Юлия Зимина – Бунтарка для нахала (страница 51)
— Бестолковая идиотка! — ревела зверем она, пытаясь снова ударить плачущую Лайлу, придерживающую рукой место пощечины. — Ты опозорила нас всех! Шлюха!
Второй пощечины не суждено было свершиться. Стражник не позволил, закрыв рыдающую красноволосую собой.
— Я отказываюсь от тебя! Поняла меня⁈ — орала во все горло леди Монсеро. — Король и боги мне свидетели! Ты больше не моя дочь! Иди к тому, перед кем раздвигала ноги! Пусть он воспитывает ублюдка, что растет в тебе!
Шок? Не то слово!
Глядя на то, как страж защищает зареванную Лайлу, с какой яростью пытается избить ее родная мать, оскорбляя, как осуждающе, с презрением, смотрят на красноволосую родственники, что ранее сюсюкались с ней, пылинки с нее сдувая… В общем, жаль мне ее стало. Сердце сжалось, да так сильно, что я приложила руку к груди, замечая, как Каэль рванул ко мне, заключая в объятия.
— Не смотри, — шептал он, поглаживая меня по волосам и пытаясь отвлечь от того дурдома, что сейчас происходил перед нашими глазами. — Она виновата. Лайла пошла против истинной пары, решила разделить нас. Но у нее не вышло. Ее ошибка могла принести столько бед. Настало время ответить за совершенные ей злодеяния!
Эпилог
— Ох! Дети вернулись! Шэн! Дети дома! — радостно закричала матушка Каэля, кидаясь к нам с объятиями. — Любимые наши! Хорошие наши! Мы так по вам скучали!
— Мама, ну что ты? — рассмеялась я заливисто, обнимая герцогиню, которую полюбила всей душой. — Нас не было всего две недели.
— ЦЕЛЫХ две недели! — исправила меня леди Эстэль. — Я места себе найти не могла!
— Да-да, подтверждаю, — хохотнул герцог Шэн, заключая нас в объятия. — Спать ночами мне не давала…
— Что⁈ Да ты дрых как сурок! — возмутилась матушка, отчего все присутствующие рассмеялись. — Ну как вы? Как свадебное путешествие? Как государство Ривьен?
— Прекрасно! — я широко улыбнулась. — Такой красоты еще ни разу не видела!
— Да, — кивнула мама, — ривьенцы знают в этом толк. Они живут на цветущих деревьях, а об их поющих водопадах ходят сказания по всему миру.
— Хорошо, что вас не было, — кивнул отец.
— Что⁈ — рыкнула на него хозяйка дома, предупреждающе прищурившись. — Ты что такое говоришь⁈ В своем уме⁈ С утра, вроде, ни обо что не ударялся!
— Я говорю о том, что им повезло. Они не видели, что происходило в государстве во время их отсутствия.
— А-а, — леди Эстэль едва заметно поморщилась. — Ты об этом. Да. Хорошо, что вы решили отправиться в Ривьен.
— Что-то случилось? — насторожился Каэль, сжимая мою руку.
— Герцог Оусон сбежал с рудников. Отомстить нам задумал…
— Что⁈ — ахнула я, испуганно закрывая рот ладонью. — Все хорошо⁈ Он никому из вас вреда не причинил⁈
— Не волнуйся, милая моя, — матушка в успокаивающем жесте погладила меня по плечу. — Его поймали на пути к гильдии наемников.
— Вот же… кусок дерьма! — рыкнул Каэль, в груди у которого заклубилась ярость.
— Сын, ну что за выражения? — герцог Шэн неодобрительно покачал головой. — Ничего страшного не случилось. Переживать об этом не стоит.
После того дня, когда нас с Каэлем пытались разлучить, прошло уже полгода. Никто не ушел от наказания. Каждый получил то, что заслужил.
Когда припадочную леди Монсеро удалось угомонить и оторвать от Лайлы, красноволосая лгунья, захлебываясь слезами, рассказала всё. Как сильно она хотела стать женой моего мага света. Про связь с Рианом. Про то, как герцог Оусон сразу ей сказал, что ребенка от столь слабой магианы он в своем доме не потерпит. А потом и про то, как совместными усилиями они пришли к страшному плану, чуть не разрушившему наше с Каэлем счастье.
Герцог Оусон — личность влиятельная. Для него не составило труда найти запрещенный артефакт и передать дурочке-Лайле, цепляющейся за любую возможность, только бы достичь желаемого.
А дальше просто. Для активации артефакта, нужна была кровь Каэля. И Риан ее получил, тогда, в коридоре академии, когда пытался вывести Каэля на эмоции и устроить драку. Вот только маг света смог сдержаться, правда, Риан все равно от него не отстал, ранив исподтишка.
В итоге кровь была добыта, запрещенный артефакт активирован, и Лайла приступила к реализации задуманного.
Когда герцог Шэн отправил прошение королевскому магу на проведение проверки отцовства, тот сразу же направился к королю с докладом.
Его величество впал в шок от полученной информации. Начал думать, как быть, ведь ему было прекрасно известно, что Каэль и я — истинные. Пара, созданная небесами, поцелованная богами. Он не хотел и не собирался разлучать нас.
Правитель думал недолго, почти мгновенно связываясь с ректором и рассказывая ему о случившемся. Глава академии тоже много чего ему рассказал, например, как Лайла закатывала истерики, пытаясь вернуть Каэля, как путалась у него под ногами и вела себя крайне подозрительно.
Немного поразмыслив, его величество и ректор Роувэн пришли к единому решению — провести проверку.
Именно поэтому мы получили ответ на отправленное прошение не сразу.
Ректору пришлось приложить немало усилий, чтобы добыть нужную информацию.
Мало кто знал, но у главного мага академии были свои секреты в рукаве. Один из них, к примеру, управление академическими духами, которых под контроль мог взять только глава этого престижного учебного заведения.
Ректор Роувэн потратил почти все свои силы, чтобы призвать их.
Духи передвигались по коридорам академии, по общежитиям и прилегающей территории, впитывая информацию из стен и растений. Из всего, где была отмечена аура Лайлы.
Мощный поток информации поступал прямо к ректору в голову, которая неизвестно как держалась на плечах, а не разлетелась к чертям собачьим.
Главный маг корчился от боли, стискивая зубы до ломоты в деснах, но он терпел. Не потому что так велел король, а потому что лорд Роувэн сам хотел помочь нам, прекрасно зная, какая Лайла и что из себя представляет.
Глава академии закончил утром. Едва дыша и передвигая ногами, измученный, он попытался открыть портал, но магии не хватало, поэтому пришлось отправляться в замок на экипаже.
Он немного опоздал, но все же ему удалось застать проверку, ликующие физиономии Лайлы и ее семьи, которую его величество всегда считал своим позором.
Ректор Роувэн добыл информацию, но не хватало нескольких пазлов для составления всей картины, да и наглядно нужно было присутствующим показать, что к чему и почему. Поэтому-то он и вызвал меня к сфере.
Главный маг академии пояснил, что, будь Лайла действительно беременна от Каэля, моя кровь показала бы отрицательный ответ. Но так как результат зависел от запрещенного артефакта, внутри которого хранилась кровь моя и Каэля, ведь мы с ним связаны, то вышло все так, как вышло.
Если бы не глава академии, если бы не его помощь, не знаю, сколько бы нервов выпила нам семейка Монсеро.
Вынесение приговора виновным и приведение его в действие всполошило все государство. Больше недели люди гудели, как потревоженный осиный улей, обсуждая произошедшее.
Никто не ушел от наказания.
Семья Монсеро, отказавшаяся от Лайлы прямо в тронном зале, потеряла все привилегии, что едва не довело горластую мать красноволосой до сердечного приступа. А что до самой магианы, решившейся на столь злостный обман… Она была сослана в закрытый монастырь, в котором ей придется провести всю свою оставшуюся жизнь, искупая грехи физическим трудом и молитвами.
Я так переживала, ведь она носила дитя под сердцем, а потом выяснилось, что на пятой неделе беременности у нее случился выкидыш. Понимала, что, может, оно и к лучшему, ведь этого малыша ждала незавидная участь, но все равно было жаль до слезного кома в горле.
Герцог Шэн присутствовал при задержании Риана и его отца, который плевался проклятиями в сторону стражников и требовал немедленно его отпустить, так как они не имеют никакого права к нему прикасаться.
За то, что они совершили, их ждали рудники в долине проклятых. В то место отправлялись самые злостные нарушители. В почве долины, в ее растениях, скалах, постройках — везде бежала разрушающая тело магия, беря свое начало из кристаллов, спрятанных глубоко в недрах земли. Они извлекались, обрабатывались и в умелых руках превращались в незаменимые артефакты, не несшие угрозу жизни.
Наказание жестокое, но заслуженное.
Ректор за свою неоценимую помощь получил титул герцога и был возведен в приближенные к его величеству, чему мы все очень обрадовались. Если бы не он, если бы не его отзывчивость, неизвестно, когда улыбка бы вернулась в нашу семью.
Наша с Каэлем свадьба была пышной и проходила в тронном зале.
Матушки плакали от счастья, утирая слезы, а отцы и Майкл счастливо улыбались, похлопывая друг друга по спинам.
Со слов гостей, наше бракосочетание переплюнуло даже королевские свадьбы, на что правитель без обид сказал, что именно так и должно быть, ведь мы с Каэлем не простая пара, а истинные. Поцелованные небесами.
О нашей связи и единении аур было озвучено на празднестве. Монарх взял на себя ответственность донести до народа о наших прочных узах, что даровали нам сами боги.
Люди настолько удивились. В их глазах читалось недоверие, но никто не посмел сомневаться в словах правителя.
На меня и Каэля стали смотреть иначе. Я понимала, мы для народа сейчас как нечто немыслимое, миф, легенда, но ничего, придет время и обсуждения поутихнут. К нам привыкнут.