Юлия Волкова – В плену у сказки (страница 5)

Я затаила дыхание, борясь с волной плохого предчувствия, потому что вдруг отчетливо поняла: Элла держала не ножницы, а оружие. Ее взгляд на секунду затуманился, как и в момент пения, но потом она, опомнившись, улыбнулась.

— Насколько коротко?

Нет, она была Золушкой, а не злодейкой. Это просто мое воображение в который раз пыталось сыграть плохую шутку. Я прикрыла глаза, стараясь не выдать волнения.

— По лопатки.

— Хорошо.

Стригла она аккуратно и ровно, на пол то и дело падали ошметки волос. Но все равно сохранялось ощущение, что Элла отрезает не локоны, а пучки нервов.

— Что бы ты делала, если бы попала в книгу?

Именно ради этого вопроса я вылезла из комнаты в поисках Золушки, надеясь, что в устах главной героини прозвучит истинный ответ.

Ведьма же должна была оставить хоть что-то, любую подсказку. А самостоятельно искать пути решения я уже устала: ничего логичного в голову не приходило. Сбежать — опасно, неизвестно, выживу ли я в этом «доисторическом» мире, плыть по течению — бессмысленно, потому что нужно что-то делать, иначе превращусь в жабу.

— Какой неожиданный вопрос, — Элла сильнее сжала мое плечо, — наверное, это зависит от книги. Я не думала, что у тебя есть к ним интерес.

— Ну, представь, что тебя прокляли и ты оказалась в ужасной книге, где мало шансов на выживание.

Элла прищурилась, оглядывая мою голову, и задумчиво пробормотала:

— Ты столь странно говоришь, мне даже непривычно.

— Ну ответь.

— Я… — она задумалась, — наверное, я бы дождалась конца. У каждой истории есть свой конец, и когда он наступает, книга тоже заканчивается. Я бы сделала все возможное, чтобы этот конец приблизить.

Я чуть не вскочила со стула от радости. Ну конечно! Вот оно! Вот она, та самая разгадка, которая могла прийти и ко мне в голову, если бы та была способна соображать.

Срок, на который ведьма отправила меня в книгу, не бесконечен, он заканчивается вместе со сказкой. Наконец расцвела надежда, пока еще робкая и слабая, но тиски, мешающие дышать, немного ослабли.

— Вот и все, — произнесла Элла, проводя по моим волосам, укороченным раза в три.

— Спасибо, — я поспешно поднялась и развернулась. Руки у меня дрожали от лихорадочно скачущих мыслей, и Элла, заметив это, в смятении поджала губы. — Ты правда помогла.

— Не за что… — она впервые за последнее время посмотрела мне прямо в глаза, — а ты действительно изменилась.

Я не поняла, как относиться к последней фразе: то ли Элла меня подозревала в чем-то, то ли просто констатировала факт, но разбираться не хотелось. Голову занимали более насущные проблемы.

Элла преграждала выход в коридор и по-прежнему сжимала в руке ножницы. Я оглянулась на дверь, ведущую в сад, и направилась к ней.

Маленькая ограда отделяла участок от полей. Те утопали в траве, настолько ярко-зеленой, что глаза уставали смотреть на нее, как и на небо.

Как будто кто-то поиграл с фильтрами контраста и яркости. Меня опять замутило. Наверное, так проходила акклиматизация после попадания в книгу. Все-таки оказаться в сказке — это не в соседнюю страну слетать на курорт.

Оказывается, в мире существовала магия, ведьмы и проклятия, и чем больше я об этом думала, тем скорее теряла связь со всем, во что верила. Проще не думать. Мой привычный мир разрушился, как карточный домик, и теперь я цеплялась за те части, которые пока оставались целыми. Ну или мне просто хотелось, чтобы они были целыми.

Пока ситуация вырисовывалась все равно плачевная: если не удастся скорректировать сюжет, то я превращусь в жабу и умру на болоте (точнее в сказочную жабу и на сказочном болоте, но от этого легче не становилось).

Но если я не буду отыгрывать роль злобной Анастасии, то сработает какой-нибудь эффект бабочки, и финал сказки может не произойти. И что тогда? Сказка не закончится? Вдруг обязательным условием для финала является гибель Анастасии…

— Как же сложно, ну за что мне все это, — я ослабила шнурки на платье, потому что снова начала задыхаться. Слезы заполонили глаза и смешали мир в беспорядочные расплывчатые пятна. — За что? Чертова ведьма!!! — я закричала, так громко, чтобы все меня услышали, чтобы эта иллюзорная вселенная взорвалась, как хрусталь. — Верни! Меня! Домой!

Голос пропал. Я кричала, путалась в траве, но упрямо шла вперед и требовала ведьму вернуть меня обратно до тех пор, пока из горла не начал доноситься один только хрип.

Отчаяние затопило страшной волной, и я уселась на траву и разревелась. Стало до жути одиноко и страшно.

Страшно оттого, что я могла сойти с ума или что действительно застряла в зачарованном мире без единого шанса выжить. И очень страшно от мысли, что я никогда не выберусь. А у меня мама ведь одна осталась, жизнь моя, цели, мечты тоже остались.

— Я хочу домой. Ну пожалуйста, я все сказки прочитаю, правда. Я не хочу здесь быть. Слышишь⁈

Но никто так и не ответил, мир продолжал следить за мной, как за подопытной мышью. А потом за слезами пришел гнев.

— Почему я⁈ — я нащупала на земле камень и изо всех сил швырнула его. — Столько отвратных людей на свете, но ты наказала меня⁈ Старая злобная карга!

Я психовала, злилась, кричала. Пинала камни и лупила по траве, сдирая кожу на ладонях об острую осоку, желая разорвать в клочья эту сказочную реальность. Но неестественно яркое солнце продолжало освещать неестественно яркие луга.

— Чтоб тебя, да чтоб тебя!

А точно ли я двигаюсь в правильном направлении? Даже если книга закончится, прекратятся ли мои страдания? Что будет после того, как принц и Золушка поженятся? Счастливый финал, последняя страница и мое возвращение домой…

Если, конечно, до этого я не превращусь в жабу и не прекращу свое существование на последней странице, как и остальные сказочные герои. От всех догадок голова ужасно раскалывалась.

Я улеглась на траву и утомленно закрыла глаза. Приятная тишина обволакивала и убаюкивала сознание, которое на какое-то время погрузилось в дрему, однако шелест травы заставил меня проснуться и напрячь слух.

Кто-то или даже что-то весьма уверенно приближалось, пробираясь сквозь заросли. Я еще не успела испугаться, как рядом мелькнул черный мех и загорелись два зеленых огня.

— Опять ты, — я отпрянула от кота Дризеллы, — а ну брысь отсюда, блохастое существо.

Если верить смутным воспоминаниям, в сказке о Золушке он точно был отрицательным и противным зверем, с которым лучше не связываться.

— Мр-р, — Люцифер оскорблено пошевелил ушами и вдруг заговорил на чистом человеческом языке, — кого это ты блох-хастым назвала, рыжее чудовище⁈

Я подавилась воздухом и, в отличие от кота, разучилась разговаривать. Только и могла, что раскрывать рот в полнейшем изумлении. Люцифер, явно довольный произведенным эффектом, расплылся в совершенно чеширской улыбке, такой широкой и неестественной, что это привело меня в чувства.

— Что ты сказал?

— Говорю, что блох у меня нет, а вот у тебя они очень даже могут быть, хотя с таким-то характером они вряд ли бы тебя долго вытерпели.

— Нет, — я замотала головой, — нет, это какой-то бред, ты не можешь разговаривать.

— Почему? — Люцифер удивленно склонил голову набок, — я вообще-то кот ученый, еще и читать умею, но, конечно, об этом мало кто знает.

Я тихонько взвыла, проклиная ведьму в сотый раз, и поинтересовалась:

— Золушка знает, что ты говорящий?

— Нет, конечно, — фыркнул Люцифер, — это же мой секрет. Никто из семьи не знает, не нужно им это. И ты не знала, только вот… Ты ведь не Анастасия, верно? Я с тобой потому и разговариваю, чтобы узнать правду.

Вести беседу с котом — это даже по сказочным меркам было безумием.

— А ты не боишься, что я всем расскажу твой секрет?

— А кто тебе поверит? Ты и так ведешь себя странно целый день, все уже начинают беспокоиться, не помешалась ли ты. Ох, — его зрачки резко превратились в две вертикальные зубочистки, — ты даже не отрицаешь, что заняла тело Анастасии.

— Не по своей воле, — я пожала плечами, — меня прокляли. Если хочешь знать, то я вообще из другого мира, где вот это вот все, — я махнула рукой, стараясь обхватить весь пейзаж, — существует в книге, куда меня отправили. Ты ненастоящий, все это — ненастоящее.

Оказывается, выговориться кому-то, раскрыть правду было именно тем, в чем нуждалась моя нервная система. Пусть моим собеседником и выступил черный кот.

— Как я могу быть ненастоящим, если я очень даже настоящий? — недоверчиво спросил Люцифер, — значит, тебя прокляли? Кто?

— Какая-то ведьма.

— Зачем?

— Думаешь, я знаю? Чтобы проучить, наверное… Я не захотела читать сказку, поэтому она запихнула меня на читательский хард-уровень с полным погружением.

— И-интересно, — он зашевелил усами, впав в глубокую задумчивость, — и что ты думаешь делать?

— Пока думаю дожить до оригинального конца книги.

— А ты можешь не дожить?

Я вздохнула и обняла себя за колени. В это время подул холодный ветер, который с легкостью проник сквозь ткань платья, чтобы заморозить кости.

— Анастасия — второстепенный отрицательный персонаж, и в конце истории она погибает. Поэтому мне нужно просто не погибнуть.