Юлия Жукова – Что ты несешь с собой – часть III (страница 3)

Пока я размышляла обо всём этом, Арунотай с кананом о чём-то заспорили. Кажется, канан требовал меня казнить или как-то ещё сурово наказать, а Арунотай, как всегда, не хотел идти на жёсткие меры.

— Да вам просто дела нет, что сталось с моей дочерью! — бушевал Адульядеж.

— А вам есть настолько, что за все эти месяцы вы даже письмишка ей не написали, — неожиданно парировал Арунотай, и я встрепенулась, прислушиваясь. Неужели бегство Вачиравита его встряхнуло? Или, может, дело в том, что ему теперь придётся где-то искать махару для клана?

— Это моё личное дело с Кессарин! — возмутился Адульядеж. — Вас оно не касается!"

— А это, — Арунотай сделал нарочитый жест в мою сторону, — моё личное дело с прани Ицарой. И вообще, как бы так не вышло, праат Адульядеж, что вы сами устроили подлог, желая усидеть на двух гаурах.

— Что? — булькнул канан, подавившись заготовленным воплем.

— Как я уже сказал, это именно та девушка, которую вы мне передали во время свадьбы, — несвойственным ему жёстким тоном произнёс Арунотай, глядя прямо в глаза собеседнику. — В то время, как ваша дочь наверняка вышла замуж в Саваат. Выходит, вы и со мной породнились, и к канану Нирану человека заслали. Хорошо устроились, а теперь от меня требуете сочувствия? Я бы для начала провёл всестороннее расследование!

Я осознала, что надо бы закрыть рот только когда из него чуть не капнуло мне на колени. Арунотай с древодома рухнул?

Адульядеж, похоже, разделял мои чувства, как он никогда в жизни не разделял чувства Кессарин. Он бурлил и плевался, как грязевой гейзер, но тут двое из четырёх стражников, окружавших меня, обошли лавку и вклинились между ним и главой клана.

— И после этого вы надеетесь на какое-то содействие с моей стороны⁈

— Я окажу вам посильную помощь в поиске вашей дочери, — тут же смягчился Арунотай. — Однако ни моего брата, ни прани Ицару вы по этому вопросу привлекать к ответственности не можете, ибо исходно беспорядок пришёл от вас. Вы должны были проверить, что отдаёте нам правильную девушку.

Адульядеж заскрипел зубами так, что у меня в ухе стрельнуло, но смолчал. Не думаю, что опытному канану было так уж нечего возразить на довольно жидкое обвинение. Скорее, он почему-то был вынужден стерпеть выходку Арунотая.

— Что ж, в таком случае, жду вашего, как вы выразились, содействия, — сочащимся ядом голосом произнёс канан и гордо удалился, только слегка хлопнув дверью дома для допросов.

Арунотай перевёл дыхание и заметно расслабил плечи. Потом повернулся ко мне.

— Ну что же, прани Ицара. Теперь с вами.

Глава 2.

Спорное предложение

Я подобралась, ожидая чего угодно. Арунотай только что показал себя с совершенно неожиданной стороны, и я теперь не понимала, с кем имею дело. Если он мог так просто вышвырнуть канана, то дрогнет ли его рука, занёсшая меч надо мной?

Но начал он спокойно, даже вкрадчиво.

— Я думаю, соглашаясь на подлог, вы понимали, что клан будет не в восторге, когда всё вскроется?

Я дёрнула было плечами, но меня всё ещё держали молчаливые стражники. Арунотай, похоже, это заметил и сделал им знак отступить. Я с облегчением размяла плечи и спину, не торопясь отвечать. Впрочем, Арунотай в моём ответе и не нуждался.

— Полагаю также, что вы собирались в случае раскрытия бежать. Недаром же вы так старались получить возможность проходить сквозь барьер.

Я невнятно кивнула, тут же вспомнив свой вопрос.

— А как вы впустили канана? Не снимали же барьер ради него?

Арунотай усмехнулся и уселся на лавку напротив, снова аккуратно придержав свои шелка. Белые одежды в сочетании с белыми волосами придавали его облику какой-то божественной истинности, но я повидала демонов, выдававших себя за божеств или просветлённых монахов. Меня таким не проймёшь.

— Способ у меня такой есть, — довольно сказал он, словно это было его личной гордостью. — Однако я бы предпочёл, чтобы о нём знало поменьше людей, а к вам приковано внимание всего клана. Половины — с восхищением, половины — с завистливым негодованием. Поэтому вам в отличие от канана я этот путь не покажу.

Я нахмурилась. Говорил ли он о тайном лазе? Или… Чалерм же мне дал талисман, чтобы вскрыть барьер вокруг турнирного поля, а он был очень похож на защиту резиденции. Может, у Арунотая тоже такой талисман есть?

— Однако поговорить я хотел не об этом, — продолжил Арунотай с победным видом, словно подловил меня на попытке перевести тему беседы. — Видите ли, прани Ицара без рода, мне бы не хотелось вас отпускать.

Я хмыкнула. Ещё бы ему хотелось! Я тут уже все тайны разведала, от продажного совета до сбежавших амардов.

— Сразу казните или будете гноить в тюрьме? — поинтересовалась я безразличным тоном. Не то чтобы меня уж вовсе не занимала моя судьба. Скажи Арунотай сейчас, чтобы я катилась с горы, как оторвавшаяся повозка, я бы весьма обрадовалась. Скорее, жизнь в клане САинкаеу научила меня тому, что большинство запретов здесь пустые, барьеры хлипкие, люди ненадёжны, и при желании я найду способ выбраться и без высочайшего позволения. Другое дело — что будет там, на воле? Куда мне податься? Разве что в Саваат? Не думаю, что Нираны будут мне рады теперь, когда их подлог раскрылся.

— Право же, Кес… Ицара, — споткнулся Арунотай. — Разве я давал вам повод ожидать от меня необоснованной жестокости? Я говорю совершенно об ином. Вы нужны мне здесь, в клане. Я ведь не кривил душой, когда благодарил вас за помощь с турниром. Клану Саинкаеу катастрофически не хватает охотников и учителей с такими способностями, как у вас. Конечно, своим обманом вы несколько подорвали доверие со стороны рядовых махарьятов. Было бы лучше, если бы вы с самого начала явились сюда под собственным именем. Однако время и ваши блестящие навыки залатают эти дыры, а вот охотника вашего уровня найти непросто.

Я не верила своим ушам. То есть, в клане Саинкаеу можно обмануть всех, раскрыться, посидеть в тюрьме, а потом… продолжить работать на благо клана, как ни в чём не бывало?

— Вы, кажется, подозревали меня в чём-то, связанном с побегом Вачиравита, — ляпнула я, совершенно сбитая с толку.

Арунотай печально улыбнулся.

— Да, признаюсь, в первые мгновения я испугался, что с братом что-то случилось. Но я недаром все эти дни проводил расследование. Его видели в окрестностях в компании некой прати с розовыми волосами. — Замолчав, Арунотай вздохнул, рассянно уставившись в угол за моим плечом. Я сама даже думать не хотела, как ему теперь быть с гигантским, разросшимся, словно опухоль, кланом, для которого больше нет источника махары. Подозреваю, что он и сам пребывал в растерянности. — С его стороны весьма опрометчиво было бросить оружие и уйти, даже не взяв в дорогу еды и денег. Но таков Вачиравит… Надеюсь, когда-нибудь он одумается и вернётся.

То есть, Арунотай даже не послал за ним отряд? Не собирается возвращать его силой?

— Тогда… — начала я неуверенно, — раньше, когда он был, хм, в плену. Когда вы пришли за ним. Вы же забрали его силой? А теперь отпускаете?

Глава клана снова вздохнул, достал из-под стола руки и растёр ими лицо. Я смотрела на это действо, как зачарованная: Арунотай производил впечатление человека, который слишком сильно заботится о своей внешности, чтобы так обращаться с нежной кожей. Неужто ему и правда настолько худо?

— Понимаете, К— Ицара… Мы никак не ожидали, что в когтях неизвестной амардавики, затребовавшей долг с нашего покойного отца, брату может быть хорошо. Я собрал огромную армию, всех союзников, да ещё заручился поддержкой небесных богов. И когда все эти силы явились в её логово, я не мог просто развернуться и сказать: это была ошибка, никого освобождать не надо. Было уже поздно. К тому же Вачиравит… Вы знаете его манеру. Завидев нас, он практически обезумел. Я знаю его всю жизнь и то не мог с уверенностью сказать, что он не находится под властью каких-то чар амардавики.

Я представила себе эту картину. Да, наверное, легко судить теперь, зная, что там было на самом деле. Но когда идёшь в логово к чудовищу, чтобы отбить родного человека, а этот человек звереет, рычит и бросаетсяна тебя, большинство сначала его скрутят и приволокут домой, а потом уж будут разбираться. Я не поклялась бы, что поступила бы иначе.

— Единственное, что мне удалось сделать, — продолжал Арунотай, — это оставить её в живых. Я убедил посланника богов, что за своё преступление она должна отработать в нашем клане, а не просто бесславно погибнуть.

— Преступление? — оживилась я. — Это то преступление, когда вы ей вместо первенца подсунули кого не жалко?

Сказала и прикусила язык под прожигающим взглядом Арунотая. При всех его недостатках я всё же не могла бы поспорить с тем, что о брате он искренне заботился. Не всегда уместно, не всегда наилучшим образом, но в меру своего понимания — да, несомненно.

— Мой отец, — медленно и чётко произнёс глава клана, — никогда бы не попросил помощи у амарда. И никогда бы не согласился на такую помощь. Он был слишком гордым. Мы не знаем, как именно амардавика вынудила его пообещать ей сына, но она без сомнений это подстроила.

Ну да, ну да. Такой гордый, что до конца дней своих скрывал как попал впросак, и в результате в тот же просак попали уже его дети. Впрочем, чего и ждать от Саинкаеу…