Юлка Торшенко – Чужак среди дикарей. Книга 2 (страница 4)

– Много у него людей?

– Семь-восемь солдат и пара десятков слуг.

– Хорошо, пожалуй, ты рассказал нам достаточно, – заключил воевода. – Мак, давай-ка его отсюда снимем!

Пока Виго вместе с помощником, силясь не уронить со скалы, освобождали прибрежца, тот вёл себя смирно. Но лишь одна угроза миновала, как Тарвел попытался разом избавиться и от прочих напастей, что сулило ему пребывание в компании иланцев. Очутившись обеими ногами на твёрдой земле, Кайс толкнул балансировавшего на грани Громовержца и побежал прочь.

Мак соскользнул вниз, но всё же успел ухватиться за дерево. Алексим немедля поспешил на выручку своему воину, а потому спасительная тропа оказалась свободной, но ею Тарвел не воспользовался. Опасаясь, что в начале подъёма его могут встретить недруги, он помчался в другую строну, чтобы спуститься на равнину менее очевидным путём. Прибрежец скрылся за краем площадки, но не проделал и сажени до того, как оступившись, с грохотом полетел к подножию утёса. Несмотря на то, что падать пришлось не слишком долго, шансов выжить у него не было, ибо за собой Кайс увлёк несколько крупных камней, в итоге раздавивших его уже после приземления.

– Идиотская смерть. И абсолютно бессмысленная, – прокомментировал увиденное Алексим, почти догнавший беглеца перед тем, как тот сорвался.

– Вы разве не собирались его казнить? – поинтересовался здоровяк.

– И сам не знаю. С одной стороны, он, конечно, предатель, с другой – он мог оказаться нам весьма полезным, предложи я ему жизнь. Не зря же он караулил нас там, откуда даже в случае проигрыша было бы несложно сбежать. Его жизнью леди почти не рисковала, возможно, он её близкий друг или родственник, – пояснил Виго и предложил спуститься.

Приговорённых уже повесили, и теперь иланские солдаты занимались тем, что переносили останки погибших в бою с середины дороги на её обочину. Рассматривая тела, Алексим отметил одну подозрительную особенность: нападавшие хоть и были одеты вразнобой, но ткань их нарядов была либо небелёной, либо окрашенной в светло-серые или бежевые тона. Решив, что таким образом заговорщики узнают своих, воевода выбрал трофей для себя и, переоблачившись, приказал дружинникам последовать его примеру, а сам отправился на поиски своего пленника.

Вембарт уже очнулся и в целом для своего состояния выглядел весьма неплохо, хоть и постоянно стонал и жаловался.

– Ты молодец, справился со своей ролью лучше, чем я ожидал! – поприветствовал его Виго.

– Так что же, вы меня теперь отпустите? Или же повесите, как тех четверых?

– Ни то, ни другое. Мы ещё не закончили наш спектакль.

– Видимо, вы не успокоитесь, пока я не лишусь всех четырёх конечностей.

– Не думаю, что тебе на этот раз что-то грозит. Я лишь хочу немного запутать Брахе. Ты, кстати, лично с ним знаком?

– Да, но не слишком близко.

– Как считаешь, он в этот заговор попал по своей воле или по принуждению?

– Энрон не такой уж ярый поборник идей независимости, мне кажется, лорды что-то ему посулили или запугали.

– А с тобой как было?

– Мне предложили землю, намекнув при этом, что в случае отказа, они быстро найдут, кем меня заменить.

– Не слишком-то церемонились, – усмехнулся Алексим. – Поглядим теперь, насколько любезно леди со своими подданными обращается. У Брахе там есть какие-либо укрепления?

– Невысокие каменные стены его собственного двора.

– А солдаты есть?

– Не больше десятка, всех прочих ему пришлось в деревню отослать.

– Прекрасно, – кивнул воевода, отметив, что слова Кайса подтверждаются. – Пора бы нам навестить дасана!

Своих раненых и большую часть лошадей Виго оставил подле утёса под присмотром Мака (расстроившегося, что его снова не взяли на вылазку), прочие же вместе со своим командиром направились в сторону поместья Брахе. Пленника иланцы также взяли с собой – его валис приказал усадить на Лихого, которого сам и повел под уздцы. Памятуя, что в послании говорилось о трех всадниках, а стреляли прибрежцы только в гнедого, воевода порешил, что не лишним будет дозволить «обзавестись трофеем» одному из дружинников, наиболее схожему статью с погибшим Тарвелом.

Уже через полчаса отряд оказался у ворот небольшой крепости. Как и рассчитывал Алексим, его воинов здесь приняли за союзников, и потому беспрепятственно пропустили. Очутившись внутри, лазутчики не стали дожидаться, когда их обман раскроется, а сразу же напали на солдат, им открывших, и местную челядь. Взяв в заложники шестерых, у остальных пришельцы потребовали сложить оружие, но тут на пороге ближайшего здания появился солидный гневно настроенный мужчина:

– Кто бы вы ни были, предупреждаю, у меня на чердаках лучники, тронете моих людей – всех перестреляю! Сдавайтесь, и я постараюсь быть милосердным.

– Думаю, и вы понимаете, с одного залпа от нас не избавиться. Лишь полетят стрелы, как мы начнём бесчинствовать, – задорно воскликнул наученный своим командиром всадник, вольготно вышагивая по двору. – Если вам не нужны напрасные жертвы, сдавайтесь сами!

– Так вы на бой напрашиваетесь! – вспылил Брахе.

– Энрон, постой! – вмешался Вембарт. – Уж ты-то не мог не догадаться, для кого строит леди такую засаду. Неужели ты с ними сражаться собрался? Это при том, что в кровопролитии нет никакой необходимости, они просто поговорить пришли!

– А ты, значит, сторону уже сменил?

– Не сменил. Я как был, так и остаюсь там, где у меня больше шансов выжить! – ответил тот. – Сейчас хоть я и пленник лорда Виго, но пожалуй, чувствую себя в большей безопасности, чем в последние две недели, что должен был дорогу патрулировать с этими фанатиками из Вирбрега.

– Раз уж речь зашла о воеводе, так может, сам он к нам выйдет?

– Он опасается, что вы застрелите кого-то из его воинов, лишь только он себя обнаружит, – ответил один из дружинников.

– Пусть лучники ваши покажут себя и отложат колчаны в стороны, – добавил другой, – большего мы не просим, ибо знаем, вы тоже нам не доверяете.

– Ладно, будь по-вашему, – нехотя согласился дасан. – Ребята вылезайте, посмотрим, наконец, кто же убил нашего славного лорда Вира.

– Я к вашим услугам! – сделав несколько шагов вперёд, сообщил Алексим, лишь только увидел, что его условие выполняется. – Ты, Брахе, тоже на поединок рассчитываешь или же выслушаешь сперва наши требования?

– Я не столь горяч, как наш покойный лирий, потому мне кажется, что поговорить для начала было бы не лишним, – рассудил хозяин. – Я предпочёл бы сделать это с глазу на глаз, но вынужден настоять, чтобы прежде ваши люди отпустили моих.

– Ничего не имею против. Однако и разоружать своих ребят я не собираюсь.

– Меня это устроит, – кивнул прибрежец и дождавшись, когда его челядь освободят, пригласил воеводу заглянуть в ближайший дом: – Не побрезгуете?

– Ну-ка проверьте! – приказал Виго паре своих дружинников и добавил, обращаясь уже ко всему двору: – Советую никому ничего не предпринимать до тех пор, пока мы с дасаном вместе не выйдем из этой двери. Нам необходимо сперва понять, кто мы: враги, союзники или же люди, не имеющие друг к другу никакого отношения.

– Меня бы третий вариант устроил, – еле слышно промолвил Брахе.

– Посмотрим, – ответил Алексим и, получив подтверждение безопасности жилища, предложил перейти к делу.

Чтобы лишний раз не пугать местную челядь, воевода оставил меч Дивену и, продемонстрировав публике свои руки, проследовал за Энроном в помещение.

– На хозяйские покои не похоже, – отметил Виго, оглядывая комнату, пока дасан зажигал свечи.

– Это моего управляющего, – отозвался тот, приглашая присесть за стол, – к себе я вас не готов звать, ибо пока не понял, что вы здесь делаете. Если хотите наказать меня за бунт, то почему не перебили солдат сразу, как вошли? А если нет – почему не прошли мимо?

– Ну, я здесь точно не для того, чтобы перед кем-то отчитываться в своих действиях, – огрызнулся иланец. – Напротив, мне нужны ответы! К примеру, почему Кайс, приятель леди Льонеллы, не считал тебя единомышленником, несмотря на то, что роль твоя в этом спектакле весьма велика?

– Я был не в восторге от замысла регента, но как подданный Вира был обязан подчиниться.

– Оставь эту песню тому, кто захочет её слушать! – возмущенно воскликнул Алексим. – Ваша леди не так глупа, чтобы довериться ненадёжному союзнику, пусть даже своему вассалу. Выкажи ты хоть каплю сомнения насчёт праведности её плана, ты бы не только не стал его частью, но и не узнал толком, во что тебя пытались втянуть.

– Однако у меня выбора не было.

– Почему же? Что заставило тебя принять на своей земле заговорщиков?

– Леди Льонелла и её брат!

– Не думаю, что ты предложил мне переговорить без свидетелей, чтобы сообщить столь очевидную новость! – рассердился Виго.

– Н-нет, не за этим, – запинаясь пробормотал Брахе, – мне нужна ваша помощь.

– Вот как! А то, что я уже однажды помог Вирилису, избавив вас от зазнавшегося лирия, тебя не смущает?

– Не устаю проклинать вас за смерть сеньора, но обстоятельства сложились так, что вы единственный человек, к которому я могу обратиться.

– Любопытно было бы услышать подробности.

– Регент знала, я не сторонник идей независимости, но все же, намекнула, что хочет моего участия в одном сомнительном деле. Я отказался, памятуя, что даже покойный лорд никого не принуждал идти в тот злополучный поход. Но вдова его оказалась куда настойчивее – прошло около месяца с той беседы, и ко мне вдруг прискакал гонец с сообщением от сына, служившего тогда оруженосцем Остимса. В письме говорилось, что Манну серьёзно захворал, и просит, чтобы его отец или брат приехали за ним в Вирбрег, где они с господином гостили в тот момент. Я был в отъезде, а Талрон, мой старший, вскрыв послание за меня, незамедлительно помчался в город. Больше его я не видел, а через несколько дней ко мне приехал тот самый Тарвел Кайс и предупредил, что детей мне вернут только в обмен на вашу персону.