Юлия Тимур – Под сенью платана. Если любовь покинула (страница 15)
И она, широко размахнувшись, бросила в него сорванные им же плоды платана. Плоды были достаточно жёсткими и крепко соединёнными между собой, но, ударившись о грудь Мехмета, они легко разделились на две части.
Он их поднял из-под своих ног и, сверкнув чёрными глазами, тихо произнёс, сдерживая негодование:
– Когда я вернусь, а я вернусь, Элиф, надеюсь, что ты, наконец, повзрослеешь, – он выдержал паузу, ещё борясь со своим гневом.
«Девчонка, капризная девчонка!» – подумал он и, хрипло рассмеявшись, продолжил:
– И перестанешь бросаться в меня всем тем, что попадёт тебе под руку. Один из плодов, которым ты так мастерски попала в меня, я беру с собой. На память о твоём горячем характере и в надежде на то, что он обязательно встретится со вторым, предназначенным ему и выросшим с ним на одной ветке. Второй плод возьми себе и храни, вспоминая моё обещание. Да, и не забирайся больше на платан. Я не хочу, чтобы кто-нибудь другой тебя спасал, когда ты будешь падать.
Не попрощавшись, Мехмет повернулся к ней спиной и быстро пошёл прочь, убегая от Элиф, исчезая, растворяясь в туманном осеннем воздухе их уютной, а сейчас опустевшей улочки под сенью платана.
– Элиф, что с тобой, дочка? – в который раз спрашивала мать у грустной и молчаливой Элиф, совсем не реагирующей на её вопросы.
Небахат попыталась вспомнить, чем на этой неделе была занята Элиф. Может, это помогло бы объяснить ей сегодняшнее состояние дочери. Но как она не старалась, не могла припомнить никаких особенных событий. Всю прошедшую неделю её дочь после занятий в школе заходила к своей однокласснице Нильгюн, чтобы поболтать с той о делах и вместе выполнить домашнее задание.
С чем же на самом деле были связаны ежедневные отлучки дочери из дома, мать Элиф не знала. А для самой Элиф походы к Нильгюн служили лишь прикрытием: возвращаясь от подруги, она всегда подолгу стояла под платаном в надежде увидеть Мехмета..
Каждый раз дочь возвращалась домой в хорошем расположении духа. Что же могло случиться именно сегодня? Это Небахат и пыталась выяснить у упорно молчавшей Элиф, которая, пробурчав ей что-то вместо приветствия, быстро прошла в свою комнату и громко захлопнула за собой дверь.
Небахат несколько раз заходила в комнату к Элиф и всё время заставала одну и ту же картину: дочь сидела на кровати и смотрела прямо перед собой.
Странное поведение дочери не на шутку встревожило Небахат и в очередной раз, открывая дверь комнаты Элиф, она решила обязательно выяснить у той, что же случилось.
– Да что с тобой, скажи наконец! – мать подошла к Элиф и тронула её за плечо. – Что произошло с моей милой весёлой девочкой?
Элиф упороно молчала, не желая с кем-либо делиться своими переживаниями. Она хорошо помнила, как в прошлый раз мать в ответ на её откровения прочитала ей целую лекцию о приличиях и традициях. Сейчас ей совсем не хотелось услышать это ещё раз.
Мать не уходила. Она немного постояла рядом с дочерью, а потом аккуратно села к ней на кровать.
– Элиф, у меня много дел. Я не могу провести целый день, сидя с тобой в этой комнате. Скоро вернутся с работы отец и Зейнеп, да и Юсуф вот-вот придёт с прогулки. Пока никого нет дома, умоляю, скажи, из-за чего ты так расстроилась сегодня? Я чувствую, что тебе плохо, поделись со мною, милая, своими тревогами, и тебе станет легче. Не пытайся что-то скрыть от меня, твоей матери, которая любит тебя всем сердцем и не хочет видеть твоих страданий.
Элиф только вздохнула, смотря прямо перед собой.
И тут мать вспомнила, как несколько дней назад Элиф говорила ей о своей влюблённости в юношу из магазина, где они заказывали вазу. Элиф была готова даже выйти за него замуж, последним своим признанием сильно удивив её. В тот момент дочь была крайне возбуждена, и Небахат предложила поговорить с ней об этом в другой раз. Но домашние дела так закрутили её, что о своём обещании она совершенно забыла. Да и сама Элиф, казалось, не собиралась возвращаться к этой теме – в последнее время она проводила много времени со своей подругой. И кажется, была вполне довольна жизнью!
Возможно, её плохое настроение связано с тем, что они так и не вернулись к тому разговору, и Элиф молчит, обижаясь на мать.
«Попробую спросить её об этом», – решила Небахат.
– Элиф, дорогая, ты не хочешь разговаривать со мной, потому что обижена на меня из-за того парня. Кажется, его зовут Мехмет? Ведь мы так и не поговорили о нём, как условились.
На этой фразе Элиф подскочила, будто её укусила змея.
– А что толку, если и «из-за того парня», как ты его называешь, мама! Ты же мне всё успела сказать ещё в тот раз! Ты уверена, что если любишь, нельзя сразу обручиться – нужно обязательно долго ждать. По твоему мнению, выходить замуж нужно не потому, что любишь, а совсем по другой причине. Главное, чтобы все вокруг одобрили твой выбор, а ещё лучше, если отец сделает этот выбор за тебя. Тогда уж точно – сомневаться ни в чем не придётся. А если сердце любит, что с этим делать, ты мне забыла сказать! И кем должны правильно решаться вопросы любви? Мной? Тобой? Мехметом? О, нет, конечно! У нас один человек всё за всех решает и это – твой муж и наш отец!
– Успокойся, Элиф! С чего ты взяла, что и Мехмет в тебя влюблён? Он тебе сам признался в этом? Или ты решила, что для замужества достаточно того, что ты его любишь? Дорогая, нельзя во всём следовать только своим желаниям. Именно поэтому нужно уметь договариваться и ждать. И как ты могла допустить такую мысль, что твой отец не должен вмешиваться в судьбы своих детей?! Конечно, только отец и может решать серьёзные вопросы, связанные с будущим его детей. Ни он ли вырастил вас, заботясь о том, что бы вы были досыта накормлены, красиво одеты и ни в чём не нуждались? Ни он ли работает с утра до ночи, чтобы мы все могли спокойно спать и не думать о хлебе насущном? И это вовсе не секрет, что и на нашей улице не все девочки посещают школу, а многие мальчишки подрабатывают после занятий, чтобы помочь семье!
– Да лучше работать и самому всё решать! – закричала Элиф, и так долго сдерживаемые ею слезы хлынули, внезапно прорвав стену отрешённости и кажущегося равнодушия.
– А ты думаешь, что тот, кто работает, сам всё решает? Ах, Элиф, ты так молода, что не знаешь жизни. Дело не столько в работе, сколько в опыте и знаниях, которые порождают ответственность.
– Конечно, где мне взять этот опыт? Я ведь практически целый день провожу в стенах дома, и даже если выхожу на прогулку, то должна обязательно найти серьёзную причину о которой ты должна знать. Вообще, все должны знать, где я. Даже маленький Юсуф, который шпионит за мной и докладывает о каждом моём шаге отцу.
– Элиф, не преувеличивай, дорогая! Я понимаю, что ты рассержена и расстроена сейчас, поэтому говоришь так сумбурно. Безопасность нужна самим девочкам в первую очередь! А эту безопасность могут обеспечить только мужчины – твои близкие родственники! Ты и сама об этом знаешь, но сейчас готова отрицать всё разумное.
Мать посмотрела на свою плачущую дочь – как давно Элиф так не рыдала. Сердце у неё сжалось.
«Похоже, что она на самом деле серьёзно увлеклась этим юношей. Хотя первое чувство в её возрасте, всегда кажется самым сильным, безусловно, единственным. И в этом и заключается вся трагедия – безнадёжность такой влюблённости. Эх, Элиф!»
– Он уже уехал? – участливо спросила мать, сменив свой прежний, уверенный тон.
– Завтра, мама, он уедет завтра. А для меня он уехал уже сегодня. Я не смогу его увидеть завтра – значит, он уже в пути! – безутешно рыдала Элиф и, мать, обняв дочь, крепко прижала её к себе, словно хотела забрать её боль, разделив с ней тяготы её переживаний.
– Послушай, дочка, очень непросто любить того, кто далеко. И только время покажет, сможешь ли ты сохранить своё чувство. Только время, которое часто работает на нашу пользу, хотя и удаляет желаемое от нас. Как такое может быть, спросишь ты. Тебе пока это не понятно. Но попробую объяснить. Желаемое нами со временем начинает обретать конкретные формы, проступает всё отчётливее в туманном далёком… – мать гладила дочь по голове, пытаясь утешить, а думала о своём:
«Элиф, Элиф, как бы я хотела видеть тебя счастливой. И тебя, и мою старшую дочь, Зейнеп. Но, увы, не всегда наша воля только наша. Ах, дорогая, далеко не всегда. Я могу оберегать вас, моих деток, пока вы в моём доме. А когда вы его покинете, устроив каждая свою судьбу, я постараюсь всегда помогать вам, пока буду жива. Ах, на всё воля Аллаха!»
***
Элиф суетилась на кухне, когда зазвонил её телефон.
«Мехмет!» – решила она. Наверное, это он звонит из больницы.
Не посмотрев на появившийся на экране номер, да и не увидела бы она его всё равно, Элиф спешно приняла звонок.
– Мехмет, как дела? – тревожно спросила она у равнодушного экрана.
– Это я, Сaфия, дочь Фатиме и вашего мужа, – чужим, но тоже очень взволнованным голосом ответил экран телефона.
– Сaфия… – удивлённо протянула Элиф.
– Как мама? Я не могла до неё дозвониться, а отец тоже не отвечает, не берёт трубку.
– Сaфия, они в больнице…
– Что с мамой?! – женский голос в телефоне отдалился, видимо, разговор перевели в режим громкой связи.
– Сaфия, Фатиме стало хуже, и мы вызвали скорую. Я жду, когда Мехмет вернется из больницы. Он туда уехал вместе с твоей матерью.