Юлия Вариун – Наемник междумирья. Вне времени (страница 52)
— А ну кА, величество, представься еще разок, — прошу я, пытаясь вспомнить набор его имен, уже раз прозвучавших.
— Ззачем? — насторожился тот.
— Хочу попрактиковаться в этикете, — зловеще улыбаюсь.
— Квэртиш Антуар Ари Валестир третий, — чувствуя подвох, все же произносит свое полное имя.
— Да что ты? — Расплываюсь неприлично довольной улыбкой. — Прям-таки Ари Валестир?
— Не понимаю тебя, Царь Горыныч, — делает шаг назад. Видимо, я кажусь невменяемым.
— А я вот, кажется, кое-что понял. И где же, позволь узнать, можно найти твоего сына? Нэда Ари Валести? Он мне ВОТ ТАК нужен! — показываю себе на горло ребром ладони.
По потемневшим глазам Квэртиша я понял, что тема ему неприятна.
— Архимаг Нэд Ари Валести Нур Валенд, сын вдовствующей баронессы Нур Валенд погиб во время трагедии в радужном дворце, — отчеканил свою правду император тоном, не предусматривающим споров. — «Ари Валести» это приставка дарована баронессе и ее потомкам, как знак величайшего расположения и покровительства короны, благородной семье, утратившей мужа и отца.
— Ага, ну прям субсидия и надбавка к пенсии по утрате кормильца, — хмыкаю я, не поверив ничуть ни в гибель архимага, ни в непричастность императора к тайне зачатия пропавшего Нэда Ари Валести. — Ладно, я так понимаю, секрет уйдет в могилу с его владельцем, — вздыхаю и подзываю к себе жестом Элвина. — Мы так и не утрясли вопрос с одеждой того парня, — напоминаю несколько сконфуженному Квэртишу, — подсобишь, а, величество? Совсем у меня проблемы с этим делом, видишь… — указываю на оторванные манжеты и обрывки кружев свисающих от горловины на одну сторону распахнутой рубашки.
— Подожди, подожди, — отмахнулся император, — значит, ты отказываешься от титула и земель? Ты казнил дворянина, моего родственника, между прочим…
— Да, я в курсе, — уже я отмахиваюсь.
— И эта выходка знаешь ли тянет на казнь!
— Ну, ты ж понимаешь, что казнить темного путника будет сложно, — ухмыляюсь небритой рожей.
— Да не дурак, понимаю, никто и не собирается нарываться. Но земли ты хоть можешь взять под свою опеку?
— Нет, — уверено отказываюсь. — Я в вашем мире транзитом. Надолго не задержусь. Отдай лучше все это Малассуру. Он достоин.
— Да надо ему это! — в сердцах вскрикивает Квэртиш.
— Ну, я тут причем? Меня вы спросили? — теперь уже я гневлюсь и снова подзываю Элвира, но как оказалось, тот уже стоит в шаговой доступности от меня и жадно заглядывает в рот, ловя каждое слово. — Ты! — указываю я на пацана, — что скажешь об этих проклятых землях? Что тебе граф рассказывал?
Парень покраснел и отвел глаза.
— Давай — давай, выкладывай! — поторопил я.
И он заговорил, описывая все нюансы, перспективы, риски, плюсы и минусы. И на редкость речь пацана оказалась грамотной и понятной.
— О, как! — радостно воскликнул я, когда Элвин закончил свой доклад, — вот вам какой специалист по графским угодьям. Его и назначайте! Ты кстати, с чего такой умный и информированный?
— Его светлость был бездетен, своим приемником он выбрал меня. Последние два года я обучался всему, что необходимо знать благородному дворянину, — нехотя признается он. — Свое решение граф принял, не ссылаясь на мое мнение. Я не хотел и не хочу принимать это бремя. Но спорить с графом, не смел, — Элвин отвел взгляд, раздраженно дернув запястьем, на котором все еще поблескивал браслет-артефакт.
— Слушай, Царь Горыныч, ну ты же понимаешь, что это не серьезно? — посмотрел на меня с мольбой Квэртиш, — отдать такую землю безродному мальчишке, у которого еще молоко на губах не обсохло…
— Да этот пацан подкован и в теме больше, чем я! И заинтересован в процветании провинции. У него семья тут!
Повисло молчание. Величество думал. Элвин злился. А я…
— Эй, любезный! — крикнул я в сторону телохранителя, что понравился мне своими габаритами. — А ну иди-ка сюда, будь добр!
Император закатил глаза, мысленно негодуя моей прагматичности, когда тут решается судьба целой провинции. Охранник вопросительно глянул на своего хозяина, и дождавшись, когда тот махнет разрешение подойти, тронулся с места.
— Динтар, отдай этому варвару свою одежду, — попросил Квэртиш. Правда, не приказал, а попросил, чувствуя себя ужасно неловко. Я хмыкнул, но промолчал. Мужик было замялся, но император лишь подтвердил просьбу. — Давай, давай, видишь, человеку совершенно нечего надеть. Тебе все компенсируют за счет казны.
Динтар нехотя и сомневаясь, но все же пожаловал мне свою рубаху, вполне простого кроя. Удобного и без заморочек. Разве что, она была без привычных пуговиц спереди, а надевалась через голову, как футболка, но была свободна и длиннее, на манер туники. Полотняная, без изысков. Брюки с него тоже пришлись в пору. А те, что я сбросил прямо тут, подобрал Элвин и заметив дыру, неловко отвел взгляд. Кожаный жилет с могучего молодца, подштанники и тонкую, явно дорогую кольчугу из мелких звеньев я забирать не стал. Мне без надобности. А вот…
— Найди мой нож! — напомнил я Элвину, сверкнув глазами и будущего хозяина провинции Трионв, как ветром сдуло.
— Ну и как, он будет сдерживать нечисть пригорных лесов? — с сомнением посмотрел вслед убежавшему Элвину император.
— Втянется, — уверено ответил я, уже подумывая, что пора и честь знать, все-таки тут мои дела окончены.
— Послушай, — совсем уже привык к панибратскому стилю общения величество, жестом отослал полураздетого телохранителя, — ты, конечно, гордо отказался от титула, но хотя бы деньги ты можешь взять? Посмотри на себя, ты ж гол и наверняка без гроша в кармане.
— Да, есть такое дело, — не стал отпираться я. — Правда надеюсь, что по возвращении все же поправлю свое благосостояние.
— А до тех пор?
— Что ты хочешь, императорское твое коварство?
— Этот замок полон трофеев, которые ты заслужил в бою.
— Решил говорить со мной на зыке, понятном мне, — усмехаюсь я. — Не пройдет. Я нежадный. Мне хватит небольшого кошеля с монетами, чтобы, не бедствуя, добраться до своих товарищей. А остальное… — задумался я, и уточил, — много там кстати?
— Нереально много, Царь Горыныч, — улыбается император, думая, что я все же куплюсь.
— А чего ты не конфискуешь все добро в пользу казны? — удивляюсь я.
— Малассур… — туманно ответил Квэртиш, но видя мои сдвинутые в негодовании брови, пояснил, — он потребовал не только титул и земли тебе, но и всю сокровищницу графа. Да и… доход золотоносных земель такой… что даже с уплатой повышенного налога, Олдмон смог накопить приличное состояние и при этом совершенно не обидеть казну. Свое, с этих земель я взял по закону, и буду продолжать брать дальше. Но мне очень нужен надежный человек тут.
— Погоди — погоди, — я прервал поток лишних фраз, вычленив главное. — Малассур?
Кажется, у меня даже глаз дернулся, при упоминании имени дракона. Ну, гад, чешуйчатый! Его «маленькая благодарность» не уместится уже ни в какие адские ворота! — А знаешь, что, Квэртиш, я не буду отказываться от всего этого скарба, раз тут реально, очень много. Но… и с собой забрать я не могу. Не телегу же мне снаряжать, — наигранно печально развожу руками.
— Какую телегу, сэр Дэниэль, — смеется император. — Одни только коллекций доспехов, ювелирных изделий обработанных и ограненных, необработанных камней и золотоносной руды… будет на целый караван. И это не считая казны покойного графа, сплетники говорят (откуда только взяли?), что свой основной доход, он хранил в золотых слитках, лишь малую часть спуская на свое хобби, — коллекционирование.
— Совершенно верно, — вдруг встрял в наш разговор вернувшийся Элвин, — его светлость любил дорогостоящие коллекции. Есть даже несколько каталогов, куда я лично заносил новые единицы. Сэр Дэниэль, вы примите свой трофей? — и столько надежды в голосе. Кажется и его Малассур прессанул, иначе, как объяснить, что люди сами отказываются от богатств.
— Конечно, — радостно разулыбался я, улыбкой демона, только что удачно купившего невинную душу. — А вы оба позаботитесь, чтобы все это добро было доставлено в безопасность!
— Куда? — выдал петуха голос императора. Чует, гад, что я подлость задумал.
— К Малассуру! В Бурдинские горы! И пусть делает, что хочет со всем этим скарбом! Это мой подарок его очаровательной самочке! Так и передайте ему! Царь Горыныч прислал свой трофей в дар драконьей чете с наилучшими пожеланиями. А еще передайте, что мы квиты с ним и он ничего мне не должен больше. Я принял спасение моей жизни в счет уплаты за спасение Лионары.
— Сэр Дэниэль, — жалко посмотрел на меня Квэртиш. — Он же мне всю плешь проест. Ты не принял не единого дара. Обижаешь, не кого-нибудь, а черного дракона. Негласного лидера этой совершенно уникальной и чрезвычайно опасной расы. Империи приходится считаться с этой силой. А ты так… издевательски…
— Да брось, — отмахиваюсь, — Малассур оценит юмор, возможно даже пожертвует все сокровища куда-нибудь на храмы и приюты… а может быть засыплет свою драконью пещеру всем этим скарбом и будет возлежать поверх куч золота, сходя с ума от собственной жадности, это теперь его дело, это его демон, его искушение. А мне пожалуйста небольшой кошель отсыпать в дорогу и я пойду уже… ты нож мой нашел? — повернулся к Элвину, что слушая мои пожелания по поводу дорогостоящего трофея, поверить не мог своим ушам, но и не оценить шутку юмора тоже не мог, а потому в глазах полных изумления, то и дело проскальзывали смешинки.