не зашла в опочивальню. Там поперек её кровати спал Алексим. Разбудить его девушке не удалось, и тогда она, вытащив из-под непрошеного гостя плед и подушку, не раздеваясь, сама устроилась на полу.

Проснулась илсази уже в постели, Виго поблизости не было, и она отправилась вниз, дабы поискать его там. Иланец сидел за столом вместе с Одрином и поглощал завтрак.

– Доброе утро, – поприветствовал он Чёрную Кошку и протянул ей тёмно-синий полевой цветок, – это тебе, извини меня за вчерашнее.

– Хоть бы объяснил, как ты там оказался? – она повертела подарок в руке и приладила к своей прическе.

– Да я сам уже не помню, зачем приходил, – виновато ответил тот.

– Я, видимо, пропустил что-то любопытное? – поинтересовался Олк.

– Угу, я малость заблудился, а всё из-за твоего братца, решившего меня напоить.

– Судя по тому, что он всё ещё дрыхнет, снова вышло наоборот, – усмехнулся хозяин таверны.

– Эх, так он опять расстроится, что мы с ним не попрощались! – отметил воевода.

– А вы уже уезжаете?