Юлия Зимина – Бунтарка для нахала (страница 49)
— Мы вправе отказаться от замужества, уж простите, — поддержала отца матушка. — Тем более, что у Каэля уже есть невеста.
— Мама! — гнусавый голос Лайлы неприятно коснулся слуха. — Что происходит?
— Беспредел, дочка! — взревела покрасневшая еще сильнее леди Монсеро. — Ваше величество! — резко обернулась она к королю, который до сих пор не желал что-либо говорить, и это неимоверно давило на психику. — Как это понимать⁈ Каэль Майрон обесчестил мою дочь…
— Неправда! — не выдержал я, шагая и становясь рядом с отцом. — Невинность Лайлы Монсеро досталась не мне!
— Да как ты… — захлебывалась возмущением невыносимо раздражающая тетка.
Со стороны красноволосой лгуньи донесся жалобный всхлип.
— Ты… — шмыгала носом обманувшая меня мерзавка. — Какой же ты бессовестный, Каэль… — заревела Лайла, строя из себя ранимую личность, хотя на деле была той еще дрянью. — Я тебе отдалась, подарила свою невинность, полюбила тебя всей душой, а ты…
— Не плачь, милая моя! — суетились возле красноволосой ее родственники. — Его величество обязательно разберется! Вот увидишь!
— Правитель! — вновь взял слово отец, никак не реагируя на злобное пыхтение леди Монсеро. — На моем сыне уже несколько лет стоит защита…
— Да какая, к чертям, защита⁈ — взревела дородная дама, дочь которой подвывала все сильнее. — Мы все видели, что показала проверка! Ребенок от Каэля! А если на нем и есть защита, то поставили вы ее буквально недавно! Ваше величество! — задыхаясь от эмоций, кричала женщина. — Я умоляю вас! Восстановите справедливость! Моя дочь беременна от сына герцога! Вы видели собственными глазами тому подтверждение! Если Каэль не женится на Лайле, наша семья будет опозорена! Ребенок станет изгоем в обществе, а моя дочь — целью для издевок! Где это видано, чтобы отец дитя отказывался от женитьбы⁈
Леди Монсеро гневно пыхтела, не собираясь сдаваться. Она, не затыкаясь, продолжала говорить, перекрикивая свою скулящую дочь, которую успокаивали всей толпой, гудя все громче и громче.
Король хмурился, явно пребывая в раздражительном состоянии. То, что здесь устроила его дальняя родня, напоминало самый настоящий балаган.
Отец не сводил с монарха глаз, намереваясь стоять до последнего. Я знал, он пойдет на все, чтобы сохранить мои с Тиарой отношения.
Гул все нарастал. Леди Монсеро орала, не жалея своих голосовых связок. Она выплевывала возмущения и требования, а я и моя семья сохраняли молчание, не желая падать до их уровня.
— Не потерплю, чтобы моя дочь стала всеобщим посмешищем! — голосила дородная баба, покрасневшая от ора, словно помидор. — Требую, чтобы Каэль Майрон немедленно женился на…
И в этот самый момент двери тронного зала распахнулись, вынуждая горланящую семейку замолчать и обратить на появившегося свой взор…
«Ректор?» — опешил я, не понимая, что он здесь делает.
— Ваше величество! — склонился глава академии, внешний вид которого вызывал массу вопросов.
Его лицо осунулось, кожа посерела, под глазами залегли темные круги…
«Странно…»
— Наконец-то ты пришел, — выдохнул его величество, своими словами вводя всех в недоумение.
— Прошу простить за задержку, — еще ниже поклонился ректор.
— Задержку? Я извиняюсь за бестактный вопрос, — недовольно скривилась мать Лайлы, — но что здесь делает глава академии? Он не имеет никакого отношения к происходящему.
— Не думаю, леди Монсеро, — устало произнес ректор, кивком приветствуя мою матушку и магиану тьмы. — Тиара, — позвал он. — Будь любезна, подойди к сфере…
— Я? — округлила глаза любимая.
— Зачем это⁈ — взвизгнула мать Лайлы.
— Ваше величество, вы позволите? — спросил глава академии у короля, пропуская мимо ушей возмущения его дородной родственницы.
Одобрительный кивок правителя дал согласие.
Не понимал, что происходит, но чувствовал, что ректор что-то узнал. Что-то такое, что могло бы кардинально изменить ситуацию.
— Дитя, — глава академии протянул распахнутую ладонь к Тиаре, тем самым приглашая ее подойти к нему. — Я сопровожу тебя. Ну же. Смелее.
Магиана тьмы под возмущенный гул семейства Монсеро направилась к ректору, касаясь его ладони.
Секунда, и они направились к сфере, возле которой так и стоял главный маг королевства.
— Лайла, — обернулся ректор Роувэн к красноволосой. — Ты тоже, будь любезна, следуй за нами…
57. Как я и думал
Я не понимала, что происходит. Столько вынесла и пережила за короткий промежуток времени, что голова отказывалась соображать. Магия тьмы требовала, чтобы я из внешне спокойной девушки превратилась в самую настоящую фурию и высказала этим припадочным дамам и господам все, что о них думаю. Но, как бы сильно мне этого не хотелось, я понимала, что подобное поведение навредит Каэлю и его семье. А мне этого не нужно.
Решила довериться ректору академии Адэргейт, направляясь к нему под фырканья и бубнеж семейки Монсеро. Верила ему. Чувствовала на интуитивном уровне, что он на нашей стороне, что пришел помочь.
«Боги, молю вас! Пусть это будет именно так!»
Когда моя рука коснулась горячей мужской ладони, глава академии сжал ее и уверенно повел к сфере, дымка внутри которой вновь приняла белесый цвет.
Лайла, что вполне ожидаемо, даже шагу не ступила.
Недовольно скривившись, она стояла в окружении своих родственников, смотря с презрением.
— Что вы задумали? — требовательным тоном заговорила ее мать, визг которой уже настолько надоел, что словами не передать.
Ответа на ее вопрос не последовало. Глава академии делал вид, что никто ничего не спрашивал, что неимоверно злило истеричную тетку с отсутствием манер.
— Госпожа, — добродушно улыбнулся мне королевский маг, стоило к нему подойти.
Я растерялась от его действий и на секунду замешкалась, но потом поспешила склонить голову, приветствуя мужчину.
— Лайла? — обернулся ректор, обращаясь к капризной магиане. — Мы тебя ждем.
— И для чего же именно вы ее ждете, позвольте спросить⁈ — леди Монсеро задрала свой подбородок, глядя воинственно. — Дочка, не вздумай никуда ходить! Проверка уже прошла, результат увидели все! Мало ли, вдруг тебе плохо станет! Так что…
— Пусть подойдет, — произнес его величество не терпящим пререканий тоном.
От сказанного мать Лайлы недовольно поджала губы, но возмущаться не посмела, хотя я бы не удивилась, поступи она наоборот.
Было видно даже невооруженным взглядом, как красноволосая лгунья мешкается. Как в чем-то сомневается и что-то подозревает. Чуяла я, рыльце у нее в густом таком пушку.
— Лайла! — рыкнул его величество, когда она так и продолжала стоять на месте.
Лицемерная дрянь, не ожидая подобного, вздрогнула, а ее нижняя губа затряслась.
— Мне плохо, — всхлипнула она. — Я устала…
— Никто не уйдет отсюда, пока ты не подойдешь к сфере! — монарх, судя по всему, уставший от истерик и криков своей дальней родни, которая давно уже себя опозорила таким-то поведением, величественно поднялся на ноги.
Он не спешил спускаться с возвышения. Давил на всех присутствующих своей энергетикой, и Лайла не посмела больше медлить.
Каждый ее шаг выдавал нервозность. Вот только с чего бы? Была в себе такой уверенной и наглой, а сейчас…
— Не понимаю, что вы здесь устроили, — находясь во взвинченном состоянии, красноволосая передернула плечами, становясь чуть поодаль от ректора.
— Вашу руку, — попросил королевский маг.
— Что⁈ — взвизгнула леди Монсеро. — Для чего это⁈ Что вы задумали⁈ Я против! Я…
— Еще слово, — произнес его величество, — и вы покинете тронный зал!
— Но… но как же… Ваше величество… — заикаясь, залепетала дородная дама, которая, судя по всему, была той еще тугодумкой.
— Стража! — крикнул монарх.
— Нет-нет! — леди Монсеро вскинула руки, шлепнувшись на колени. — Я поняла! Я всё поняла! Больше ни слова! Ни единого слова!
Поймав на себе свирепый взгляд правителя, по виду которого сразу стало понятно, что терпение мужчины подошло к концу, мать обманщицы прикусила язык, глядя на происходящее широко распахнутыми глазами.
Лайла, все высокомерие которой стремительно сходило на нет, подала королевскому магу свою ладонь.