Юлия Жукова – Что ты несешь с собой – часть III (страница 54)

— Подождите! — выпалила я, — а что если некто… не совсем бог? А, скажем, наполовину?

Крабук сощурился, словно пытаясь угадать ход моей мысли, а вот Канавут тут же привёл справку:

— Мне известно пять случаев из исторических хроник, когда полубог общался с людьми. Они при этом не гибли. Но о небесных запретах для полубогов я ничего не знаю.

— И для них, конечно, — важно закивал Крабук. — Если он на небесах живёт, значит, нельзя с людьми напрямую говорить, и в особенности влиять на ход вещей. Тут уж бог ты или не бог — не важно, это закон небес. Во всяком случае, так написано в книге Великого Ба.

А я вот знала одного недобога, который несомненно повлиял на ход вещей. Я же видела его, снующего среди демонов! Да и за спиной отца что-то мелькало — и как он сам не заметил? Или заметил, но не смог воспротивиться?.. Умирая, он сказал мне — не поддавайся. Я поняла это как «не сдавайся», но что если он имел в виду другое? Он сказал «я поддался» — уж не Апхаю ли?

Так, теперь главное не выдать, что я знаю. Заметить Апхая сложно, он быстрый и умеет прятаться в тени человека так, что не увидишь. Если бы Саинкаеу не посадили его статую в храме, я бы и вовсе о нём не вспомнила. Но у него острый слух, так что говорить о нём не стоит. Лучше подумать о том, как его изловить.

Ведь если за вторжением демонов стоит Апхай, то, значит, он вмешался в ход вещей, и вестник должен судить его, а не нас. Вот только вестник неповоротлив, и как знать, насколько он хорошо видит. Поэтому Апхая ему надо приволочь прямо под нос, чтобы не уклонился от исполнения правосудия.

Однако изловить божество, особенно такое вёрткое, как Апхай, вовсе непросто. Голыми руками его не схватишь и обычным мечом, даже духовным, не ранишь. Я попыталась вспомнить какие-нибудь предания об Апхае или других полубогах — какие у него есть слабые места? Но ничего не приходило на ум, не так уж часто люди проворачивали подобное, а провернув, держали в тайне, чтобы не гневить небеса.

— Кто может прикоснуться к полубогу? — пробормотала я, покусывая большой палец. За спиной всё ещё рассыпался в проклятиях Ду, и теперь уже некоторые махарьяты его поддерживали, но вестник был непреклонен.

— Хороший вопро-ос, — протянул Крабук. — Насколько я помню, в предании о Дуангкамоле девятипалом…

— Быстрее! — не выдержала Гам. — Ты что не понимаешь, она клан свой спасти пытатется!

Я была очень благодарна Гам за это. Крабук зыркнул на неё обиженно, но всё же свернул свой рассказ:

— Демоны, духи, призраки… Они могут.

Я оглянулась на войско демонов. Подойти к ним и объяснить… или попытаться достучаться до Великого Ду, да ещё так, чтобы Апхай не понял, что я задумала?.. Не представляю, как.

— Ещё в «Повести о боге неудачи» его как-то заперли в центре алтаря, — припомнил Канавут. — Если целого бога можно, то, наверное, и полубога тоже?

Алтарь… Алтарь был в храме, но теперь погребён под гниющими лианами, дотуда ни дождь, ни лёд не дотянулись. Да и разбит он, я же сама и разбила. Ладно, вернёмся к демонам. Духам… призракам. Пусть те демоны, что пришли с войском, вряд ли мне помогут. Но теперь ведь на горе нет барьера, а значит, я смогу призвать демонов попроще? Таких, как те, которых я использую в личинах.

А что если…

Я закусила губу. Личинами же я могу управлять. Конечно, много их я не слеплю, самое большее — дюжину. Но и дюжина неплохо. Вот только демоны, которых я могу призвать, довольно слабые, и чтобы удержать полубога, им нужно откуда-то брать силу. Я покосилась на меч в руке Гам. Духовное оружие — как раз подходящий пердмет. Обычно я леплю личины из камушков или шишек, но личина на основе духовного меча станет намного сильнее.

Что ж, решено.

— Давайте сюда своё оружие, — велела я и тут же поискала глазами других Саинкаеу. — Сдаём мечи, живее, живее!

Отряд Джарана повиновался тут же, хоть и с удивлёнными лицами. У Крабука сабли не оказалось — сразу видно великого махарьята, чуть опасность, выбежал из дома в чём был и без оружия. Другие Саинкаеу выказывали гораздо меньше рвения.

— Сама сказала, что пришла нас уничтожить, и это всё — её рук дело, а теперь оружие у нас отбирает?

Я открыла рот рявкнуть, что уничтожила полкана, могу и вторую половину, если добром не отдадут, но за меня вступился Адифеп:

— Дурень, она же нас выгораживала так! — И добавил злым шёпотом: — Если кто-то из этих доблестных махарьятов сейчас решит, что нам мало досталось, нас ещё ополовинят, ты не понимаешь, что ли?

— А то будто мы с ними не справимся! — фыркнул какой-то охотник.

— Не справимся, — дружно гаркнули на него Адифеп и Видура.

— Да с чего? — возмутился другой. Кажется, он был на турнире. — Мы же всегда побеждаем!

— Мы побеждали, потому что глава жульничал, — на пальцах пояснил ему Джаран. — Теперь такого больше не будет, а навыков у нас по сравнению с другими кланами… Ты видел, как они демонов били? Сможешь так?

Охотники смутились, и всё же сдали мне ещё несколько мечей, но среди тех, кто стоял подальше и не слышал подробностей перепалки, нарастало недовольство.

— Почему мы должны её слушаться? Её вон сейчас вообще демонам на съедение отдадут, какое нам дело? С чего нам ей помогать?

Люди Видуры и Джарана стали им объяснять, но это всё грозило перерасти в громкую ссору внутри клана, а у меня не было на неё ни времени, ни сил. Внезапно недовольный гул прорезал звонкий голос:

— Пранья Ицара!

Я завертела головой и увидела машущего мне Танву. Вместе с другими подростками он пробивался ко мне сквозь толпу.

— Вы тут откуда⁈ — опешила я. Они же были в надёжном безопасном месте — в Саваате! Кессарин же говорила…

— Так мы, как пранья Кессарин войско увела, решили следом пойти, — пояснил он. — Ясно же, что это наш клан что-то устроил, ну и как бы мы остались в стороне?

За то время, что я его не видела, Танва ещё вытянулся и как будто повзрослел. И то сказать, переход через горы, кишащие демонами, да без взрослых, сделает из ребёнка воина.

— Что тут творится, чем помочь? — спросила Ратри, тоже гораздо более уверенная и спокойная, чем когда уходила.

Я вздохнула. Ну что ж, раз моего полку прибыло, не стоит этим пренебрегать.

— В рядах нашего клана разногласия. Кому-то кажется, что Саинкаеу могли бы победить всех вокруг, не напрягаясь. Объясните им, что к чему, и как именно было дело на турнире.

— О, это мы легко, — усмехнулся Танва. — Мы там у Гийат такого насмотрелись, тут и не снилось никому!

— Вот ещё два меча, — вклинилась Гам и сунула мне бряцающие в ножнах лезвия. — Ещё надо?

— Да… — начала я, и дети тут же принялись нагружать меня своими мечами, хотя я даже команду отдать не успела.

— Это меч Париньи, — сказала Ратри, вручая мне кроме своего ещё один. — Пускай тоже послужит.

Я сжала зубы и кивнула, неотважившись ничего сказать.

Итак, предметов вышло больше дюжины, ну да много не мало, а дети взяли на себя уговоры, так что я могла не отвлекаться. Отойдя немного от лагеря, я нашла ровное место и разложила мечи кругом для удобства. Саинкаеу больеш не поддерживали барьер — всё же это утомительно, а демоны больше не нападали, замороженные вестником, и теперь все, кто не спорил о турнире, следили за моими действиями. Другие кланы тоже заинтересовались.

Сделать личину я могла и на ходу, для этого не требовалось рисовать круг, но сейчас мне нужно было постараться получше. Всё же прицепить демона к духовному оружию не так легко, как к камушку, да и голова гудела от всего, что случилось. Я села на колени в центр круга, оперлась ладонью о землю, а вторую положила на ближайший меч, закрыла глаза и сотворила заклинание, чётко проговариваяв голове все слова и представляя символы в подробностях.

Потянуло холодом. Конечно, я сидела на льду, но повеяло словно бы стылым воздухом из какой-то пещеры. Я открыла глаза. На том месте, где только что был меч, стоял незнакомый мужчина в крестьянской одежде, мертвенно-бледный и с перерезанным горлом. От него пахло лиановым смрадом.

Я отшатнулась было, но потом увидела, что лёд под мужчиной раскрошился, словно что-то вырвалось из земли. Я посмотрела на свою руку. Раньше в резудинцию невозможно было протащить демона, кроме как через ворота или потайной лаз, потому что не пускал барьер. При этом под горой всё это время жил демон! А это значит, что барьер не только стоял стеной по границе и смыкался куполом над головой, но и в земле лежал ковром. Теперь же его не стало, и когда я ненароком потянула демонов из земли, на зов явился этот покойник… Уж не один ли из тех, кем кормили амарданура, чтобы осквернить его силу?

На пробу я создала личину из другого меча, и на сей раз передо мной встал… мастер-точильщик! Эту косматую голову я бы ни с кем не спутала! Что же получается, в земле под горой обитали души всех тех, кто пророс кустами? Я завертела головой и схватила меч Париньи. Заклинание — и вот уже девочка возникла на месте своего меча, такая же целая и красивая, как при нашей последней встрече, только очень бледная. Конечно, духи не могли хранить в себе махару.

Сзади послышалось аханье. Ничего удивительного, Паринью многие знали в лицо. Я тоже таращилась на неё в растерянности: обычно, когда я создавала личины, они выглядели, как я. Потом по наущению Чалерма я смогла создавать их похожими на других людей, но только тех, кого я хорошо запомнила. Однако сейчас я не собиралась такого делать, да и крестьянина видела впервые… Я прислушалась к своим ощущениям и поняла, что не чувствую связи с этими личинами. То есть, той самой связи, через которую личиной управляют.