Юлия Яр – Хозяйка неблагого двора (страница 46)

И, глядя в мои полные немого ужаса глаза, с усмешкой добавил:

– А потом зацелую до потери сознания.

Дрожь изумления и в то же время какого-то предвкушения волной прокатилась по моему телу, превращая его в жидкий клубничный кисель.

Но боль, отдавшаяся в случайно задетой ноге, быстро развеяла эту розовую негу, возвращая с небес на землю и напоминая что сейчас не время терять голову от страстных речей.

Напустив на себя серьезный вид, я нахохлилась и, ткнув пальчиком прямо в следовательскую грудь, деловито напомнила:

– А пока этот ужасный момент расплаты не настал, дай мне спокойно поболеть.

Тэтчерд рассмеялся и, целомудренно чмокнув в лоб, уточнил что еще он может для меня сейчас сделать.

– Будь добр, попроси у Криса пару книг, – подумав, сказала я. – Хочу что-нибудь почитать на сон грядущий.

Сбегав на пару минут к барону, Рэд принес мне стопку старых фолиантов.

– Если это все, я пойду к себе, – произнес следователь и запечатлел на моих губах легкий поцелуй. – Доброй ночи, лофа.

– Доброй, – вздохнула я и помахала ему на прощание.

Как только дверь за ним закрылась, я потянулась к лежащей сверху книге. «Большой справочник современного знахаря» – гласил корешок фолианта. Отлично, как раз вспомню все, чему учила меня бабуля.

Перелистывая страницы, я водила пальцем по знакомым с детства названиям, вслух проговаривая лечение от того или иного недуга и проверяя таким образом саму себя. Оказалось, что очень много из бабушкиных уроков я прекрасно помню. Довольная собой я отошла ко сну, чтобы через несколько минут подскочить как ужаленная и кинуться в комнату Криса.

Кое-как допрыгав до стола, я принялась рыться в его бумагах, не заботясь о том хаосе, который создаю вокруг себя. Разбуженный дезориентированный друг, присел на кровати, безуспешно пытаясь собраться с мыслями и понять, что за погром внезапно произошел в его спальне. На шум в комнату вбежал полураздетый Тэтчерд, а за ним вполз сонный Шнырь, в ночном колпаке и с Тасилием подмышкой.

– Что случилось? – озвучил всеобщий вопрос фамильяр, широко зевая.

– Случилось все, – победно провозгласила и потрясла в воздухе одной из книг. – Я знаю кто наш преступник!

– Правда? И кто же? – с воодушевлением воззрился на меня Крис.

А я стояла и глядя на него молча хлопала глазами, пытаясь сообразить, как бы помягче сообщить другу, что нам придется арестовать Нами, ибо я только что нашла неопровержимое доказательство ее вины.

Глава 34. Разоблачение

– Э-э-эм, пока рано об этом говорить. Сперва мне необходимо проверить свою теорию, – туманно начала я и, переведя взгляд на Рэда, попросила. – Мне необходима твоя помощь.

Слегка скосив глаза в сторону Криса, мужчина понятливо кивнул и произнес:

– Конечно, без проблем. Только давай дождемся утра, когда твоя нога хотя бы немного заживет, а уже потом побежим ловить преступников. Думаю, что за ночь они все равно никуда не денутся.

Я смущенно опустила глаза на недавно заботливо забинтованную им конечность.

– Да, ты прав. Разумнее будет подождать до утра, – неохотно признала я и, глубоко вздохнув, шкандыбая побрела обратно к себе. Как выяснится чуть позже, в этом была наша роковая ошибка.

Обсудив ситуацию с Рэдом наедине, мы пришли к обоюдному согласию, что нет смысла бежать сломя голову к лесной избушке. Проще будет, вооружившись железными доказательствами, дождаться пока Намирэлия сама придет навестить Криса, как она делала каждое утро.

Так случилось и сегодня. Стоило ей войти в комнату друга, как мы дружной цепочкой двинулись за ней.

– Здравствуйте. Не знала, что вы все придете с утра пораньше,

– приветливо поздоровалась она со всеми, не подозревая, что сейчас ей предстоит выдержать самый настоящий допрос.

– Нами, это твой почерк? – обманчиво спокойным голосом спросил Рэд, протягивая ей книгу, корешок которой был исписан грифелем.

– Да, – кивнула девушка, не понимая к чему он клонит. – Я записывала за Кирой рецепт, как правильно обрабатывать раны.

– Но ведь и это твой почерк, – сказала я, доставая то самое анонимное письмо, посланное королю, которое выдал мне перед отъездом Бильмонт.

Увидев его, она дернулась словно от пощечины и стыдливо отвела глаза, едва слышно прошептав:

– Да…

Безмолвно ища поддержки хоть у кого-то из присутствующих, девушка переводила взгляд с одного на другого и везде натыкалась на невидимую стену молчаливого ожидания. Даже Крис, несмотря на то, что известие о причастности любимой к преступлению, поразило его в самое сердце, смотрел на нее испытующе.

– Продолжай, Нами, – понукала я. – Ты ведь знаешь, кто прячется под личиной лесной ведьмы. Это твой дедушка, правда?

– Как ты догадалась? – изумленно уставилась она на меня. – Но в любом случае, да, ты права. Мне кажется, что это он.

Пропустив первый вопрос мимо ушей, я задала собственный:

– Расскажи нам, как все было. Когда ты поняла, что виноват Кондратий?

– Ну-у-у… Я никогда не знала этого наверняка, – грустно протянула Нами. – Просто, в какой-то момент, после смерти Айры и Нэпа, он стал вести себя странно. Дедушка и раньше мог почудить, но теперь это выглядело как-то по-другому. Не знаю, как описать…

– Не так безобидно? – подсказал Тэтчерд.

– Пожалуй, – кивнула Нами. – За всю жизнь, я никогда не слышала от него плохих слов о ком-то, а когда обнаружили тело Нэпа, услышала, как дедушка бормотал что-то вроде «так ему и надо». Это было странно. Сначала я не придала особого значения его болтовне, но вдруг он стал куда-то надолго исчезать, а в доме появились старые женские тряпки неизвестного происхождения. Мне ужасно хотелось, чтобы городской полицейский поскорее нашел виноватого, и чтобы им оказался не мой дед. Но буквально через несколько дней, следователь и сам куда-то исчез. Как раз после того, как ходил с дедушкой в лес. Спросить об этом прямо мне было до ужаса страшно. Тогда я объявила, что уеду жить в город, но дед вдруг взбеленился и сказал, что ни за что не отпустит меня в этот «оплот разврата». Я запаниковала и решилась написать королю, чтобы он прислал кого-то, кто сможет разобраться в этом всем.

– И его величество прислал нас, – закончил Крис и, повернувшись ко мне задумчиво вопросил. – Как ты обо всем догадалась?

– Это не было сложно, – махнула рукой я. – Просто за всем этим флером необычности и таинственности мы не замечали очевидных вещей. Помнишь старуху, которую мы встретили в первый день в деревне?

Барон нахмурился вспоминая, а затем утвердительно кивнул:

– Странная особа, которая пыталась сбежать от нас.

– Ну да, – улыбнулась я и посмотрела на Нами. – Мы тогда спросили у нее, где можно найти твой дом, а она, отвечая, назвала тебя «чертовкой». Нетипичное и довольно фамильярное обращение. Я больше ни от кого не слышала подобного в твой адрес, только от твоего дедушки. А потом, стоило поставить на место подозреваемого его кандидатуру, как все сразу же сошлось. Недовольство тем, что Нэп предпочел тебе Айру, прекрасное знание леса… Местные духи не трогают тебя, и печенье в карманах здесь совсем не при чем. Они, конечно, не разбираются в человеческом родстве, но на эмпатическом уровне уловили твою связь с «хозяйкой» леса и потому предпочитают не трогать.

– Месть за внучку как основной мотив? – задумался Рэд. – Не слабовато?

– Для безумца самый раз, – сказала я, когда разговор подошел к самому главному. – Да, Нами, твой дедушка страдает тяжелой формой сумасшествия – делирием¹⁹. Помнишь, после осмотра я упоминала о непонятном зеленом пятне в районе головы. Мне не приходилось раньше сталкиваться с подобным, поэтому и не распознала его сразу. Это очаг безумия. Человек, подверженный этому недугу воспринимает реальность иначе чем мы и не отдает отчета в своих действиях. У Кондратия бывают моменты просветления, значит до него еще можно достучаться. Однако болезнь прогрессирует, и в скором времени он погрязнет в собственном мире навсегда.

– А его нельзя вылечить? – робко спросила Намирэлия. – Вы ведь такая замечательная ведьма, я уверена, что вы все можете…

– Нет, Нами. Дело не в моих умениях или неумениях. Делирий неизлечим, никто во всем королевстве не способен помочь ему, – слова давались мне тяжело, словно я собственноручно отнимала у ребенка желанную конфету.

Девушка тут же потухла и, опустив голову, тихо спросила:

– Дедушку теперь казнят, да?

– Это вопрос не ко мне, – покачала головой и вопросительно уставилась на Рэда. Через мгновение все взгляды были обращены к нему.

– Решение короля предугадать сложно, миловать или казнить только в его компетенции. Но как представитель закона, я буду ходатайствовать перед его величеством, чтобы твоего дедушку определили в закрытую лечебницу, изолированную ото всех, – проговорил следователь. – Не думаю, что тебе позволят когда-нибудь увидеть его, но по крайней мере он будет жив и за ним будут ухаживать.

– О, огромное вам спасибо! Учитывая обстоятельства, это больше чем я могла бы мечтать! – слезы облегчения хлынули из девичьих глаз, и она кинулась к Рэду обнять, но тут же остановилась, смущенная собственным порывом.

– Не благодари раньше времени, – ответил Тэтчерд, поднимаясь. – Еще ничего не решено, но я приложу к этому все усилия, обещаю.

Он подошел к Нами и по-дружески ее обнял, успокаивая. В этот момент у меня предательски защипало в глазах.