Юлия Узун – Магия лунного камня (страница 8)
— Это будет странно.
— Без тебя знаю. Я ухожу. Иди в замок и погляди на неё, пока не ушла.
Ченс скрылся в одну секунду. Хью некоторое время прохаживался по окрестностям замка. Никто из братьев Окта не обратил на него внимания. Вот и славно. Так проще действовать.
Не желая больше испытывать судьбу, Хью решил покинуть бал. Взмахнув плащом, он вмиг испарился. И только летучая мышка парила в воздухе, слепо ища дорогу домой.
Огонь в старом камине потрескивал, согревая ноги Дариет, пока она с повышенной внимательностью плела браслет. Лилит присела в соседнее кресло, кутаясь в шаль.
— Глубокая ночь, Дариет. Хоть бы лампу включила, глаза испортишь!
— Электричество нужно экономить. Под светом свечей тоже хорошо.
— Иди спать. Завтра доплетёшь.
— Завтра браслет должен быть готов. Осталось совсем чуть-чуть.
Лилит присмотрелась к узору на чёрном бисерном ремешке.
— Для кого ты плетёшь этот браслет? Непохоже, чтобы это было для женщины. Ты говорила, что это символы мужского пола.
— Всё-то ты знаешь! — хихикнула Дариет. — Я плету браслет вампиру, потому что обещала. Но знаешь, для чего я хочу поскорее закончить и отнести это украшение? Чтобы узнать, ходил ли Хис к Хану и какая судьба ждёт Ойли.
В ночь, когда сестры вернулись с бала, Лилит и Дариет заперлись в одной из комнат и поделились своими впечатлениями и переживаниями. Лилит рассказал про Джейка, а Дариет призналась, для чего рвалась на бал. Танаке ни одна из них не станет рассказывать правду. Материнские инстинкты старшей сестры порой зашкаливают. От Танаки можно ждать только осуждения. А Урса слишком несерьёзная для подобных разговоров. Лилит с Дариет доверяли друг другу и умели сочувствовать, радоваться и переживать. Они не упрекали друг друга, а искали то или иное решение. Дариет не нравилось, что Лилит связалась с Джейком, но успокаивало то, что он мэр Эгле и по совместительству Окта. Он не обидит. Да и сама она с каким-то странным трепетом плела браслет. Иногда даже ловила себя на мысли, что нетерпение связано с желанием поскорее вновь увидеть Суну.
Утром Дариет сообщила Танаке, что едет на рынок помогать Лилит, а та в свою очередь подтвердила, что должна сделать венки, а покупатели будут её отвлекать. Танака поверила, и девушки с рассветом отправились в Эгле.
Лилит остановила повозку у дороги, идущей вверх, к замку Окта.
— Уверена, что не хочешь, чтобы я тебя туда довезла?
— Наша Матильда сдохнет, пока заберётся туда.
— Надо бы обзавестись велосипедом, — заметила Лилит. — Ладно, иди, пока совсем не рассвело. Сразу из Окта придёшь ко мне.
— Обещаю. — Дариет поцеловала Лилит в щечки, подергала за косички и с улыбкой вылезла из повозки.
Подъём занял у неё чуть больше часа, но и шла она не быстро. На этот раз никаких приветственных огней. Только холодный камень, птицы и лес вокруг. Солнце ещё не пробилось, поэтому над замком висела хмарь.
От волнения у Дариет вспотели ладошки. Подол коричневого платья испачкался в какой-то грязи и стал тяжёлым. Глядя себе под ноги, она видела лишь сухой песок, листья и асфальт. Голова кружилась. Подъем оказался не из легких. Коленки подкашивались от усталости, дыхание сбилось.
Положив руку на кнокер в виде рычащего зверя, Дариет перевела дыхание, затем постучалась. Если ей не откроют, она будет сидеть на пороге до тех пор, пока её не примут, решила девушка и постучала.
Ей открыл слуга, кожа которого была белая как мел.
— Леди, братья Окта не…
— Я хочу видеть Суну. У меня для него… э… я принесла то, что он просил. Просто передайте, что пришла Дариет.
Слуга секунду поколебался, но затем провёл Дариет в зал для ожиданий. Замок в это время суток был погружён во тьму. Все ставни были опущены, плотные шторы закрывали большие окна. И холод был практически осязаем, плотная зимняя накидка не спасала.
Слуга удалился, а Дариет подошла к стене, где висел портрет красивой женщины. Она была почти уверена, что это мать октавских братьев. В выражении лица пробивались ум, доброта и умение понимать. Она была обладательницей белой кожи, длинные густые волосы были чуть забраны назад с помощью заколки. Прямая осанка, выраженные ключицы, утонченные руки, сложенные на коленях, слабая улыбка придавали своеобразие её облику. Женщина притягивала взгляд точно так же, как и внешность Суну. И сейчас, внимательно разглядывая портрет, она вдруг увидела черты лица Хиса, пухлые губы Гуно и манящий взгляд Суну. Остальных братьев она ещё не видела, так что, возможно, и они взяли что-то от матери.
Послышались шаги, в тишине замка звук был особенно пугающим. Дариет отошла от портрета и посмотрела в сторону, откуда доносился звук шагов. Через пару секунд перед ней предстал Суну. Белая рубашка с широкими рукавами и рюшами на горловине, чёрные длинные брюки делали парня стройными.
Ну вот! Снова она неприлично разглядывает его.
— Какой неожиданный сюрприз, — ровным тоном, без эмоций сказал Суну.
— Я обещала сплести браслет.
Суну забыл об этом сразу, как покинул кабинет, поэтому был слегка удивлён тому, что девушка оказалась настолько ответственной.
— Ты принесла браслет? Правда?
— Да, — и она полезла в свой мешочек. Достав браслет, она показала его Суну. — Вот. Отныне он… станет именным. Смотри, — она чуть ближе подошла к Суну и ткнула пальчиком в рисунок, — это символ мужского могущества. А тут я написала твоё имя.
Он внимательно изучил узор и надпись, затем протянул запястье.
«
— Ну вот. Отлично подошёл!
Суну оценивающе разглядел браслет, ни одной эмоции не проскочило на его лице. Девушка сильно разволновалась.
— Не нравится?
— Красиво.
— И всё?! Я всю ночь плела этот браслет, чтобы просто услышать «красиво»? — кривляясь, возмущалась Дариет.
Суну улыбнулся.
— Мне трудно даются комплименты. Не обижайся. Мне очень нравится браслет. Что я могу для тебя сделать в благодарность?
— Я уже не надеялась на то, что октавские вампиры умеют благодарить.
— Мы вампиры, — пожал плечами Суну, — и не привыкли к обществу.
— О, не рассказывай байки Рыжего кота! Вы живёте в Эгле, где вампиры отличаются от людей лишь тем, что не дохнут. Ладно, прости, мне пора возвращаться к сестре. Я зашла отдать браслет. Больше мне здесь нечего делать.
Дариет поправила накидку, затем прошла мимо Суну к выходу. Мощная дверь была плотно закрыта, и девушка понятия не имела, как её открыть. Она толкала её, потом тянула на себя. Но с ужасом понимала, что оказалась в ловушке. Испугавшись, что не выйдет отсюда, она повернула обратно, но тут же увидела Суну, который с интересом всё это время наблюдал за тем, как она сражается с дверью.
— Выпусти меня, — велела она.
— Ты пришла сюда одна? Очень необдуманно.
— Укусишь?
— Я сыт, спасибо.
У Дариет не нашлось слов, чтобы ответить. Она совершенно забыла, что хотела спросить, ходил ли Хис к Хану. Присутствие Суну стёрло память, и в данную минуту она плохо соображала. Нельзя быть таким обаятельным. Приторный он какой-то!
— Лес вокруг замка не безопасен. С тобой может случиться что угодно. Есть голодные вампиры, Дариет, и они чаще всего выслеживают одиноких и глупеньких барышень.
— Я глупая, по-твоему? — она сжала кулачки от возмущения.
— Не от большого ума красивые и вкусно пахнущие кровью девушки разгуливают по лесу возле замка в одиночку.
Дариет поджала губы от злости, а Суну доставляла удовольствие её злость. Уж очень хорошенькая она, думал Суну. И вдруг улыбнулся сияющей улыбкой.
— Разреши проводить тебя до Эгле?
— С какой стати?
— Не глупи.
— Выпусти меня, Суну.
— Выпущу, но пойду с тобой.
— Ты не можешь пойти со мной. День на дворе. Солнышко светит. Хочешь сгореть, благодетель?
Суну приблизился к Дариет и убрал прядку выбившихся волос ей за ухо. Дариет задержала дыхание.
— Знаешь, почему меня называют Вампир солнца?
— Нет.