Юлия Цыпленкова – Во славу империи (страница 117)

— Что дала проверка в улье?

— А ничего не дала. Отсутствует трое человек, включая Прыгунова. Их теперь ищут под землей, а я пылаю жаждой свернуть профессору шею. Кстати, кладовщик мирно сопел в своей палатке.

— Возможно, их туда заманили сознательно, — ответил Рик. — Мы ведь так и не знаем личности эстерианца. Да и не найдя Прыгунова, опять могли решить, что он — предатель… Черт, — Саттор нахмурился. — А ведь мог убрать его и спрятать..

— Так, — Бергер шлепнул Рика по плечу. — Отставить панику, их ищут. И ты еще пожалеешь, что мы вернем тебе тестя. — Майор помимо воли хмыкнул, и службист поставил точку в разговоре: — Расходимся.

— Я в кузов, — решил Рик. — Погляжу на них еще немного.

Стен спорить не стал, он уселся в кабину, потревожив дремавшего полковника, а майор направился к кузову, где сидели наемники и их охрана. Вездеход тронулся с места, и Рик поднял взгляд на небо — корабли возвращались на Демос. Его пилоты и медики летели с линкором, их должен был встретить Рантала. О потерях Саттор пока не знал и даже вздохнул с облегчением, что может оттянуть этот момент. Из всего, что ему приходилось делать, майор ненавидел эту часть своих обязанностей — вести учет погибших и отправлять их родным соболезнования…

Передернув плечами, Рик медленно выдохнул, чтобы сдержать зародившуюся в эту минуту злость. Он поднял взгляд и обвел им пленных, но снова не смог никого узнать. Хотя… тюбиков с жидкими имплантами на катере должно быть много. Возможно, шпион успел изменить внешность, что было наиболее вероятным. Он должен был до последнего цепляться зубами за возможность уйти из-под ответственности, потому что успел столько натворить, что ожидать снисхождения было бы глупой наивностью.

Вездеход уже ехал по территории гарнизона. Наемники особо головами не вертели, они были заняты обдумыванием собственной участи. А подумать было о чем. Они вторглись на планету, охраняемую военными, потом вступили в бой с корветом — этого уже было немало, чтобы не вернуться на свою планету. Рик вдруг кривовато усмехнулся, подумав, что Ястреб может быть с ними знаком. И хоть катер Брато стоял не на Сорге, но там он бывал частым гостем. Жаль не привлечь для опознания…

Машина подъехала к зданию гауптвахты. Саттор первым спрыгнул на землю и отошел к кабине, из которой как раз вышел Чоу. Он ожесточенно потер лицо ладонями, после хлопнул Рика по плечу и ушел вперед, не дожидаясь майора и капитана СБГ.

— Что насмотрел? — с любопытством спросил Бергер.

— Ничего, — ответил Рик. — Но я думаю, что наш птенчик накачен имплантами. Мне ученые и персонал более-менее примелькались, но тут нет знакомых мне лиц вообще. Хотя я, конечно, там всех видеть не мог. Для этого нужно жить в улье.

— Молодец, — кивнул Стен. — У нас появился еще один способ опознавания. Но, надеюсь, мы выясним, кто из них эстерианец намного быстрей. Идем.

Пленных отвели в допросную камеру. На единственный стул для допрашиваемого никто не сел, наемники расположились у стены. Кто-то сразу сел прямо на пол, другие остались стоять. И раз никто из пленных не желал занимать место у стола, то стул забрал себе Рик. Он уселся рядом со службистом и комендантом за столом и приготовился слушать. Со своими вопросами лезть не собирался, Бергер прекрасно справлялся с этой работой без помощников.

— Итак, господа наемники, — произнес службист с неизменной дружелюбной улыбочкой, — вы готовы говорить по душам?

— Спрашивайте, — пожал плечами один из пленных. Скорей всего, командир, потому что остальные посмотрели на него и согласно кивнули.

— Для начала познакомимся. Я капитан Службы Безопасности Гей Станислав Бергер. Думаю, вы мне своих имен не назовете, потому не буду ждать от вас ответной любезности и сразу спрошу — кто из вас не является членом команды?

— Все, — ответил наемник.

Службист коротко вздохнул. Затем, откинувшись на спинку стула, снова заговорил:

— Ложь опасная и необдуманная. Один из вас не является членом команды. И прежде чем вы продолжите настаивать, я хочу кое-что вам пояснить. Степень вины наемника и врага Геи разная. Сейчас вы принимаете на себя звание врага империи, наказание будет соответственным. Однако наемник, выполняющий взятые на себя обязательства и добровольно сдавшийся, может рассчитывать на снисхождение. Я могу допустить, что вы сдались сами, если ответите правду. На вас нет крови, хоть вы и вступили в бой с имперским корветом, так что… — он развел руками, — решать вам. Выдача государственного преступника будет засчитана вам, как добровольная сдача в плен. Что скажете? — наемники промолчали, но двое переглянулись.

Им такой исход нравился, однако их командир не спешил дать согласие, и пришлось остаться немыми.

— Учтите, сейчас вы не отрабатываете свои деньги, а покупаете билет на смертную казнь, — продолжил Бергер. — Пока мы видим в вас пособников государственного преступника. И пока это так, вы можете забыть о каком-либо снисхождении.

— Парни, — все-таки заговорил Саттор, — вы уже честно отработали наем. Прилетели, забрали, вывезли. А то, что не удалось уйти, так в этом нет вашей вины. Вам его не спасти, разница лишь в том, как будет трактоваться ваше содействие побегу.

Теперь обменялись взглядами уже четверо. Затем посмотрели на командира, но тот всё еще молчал.

— Вы же для него просто мясо, — опять заговорил Бергер. — Знаете, сколько ваших собратьев он нанял. И у всех почти одна и та же история. Долго не было работы, закончились деньги, срочно искали заказ. Оплата обещана баснословная, перевод аванса увидели, но никто не успел воспользоваться, потому что показали перевод перед срочной отправкой. Некоторые сидят на Демосе больше полугода. И их тут много. Со сколькими, как думаете, он собирался рассчитаться, если нет даже возможности забрать их? Сегодня он кинул людей на наш объект, чтобы они прикрыли его бегство и отвлекли на себя внимание. Половина из них захвачена, вторая половина — убиты или ранены. И это далеко не все, кто находится на планете. Им даже не улететь, потому что их доставили без кораблей. Понимаете, что я хочу сказать?

Командир наемников нахмурился. Остальные уже просто ждали, что он скажет, но по лицам было видно, что им такое упрямство не нравится. Только один опустил взгляд и казался безучастным. Саттор теперь глядел только на него.

— Да скажи ты! — вдруг рявкнул один из наемников. — Я подыхать не пойми за что не подписывался. Майор прав, мы свою работу выполнили. Мы работали не за смерть по вене.

— Это будет намного хуже, — услужливо подсказал Стен. — Для врагов императора предусмотрена иная участь. Вы что-нибудь слышали про Адору, господа?

— Тьфу, — ожил, наконец, командир катера и указал на того, кто безучастно сидел у стенки. — Вот он. Нас наняли, чтобы мы его вывезли. Обещали не баснословные, но неплохие деньги. Наниматель аванс перечислил, и мы его забрали. Остального нам без этого, — он опять бросил взгляд на фальшивого члена команды, — не получить, потому не хотел говорить.

— Любопытно, как вы вообще собирались что-то получать, если уже находитесь здесь, — усмехнулся Чоу.

— Справедливо, — улыбнулся Бергер. — Охрана, уведите господ наемников. Думаю, мы всё обговорим с ними позже.

— Вы сказали… — командир посмотрел на службиста, и тот кивнул:

— Я от своих слов не отказываюсь. Идите.

Наемники больше не спорили. Поверили они капитану СБГ или нет, военных волновало мало. Теперь три пары глаз смотрели на человека, которого столько времени разыскивали. Тот поднял голову и посмотрел на офицеров прямым взглядом.

— О-ох, — протяжно вздохнул эстерианец. Усмехнувшись после, он покачал головой и произнес: — Да, вот он я. Но я ли вам нужен?

— Не стоит мутить, — сухо ответил Бергер. — Мы знаем, что вы — главный герой этой пьесы. У нас хватает доказательств. Потому предлагаю не изворачиваться, вы и так слишком долго скручивали кольца. Оттягивая момент признания, вы только ужесточаете последствия. Только откровенность может еще помочь вам выжить, пусть и не на свободе. Всё остальное ведет к долгой и мучительной смерти. Думайте, мы подождем.

Пленник, так и не поднявшись с пола, вытянул ноги, свесил голову на грудь и невесело усмехнулся. Он что-то пробормотал себе под нос, а затем сев ровней, уперся затылком в стену и обвел взглядом офицеров. Те смотрели на него без тени сочувствия. Чоу покусывал губы. Его ладони, лежавшие на столе, сжались в кулаки. Наверное, если бы с боков его не удерживали Саттор и Бергер, то полковник в эту минуту направился к мужчине, сидевшему напротив, и вытряс из него душу. Но никто не собирался спускать коменданта с поводка, и Бернард продолжал сверлить эстерианца взглядом исподлобья.

Рик в эту минуту не испытывал острого желания ударить пленника. Он умел держать эмоции под контролем. Да и насилие — не лучший метод, если хочешь услышать ответы на все свои вопросы. Потому майор просто изучал эстерианца. На вид ему было лет пятьдесят. Плюс-минус, кто знает. Сейчас его лицо изменили импланты, а может, наоборот, эстерианец убрал их, чтобы вернуть настоящий облик. Невысок, подтянут, умные проницательные глаза… Больше ничего примечательно во внешности пленника не было.

Да и неважно всё это было. Саттор пытался понять, что это за человек. И выходила неприглядная картина. Тот, кто сидел перед землянами, мог с легкостью отмахиваться от такого понятия, как ценность человеческой жизни. Ему было безразлично, кого использовать: солдат удачи или мирных жителей, вроде одичалых, настолько беззащитных и доверчивых, что обидеть их было всё равно, что обидеть ребенка. Он шел к цели, а каким путем, уже неважно.