Юлия Ветрова – Танго алого мотылька. Трилогия (страница 45)

— Это мастер, который меня тренировал, — выдохнула Кирстин наконец и в попытке защититься стиснула собственные локти в руках.

Лицо Реймонда изменилось, став суровым и чужим.

— Я не хочу, чтобы ты вспоминала его, — жёстко повторил он, — а тем более лепила.

— Но мне легче так, Рей! — Кирстин вскинула взгляд. — Это не значит, что я по нему скучаю или думаю о нём, когда я с тобой!

На лице Реймонда отразились теперь недоумение и боль. Он молчал, не зная, что сказать.

— Я не хочу, — только и повторил он, но уже скорее растерянно, чем зло. — Я не хочу, чтобы он жил в твоей голове…

Рей на мгновение прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, а затем шагнул к Кирстин.

— Прости, — сказал он, привлекая её к груди и целуя в висок, — мне не нужно было кричать.

— Я бы хотела забыть, — отчаянно сказала Кирстин, утыкаясь носом ему в плечо, — я бы правда хотела… Чтобы у меня был только ты.

Рей молчал. Закрыв глаза, он пытался успокоить злость. Кирстин было страшно разбить, и Рей сам не понимал, откуда в нём появилось это чувство страха перед собой, но бороться с ним Рей не хотел и не мог.

— Мне нужно с тобой поговорить, — наконец произнёс он и отступил на шаг назад.

Кирстин посмотрела на него с удивлением. Тон Реймонда был необычно серьёзен.

Рей и сам не знал, как начать этот разговор.

— Мне нужно уехать, — наконец сообщил он в лоб.

В глазах Кирстин появился страх.

— Мне нужно уехать, — повторил Рей, — и я не знаю, когда смогу сюда вернуться. Сначала в Женеву, потом в Париж. А потом, возможно, куда-то ещё. Но я не хочу оставлять тебя одну. Я вообще не хочу тебя оставлять. И я не знаю, как мне быть, потому что взять тебя с собой я тоже не могу. Я боюсь, что ты сбежишь.

Кирстин какое-то время молчала.

— Я не знаю, сбегу или нет, — наконец призналась она.

— А я не хочу проверять, — отрезал Рей.

— Я не хочу оставаться здесь, — Кирстин сглотнула, — без тебя. Если ты поступишь со мной так, то я уж точно сбегу.

Рею на мгновение стало стыдно за то, что он хочет сказать, но он всё же продолжил:

— Поэтому я предлагаю тебе контракт, — Рей запустил руку под полу пиджака и извлёк из нагрудного кармана несколько свёрнутых трубочкой листков, — общая суть сводится к тому, что ты обязуешься сопровождать меня и оставаться рядом до тех пор, пока я тебя не отпущу. Я, со своей стороны, обязуюсь обеспечить тебя всем, что тебе потребуется — одеждой, едой, жильём. Если ты попытаешься нарушить условия контракта, то должна будешь выплатить мне неустойку. Я условно поставил два миллиона восемьсот, потому что эту сумму я за тебя отдал. Но, думаю, для тебя не будет особой разницы — два миллиона или один.

— Если я нарушу условия контракта… — рассеянно произнесла Кирстин, принимая из его рук листки. — А если их нарушишь ты?

Рей замолк и в недоумении посмотрел на неё.

— Я понимаю, что ты считаешь, что всё уже заплатил, — сказала Кирстин, чувствуя, как нарастает злость, — но по твоим словам выходит, что я должна тебе всё, а ты мне — ничего.

— Я не хотел бы с тобой торговаться, — в голосе Рея прозвенел лёд. — Откуда мне знать, что ты не попытаешься выполнить условия так, чтобы я сам захотел его разорвать?

— Если так рассуждать, то откуда я знаю, что этого не сделаешь ты? — Кирстин уже не пыталась сдерживать злость. — Ты можешь поселить меня в ночлежку или в бордель, а я останусь должна тебе два миллиона сколько-то там!

Рей молчал.

— Мне нужно почитать, — сказала Кирстин наконец.

— Выбор у тебя небольшой, — после долгого молчания ответил Рей, — или так, или оставайся здесь.

Он развернулся и вышел в коридор.

Глава 9. Контракты

Кирстин долго перелистывала страницы контракта, пытаясь отыскать все возможные подводные камни, но то и дело сбивалась на общие размышления о том, что будет значить поставленная подпись.

С одной стороны, Рей готов был дать ей гарантии. Признание её статуса. «Вольную для рабыни», — мелькало у Кирстин в голове, и она не могла скрыть грустной усмешки.

С другой стороны, договор означал ещё большую кабалу. Кабалу по закону, сбежать из которой было бы уже нельзя.

«А сейчас у тебя есть возможность сбежать?» — думала она. Кирстин не могла знать точно, но сильно подозревала, что даже выберись она за сплошной металлический забор, который окружал принадлежавший Реймонду участок земли, даже сумей добраться домой — человек с такими деньгами и там её найдёт.

Если поначалу она ещё выискивала бреши для побега, то теперь жизнь за пределами поместья казалась Кирстин сном.

К тому же она начинала привыкать.

К Реймонду, его улыбке, его поцелуям и прикосновениям его рук.

К новой мастерской.

К спокойному размеренному ритму жизни, которая теперь не требовала от неё ни поисков подработки, ни походов в магазин.

Она представляла, как снова окажется на обставленной стандартными табуретками и вечно шумной, хотя и чистой кухне корпуса Эдвин Чедвик в кампусе Эдинбургского Университета, и понимала, что вовсе не мечтает туда вернуться.

И в то же время она хотела снова учиться. Возможность поступить в Эдинбургский Университет стоила ей длительной борьбы с отцом, и она вовсе не собиралась теперь отказываться от нее так легко.

Контракт лишал Кирстин надежды. Но его отсутствие сулило безрадостные серые дни здесь, в поместье, уже в одиночестве, а она в самом деле не имела никакого желания оставаться одна.

И ещё… Вспоминая о прошлом, Кирстин, как ни старалась, не могла вспомнить никого из своих друзей, по кому бы скучала. Только сестру — но она была сестрой, и Кирстин уже привыкла жить без неё. Даже Лоусон представлялся ей как смутная тень, состоящая из бесконечных малозначимых слов.

И в то же время, думая, что она может больше не увидеть Рея, Кирстин испытывала мгновенный страх и острый приступ тоски.

В конце концов, глубоко вдохнув и положив листок с пометками поверх стопки распечаток контракта, Кирстин направилась в восточное крыло.

Часы показывали половину пятого, но Кирстин пребывала настолько глубоко в себе, что даже не посмотрела на них — просто машинально открывала одну дверь за другой в поисках хозяина дома, пока не увидела летящее прямо в лоб острие ножа.

Кирстин коротко вскрикнула и попыталась податься вбок.

Тут же её обожгла боль — она даже не поняла, откуда та пришла, а через мгновение обнаружила, что падает в тёплые руки, и объятия обволакивают её со всех сторон.

— Кирстин! — Рей метнулся к ней, едва расслышав вскрик. Кирстин, как назло не разобрав угла полёта, бросилась в ту сторону, куда и должен был попасть нож, и мгновенный холод охватил тело Рея, какого он не испытывал, даже когда падал самолёт.

— Чёрт, — выдохнул он, прижимая Кирстин плотнее. Острый страх не давал возможности её отпустить, — Кирстин…. — Рей уткнулся носом ей в волосы. — Я не думал, что это ты.

— Ты хотел убить Жанет — за то, что она насыпала тебе в кофе соль? — Кирстин издала нервный смешок и плотнее прижалась к своему несостоявшемуся убийце. — Что это было, Рей?

— Ничего, — мрачно сказал тот, продолжая поглаживать Кирстин по голове, но теперь уже глядя на рикошетом отскочивший на пол нож, — шутка для двоих, о которой тебе не нужно знать. Ты порезалась? — он снова опустил глаза на Кирстин и принялся осматривать её, пока не нашёл небольшую кровоточащую рану на руке.

— Пойдём, я перевяжу, — Рей потянул Кирстин вверх и сам встал.

Он двинулся в направлении шкафчика с полотенцами. Страх всё ещё не отпускал. Рей не мог объяснить себе того чувства, которое охватило его на миг, когда он думал, что Кирстин конец. Как будто из груди вырвали огромный кусок.

«Да что ж это со мной?» — мрачно подумал Рей. Достал из аптечки бинт и, оглянувшись, увидел, что Кирстин всё ещё стоит у самой двери.

— Рей, — та закусила губу и только потом несмело шагнула к нему, — Рей, я составила список поправок. К договору, что ты предложил.

Рей поднял бровь. Ему вдруг стало смешно. Но он чувствовал, что этому партнёру не сможет отказать.

— Дай посмотреть, — Рей подошёл к окну, и там уже Кирстин передала список ему в руки, — «в случае нарушения контракта одной из сторон, она обязуется выплатить другой стороне два миллиона восемьсот…» — Рей поднял на девушку глаза, но ничего не сказал, — «Договор может быть расторгнут по обоюдному согласию обеих сторон». Это ещё зачем?

— Там не указан срок контракта, — Кирстин подсела поближе к нему и придержала листки рукой. — Мы загоняем себя в ловушку. Оба — и я, и ты. Когда тебе надоест, что ты со мной сделаешь?

— Мы об этом уже говорили.

— И ты сказал, что тебе не надоест. Но ты должен предусмотреть такую перспективу, разве нет?

— И что? Я должен буду посоветоваться с тобой?

— Конечно, — Кирстин насмешливо посмотрела на него, — я обещаю, что дам тебе хороший совет.