Юлия Яковлева – Общество как объект социологического анализа (страница 4)

Свои философско-исторические взгляды Сорокин изложил в работах «Социология революции», «Человек. Цивилизация. Общество», «Социальная и культурная динамика» и др. В них он рассматривает исторический процесс как циклическое колебание и смену культурных суперсистем. Интегрирующим фактором взаимодействия людей и социальных систем, с его точки зрения, являются духовные ценности, нормы, идеалы. Эмпирико-статистическое изучение религии, искусства, науки, права и др. привело его к выводу о существовании трех фундаментальных форм культуры – идеациональной, основанной на ценностях религии и вере в Бога, чувственной, основанной на приоритете материальных ценностей, и идеалистической, синтезирующей ценности двух других форм.

Для периодов упадка характерно сосуществование ценностей всех форм культуры при отсутствии их органического единства. Каждая культурная система имеет свой закон развития и свои пределы роста. Современная чувственная культура (европейская и американская) находится в глубоком кризисе, затрагивающем искусство и науку, философию и религию, право и мораль, брак и семью, образ жизни, социальную, политическую и экономическую сферы жизни. Преодоление данного кризиса приведет к возникновению «новой великой идеациональной культуры, приветствующей новое поколение – людей будущего»[4].

Таким образом, Сорокин развивал теорию исторического круговорота, сторонниками которой в XIX в. был русский мыслитель Н. Данилевский (1822–1885), а в ХХ – О. Шпенглер (1880–1936) и А. Тойнби (1889–1975). Стоит подчеркнуть, что в ХХ в. происходит постепенный отказ от идеи единства всемирной истории и ее линейно-стадиального прогрессивного характера с ее установкой на превосходство ценностей западноевропейской культуры. Распространение получает теория исторического круговорота локальных цивилизаций. С этой позиции история человечества представляет собой совокупность различных культур, отличающихся от западных, но по-своему значительных и неповторимых. У истоков этой концепции лежит рассмотренная ранее теория Дж. Вико.

О. Шпенглер представил историю как последовательность абсолютно независимых друг от друга культур. Каждая из них отличается своим специфическим типом человека и какими-либо причинами их характер объяснить невозможно. Подобно живым организмам культуры рождаются, утверждают свою творческую мощь, после чего умирают, превращаясь в цивилизацию. Цивилизация следует за культурой как смерть за жизнью. Единой культуры человечества нет и быть не может, ибо между различными культурами нет никаких связей. Исходя из этого, мыслитель отрицает и идеи преемственности и прогресса в общественном развитии.

Шпенглер развивает идеи Н. Данилевского, но в отличие от него, считавшего, что западная культура еще не исчерпала свои творческие силы, он кладет в основу своей работы «Закат Европы» (1918) идею ее угасания и смерти. Под влиянием Шпенглера английский историк и социолог А. Тойнби создает свой 12-томный труд «Исследования истории» (1934–1961). Здесь он показывает, что история человечества – это совокупность историй отдельных уникальных и относительно замкнутых цивилизаций. Каждая из них проходит в своем развитии стадии возникновения, роста, надлома и разложения, после чего, как правило, гибнет, уступая место другой. Движущей силой развития цивилизаций Тойнби считал «творческое меньшинство», которое увлекает за собой «инертное большинство». Но приходит время, и меньшинство утрачивает свою творческую энергию. Тогда оно навязывает свою власть силой, превращаясь в господствующее меньшинство. Так происходит надлом, начинается классовая борьба, и цивилизация постепенно угасает. По мнению мыслителя, основную роль в жизни людей играет религия. Творческие личности являются ведущей силой цивилизации до тех пор, пока они выступают проводниками высших религиозных ценностей, «Божьего Закона». Тойнби считал, что «жизнетворным центром», основой сохранения и развития современной цивилизации должна стать Вселенская Церковь.

Большое влияние на умы людей получили в ХХ в. те теории, которые рассматривали в качестве определяющих факторов общественной жизни науку и технику. Они появились как отражение сложившихся жизненных реалий, когда наука и техника действительно играют исключительно важную роль в развитии материально-производственной сферы, сельского и городского быта, а также материальной базы духовной, политической, правовой и других сторон общественной жизни. К ним относятся теория единого индустриального общества Р. Арона (1905–1983), стадий экономического роста У. Ростоу (р. 1916 г.), нового индустриального общества Дж. Гэлбрейта (1908–2006), постиндустриального общества Д. Белла (1919–2011), сверхиндустриального общества О. Тоффлера (1928–2016), технотронного общества З. Бжезинского (1928–2017) и др. В целом они абсолютизируют роль науки и техники, объявляя их определяющей основой развития общества в целом, превращая в едва ли не единственный фактор исторического прогресса. Они образовали целую ветвь социальной философии, известную под названием технико-технологический детерминизм, или технократические теории.

Провозглашая современную технику и технологии основой всех социальных процессов, эти теории делят все существующие общества на три типа, в зависимости от степени освоения ими научно- технических достижений: доиндустриальные (традиционные), индустриальные и постиндустриальные (информационные). Этот же критерий кладется в основу периодизации истории, которая есть последовательная смена указанных типов общества.

Доиндустриальное (традиционное) общество характеризуется господством сельского натурального хозяйства и примитивными ремеслами, в основе которых лежит ручной труд. Человек подчиняется ритмам природы и максимально приспосабливается к окружающей среде. Частная собственность не является неприкосновенной. Доминирует общинная, корпоративная, условная, государственная собственность на средства производства. Социальная структура общества характеризуется стабильностью и неподвижностью – человек рождается и умирает, оставаясь в пределах одной и той же социальной группы. Личность подчиняется и выражает интересы семьи или общины. Индивидуальность и самостоятельность обществом не одобряется. Поведение людей регламентируется обычаями, традициями, верованиями, коллективными нормами и принципами. Доля образованных людей в обществе незначительна, информация передается преимущественно устным путем. Основой политической жизни выступает Церковь и армия. Власть ценится больше, чем право или закон. Человек на власть влиять не может. Изменения в традиционном обществе происходят крайне медленно, поэтому его характеризуют как «самоподдерживающуюся, саморегулирующуюся неизменность». Духовная сторона жизни превалирует над материально-производственной сферой.

Данные характеристики относятся к древним и средневековым обществам. Сегодня доиндустриальными являются большинство стран Африки, некоторые страны Южной Азии и Латинской Америки. Здесь преобладают земледелие, рыболовство и скотоводство, горнодобывающая и другие виды промышленности, связанные с непосредственным освоением природных ресурсов. В этих отраслях народного хозяйства занято около 70 % работоспособного населения.

Индустриальное общество – это результат модернизации, многоплановый переход от традиционного общества к новой цивилизации. Такую модернизацию называют техногенной, научно-технической, индустриальной и т. п. Основа ее экономики – промышленность, развивающаяся на базе машинной индустрии. Ручной труд заменяется механизированным. Эти процессы определяются научно- техническим прогрессом и законами рыночной экономики. Экономический рост сопровождается ростом реальных доходов на душу населения, в результате чего растет благосостояние народа.

Социальная структура индустриального общества характеризуется высокой мобильностью, традиционные социальные перегородки рушатся, удельный вес крестьянства резко сокращается, аристократия утрачивает свою ведущую роль, утверждаются буржуазные отношения, укрепляются средние слои, расширяется урбанизация.

Коренным образом изменяется политическая жизнь. Развивается демократия, человек получает возможность активно влиять на власть, возрастает роль государства, господствуют право и закон.

Духовная сфера жизни индустриального общества характеризуется секуляризацией (обмирщением) индивидуального и общественного сознания, преобладанием личных интересов человека над групповыми, распространением рационализма. Утилитаризм, индивидуализм, стремление к саморазвитию и самосовершенствованию – основные ценностные ориентации личности.

В настоящее время к индустриальному типу общества относят ряд стран Европы, государств бывшего Советского Союза, в том числе и Россию.

В некоторых обществах – главным образом в США, Японии, отдельных странах Западной Европы – возникает постиндустриальное общество, модель которого была разработана в 70-х гг. ХХ в. Д. Беллом и О. Тоффлером.

Уместно подчеркнуть, что процесс модернизации породил множество новых проблем. Некоторые из них стали глобальными. Основным принципом индустриального общества, по мнению Д. Белла, является состязание человека с уже освоенной природой. Преобладание тяжелой, как правило, вредной индустрии, ориентированной на массовое производство товаров народного потребления и обеспечение жизненных удобств и комфорта, породило экологический, энергетический и другие кризисы. Необходимость решения возникших проблем обусловила дальнейший научный и технико-технологический прогресс и переход к новому этапу общественного развития. Постиндустриальное общество – это общество знаний и высоких технологий. Товаропроизводящая экономика заменяется обслуживающей. Благодаря автоматизации и роботизации доля занятого в сфере материального производства населения резко сокращается. Увеличивается число занятых в сфере услуг (не менее 50 %). Массовое производство заменяется мелкосерийным, учитывающим потребности конкретного потребителя. Тотальная компьютеризация человеческой деятельности делает главным звеном общественного производства труд, направленный на поиск, накопление, хранение, преобразование, передачу и практическое использование информации. В таких условиях, как отмечал Д. Белл, «отпадает необходимость в жесткой фиксации рабочего места».