Юлия Ветрова – Туманы Замка Бро. Трилогия (страница 64)

– Тебе придётся жениться, Грегори! А так ты сможешь установить в замке мир на долгие годы. Ты – рыцарь. Ты будешь служить Генриху и будешь свободен, как сам этого бы хотел. Титул лорда не для тебя – по крайней мере сейчас. Быть может, через десять, двадцать лет…

– Вон! – Грегори сжал кулаки. – Он вышвырнул тебя, Тизон. Вышвырнул из этой башни, а завтра вышвырнет из-за стола. И ты по-прежнему будешь на его стороне?

– Я на стороне дома Вьепон!

– Вон… – повторил Грегори.

Тизон пожал плечами и выполнил приказ.

Вечером того же дня в башню пришло первое письмо. Его принёс мальчишка, найденный Артуром, а Милдрет читала вслух, сидя за новым трофейным столом.

– Рад сообщить вам, молодой лорд, что всегда был верен вам… всегда надеялся, что однажды вы вступите в свои права…

– Давай ближе к делу, – Грегори сидел на полу, прислонившись спиной к боковой стенке стола, и грел ноги у очага. В руках он нянчил свободную руку Милдрет и с сожалением рассматривал оставшиеся на запястье некрасивые синяки. – Он поможет или нет?

– … так… погоди… вот… «Я был бы рад поддержать вас в ваших начинаниях, если бы не обязательства, связывающие меня с лордом Донатон. Если бы вы изволили оплатить мои долги, то я, безусловно, был бы во всём на вашей стороне»…

Грегори присвистнул.

– И этот человек учил меня почитать родителей и никогда не играть.

– Ну, он не сказал, что он эти деньги именно проиграл, – заступилась за капеллана, приславшего письмо, Милдрет. – Просто… что долг нужно оплатить.

– Это не проблема, – задумчиво произнёс Грегори. – Деньги у нас есть. Только как их переправить в замок Донатон?

Грегори поднял взгляд и обнаружил, что Милдрет внимательно смотрит на него.

– Если ты доверяешь мне…

– Само собой, но отпускать тебя одну… я боюсь за тебя, Милдрет.

– Боишься, что я сбегу?

Грегори быстро-быстро покачал головой.

– Если бы ты хотела сбежать, то сбежала бы уже давно. Разве нет?

Милдрет медленно кивнула.

– На дорогах могут быть разбойники.

Милдрет приподняла бровь, и один уголок её губ пополз вверх.

– Ты про Доба или про кого-то ещё?

Грегори молча смотрел на неё, и Милдрет тоже молчала, ожидая решения господина.

– Грегори, я могу за себя постоять, – не выдержала наконец она.

Улыбка коснулась губ Грегори, и, перевернувшись, тот опустился на колени у ног Милдрет.

– Ладно, – сказал он, не переставая улыбаться, – только не сегодня, хорошо?

– Как скажешь, мой господин, – Милдрет отложила письмо и вплела пальцы в волосы Грегори – длинные, шелковистые и чёрные, как небо безлунной ночью. Грегори тряхнул головой и, перехватив руку Милдрет, приложил к щеке, а затем поцеловал ладонь.

– Нужно отдать распоряжения, отсчитать золото… И, к тому же, пока ты здесь, я хочу попробовать что-то ещё.

– Тебе мало того, что уже есть?.. – Милдрет замолкла на полуслове, когда Грегори с силой развёл в стороны её колени и принялся рывками развязывать шнуровку на брэ.

Следующей ночью, впрочем, отправиться Милдрет так никуда и не смогла.

Грегори собрал нужную сумму и готовился уже передать ей, когда раздался стук в дверь и передали ещё одно письмо.

– От Седерика, – сообщила Милдрет негромко, как только дверь закрылась за её спиной.

– Что он пишет?

– Примерно то же. Только он просит отправить деньги его родным, на случай, если ничего не выгорит. И… хочет, чтобы вы подписали документ, в котором заверите своим рыцарским словом, что он останется на своём посту что бы ни произошло.

Грегори поморщился.

– Само собой я подпишу документ. Где отыскать его родных он написал?

– Да. Если хотите, я сразу же заеду и туда.

– Хорошо.

– Вы уже знаете, что потом? Я имею в виду, что вы собираетесь делать с поддержкой этих людей?

Грегори уклончиво качнул головой.

– Есть кое-что. Жаль, что нас отказался поддержать Тизон, – он помрачнел, а затем невольно коснулся ладонью груди, там, где за подкладкой всё ещё лежало письмо. Грегори только сейчас вспомнил про него и теперь, под пристальным взглядом Милдрет, принялся извлекать его из складок одежды и открывать конверт. – Нашёл в старом столе, – пояснил он. Бегло пробежал глазами по строчкам и облизнул губы. – Милдрет, иди сюда! Тут есть кое-что!

Милдрет торопливо подошла к нему и устроилась рядышком на краешке кровати.

– Прочти, потому что мне кажется, что я сошёл с ума.

Милдрет взяла в руки письмо и негромко, уже предчувствуя, что увидит внутри, начала читать:

– «Дорогой отец… – Милдрет замолкла и побледнела, но, поймав на себе пристальный взгляд Грегори, продолжила читать, – дорогой отец, мне жаль, что приходится так уезжать. Я бы хотела побыть ещё с тобой. Но если вы с Генрихом считаете, что так будет лучше, то я не смею противиться. Мне всё же кажется, что тебе нужно больше думать о себе, а мой брак… состоится как-нибудь сам собой. Всё будет хорошо. Твоя Ласе».

Милдрет подняла глаза на Грегори.

– Почему она называет его отцом? – тихо, почти шёпотом спросил Грегори.

– Очевидно потому, что сэр Тизон – её отец.

Они продолжали смотреть друг на друга молча, решая, что это значит для каждого из них, когда зазвенели ключи в замке, и Грегори, вырвав письмо из рук Милдрет, торопливо спрятал его на прежнее место.

– Сэр Генрих вызывает, – произнёс рыцарь, показавшийся на пороге.

– Уже поздно, – заметил Грегори и зевнул.

– Не вижу причин, – ответил тот зло, – почему бы вам не навестить любимого дядю в этот час. В конце концов, могли бы догадаться и сделать это сами давным-давно.

Грегори скрипнул зубами, но, опустив ноги на пол, потянулся и встал.

– Приготовь пока постель, – бросил он через плечо и подобрал с сундука плащ.

– Нет, – перебил его рыцарь, – сэр Генрих хочет, чтобы вы явились вдвоём.

Милдрет стиснула кулак, чтобы не показать испуга. Грегори тоже бросил на неё короткий обеспокоенный взгляд. Быстро, будто бы невзначай, скользнул по плечу Милдрет рукой и шепнул:

– Всё будет хорошо.

Впрочем, конечно же, ничего не могло быть хорошо.

Генрих ждал их в общей зале, в небольшом закутке, отделённом гобеленами. Время ужина уже прошло, и все домашние разбрелись по своим кроватям – и другим спальным местам. В относительном уединении Генрих сидел в кресле рядом с письменным столом и просматривал корреспонденцию, когда Грегори и Милдрет, отодвинув полог, вошли к нему.

Генрих кивнул племяннику, но вставать не стал.

– Пройди ко мне и приготовь постель, – распорядился он, обращаясь к Милдрет.

Грегори побелел.

– Плохое начало, дядя, – произнёс он.

– Не тебе об этом рассуждать, – Генрих выбрал из стопки письмо и бросил его на стол, – прочти. Ты ведь у нас, оказывается, умеешь читать и писать.