Юлия Стоун – Я болен тобой (страница 28)

Кирилл не спит, просто лежит с закрытыми глазами и нежно прижимает меня, как будто я – самое ценное, что у него есть. Я слушаю его размеренное сердцебиение, мне удобно у него на груди, тепло и уютно, я тоже не собираюсь никуда двигаться, только если поесть.

Незаметно для себя я уснула, а когда проснулась – поняла, что Кирилла нет в кровати. На улице уже темно, но спать больше я не собираюсь. Нахожу в шкафу его футболку и накидываю прямо на голое тело, а потом подбираю с пола в ванной свое белье и надеваю под футболку. Кирилл, видимо, услышал мои шуршания, потому что заглянул в комнату и сказал, что ему нужно некоторое время поработать. А мне ничего не нужно, у меня завтра институт с половины первого, я успею утром поехать домой. Вся домашка у меня готова.

Папа отписывается, что он прилетел и уже едет домой. Так хорошо, что он прилетел и мы поговорили, но все-таки вчерашний день стал на миллион процентов лучше из-за Кирилла.

Я нашла чай из пакетика на кухне, беру кипяток и делаю две чашки. Вдруг он тоже будет? Вообще ничего не знаю о его вкусах, а сейчас вывод никакой даже не сделаешь, единственный раз я его видела у автомата с кофе. В холодильнике нет ничего, он же тут не живет, все логично, я бы напряглась, увидев какую-нибудь еду. Но у меня в сумке есть шоколадка с орехами, которую я купила ещё до нападения наркомана, но потом забывала достать.

Я нахожу поднос, ставлю две чашки и шоколадку, иду в гостиную искать Кирилла. Он сидит в кресле, на коленях ноутбук, похоже на то, что он действительно работает. Заприметив меня, Кирилл закрывает ноутбук и косится на поднос. Что за взгляд? Видимо, его напиток все же не чай. Ставлю всё, что принесла на журнальный столик и сажусь в кресло напротив. Тут очень удобные широкие подлокотники, руки сразу в этом кресле отдыхают и расслабляются.

– У тебя в холодильнике пусто, поэтому пришлось делиться своей шоколадкой, – улыбаюсь, а он тяжело вздыхает и продолжает коситься на чай. Мне вдруг вспомнилось с каким презрением он смотрел на мой чай в институте. Скорее всего, мои догадки верны, но я всё равно спрошу. – Чай из пакетика будешь?

– Возможно, а ты спасть потом будешь, после чая? – поднимает одну бровь и тянется к шоколадке. А что? Он не спит после чая?

– Конечно буду, а ты?

– Проверим.

Ну ладно, проверяй, всё равно в этом доме больше ничего нет. Ха! Блин, меня осенила гениальная мысль! Он же пропустил свой самолет сегодня, это значит он останется со мной? Как бы я хотела, чтобы еще хотя бы на день он остался со мной, чёрт возьми!

– Так что с билетом на самолёт, поменял дату?

– Ага.

Жду продолжения, но он молчит. А меня распирает от любопытства. Не отвожу взгляд, даю ему еще время, но потом не выдерживаю и спрашиваю:

– Когда улетаешь?

– А что я тебе вчера говорил? Сможешь повторить?

Фыркаю в голос. Что говорил, пошлости всякие говорил, но если он так сильно хочет, я могу это повторить, секс у нас с ним уже был, мне нечего стесняться.

– Ты про то, что останешься на неделю и будешь брать меня во всех позах? – подношу свою чашку и делаю первый глоток, мда, лимона не хватает.

Он улыбается в стиле Чеширского кота и кивает. Неделя значит, ну это уже другой разговор, это вообще другой уровень настроения! Даже шоколад так мне его не смог бы поднять.

– Так значит, ты улетишь в следующее воскресенье?

– Ночью, с субботы на воскресенье.

Делаю второй глоток и кладу в рот шоколадку. Вот теперь – абсолютный кайф. Мои уши услышали то, чего я сильно желала, только осталось придумать как заставить его провести эту неделю со мной, ведь я совсем не хочу его отпускать.

– Ясно.

Отвожу взгляд на свои ладони, которые держат чашку, боюсь выдать галазами уровень своего счастья.

– Тебя только это интересует?

А что ещё меня должно интересовать?

– Ну, я не знаю. А ты чай не будешь?

Ржёт. Все-таки гад.

Я сплю без задних лап, а утром он отправляет меня с Игорем домой переодеться. По дороге у меня созревает план. Думаю, пришло время мстить за всё, особенно за увольнение. Дома я нахожу в гардеробе короткую чёрную кожаную юбку, высокие сапоги на низком каблуке, белую шелковую блузку с чёрными длинными ленточками на шее, можно завязать из них бант. Весь образ в черно-белых тонах, достаточно строго, но очень секси. С красным платьем не сравнится, но длина юбки тоже ничего. Если Антон шестерка, он меня сдаст. Или Игорь. Беру с собой в рюкзак брюки и водолазку, на случай если что-то пойдёт не так.

Глава 39

Игорь без лишних вопросов или косых взглядов довозит меня в институт. Он вообще молчит всю дорогу, скучный. Или ему отдали приказ со мной не разговаривать, ха-ха! Нет, надеюсь, такого приказа не было.

В институте первым делом нахожу Соню и хочу ей рассказать новую информацию про Антона, промыть ему кости пока его нет рядом, но не успеваю, потому что Соня меня тащит в буфет, а там много студентов. Когда я беру в буфете чай, стоя еще на кассе, ко мне подходит какой-то парень и начинает делать комплименты. Соня ржёт, а я вежливо пытаюсь соскочить с темы и отвести Соню подальше от буфета, поговорить наедине. Но когда выходим с Соней из буфета в сторону пустой аудитории, я замечаю Антона. Ну вот, теперь и не поговорить. Его брови ползут вверх, а я готовлюсь сказать ему пару ласковых фраз, но буквально не доходя нескольких шагов, парень из буфета догоняет нас и просит оставить наши номера телефонов, чтобы якобы пригласить на вечеринку.

– Кирилл убьёт сначала этого смертника, а потом и меня, – мрачно говорит мне Антон.

Он берет парня за локоть и тащит поговорить в другую сторону от нас. Ахаха, Кириллу ещё до меня добраться нужно.

Глаза Сони выдают её интерес к происходящему, поэтому я всё-таки волоку её до пустой аудитории и закрываю за нами дверь.

– Кирилл Авдеев, тот красавчик у лифта, помнишь? – Соня вопросительно, но кивает, а я продолжаю её добивать, – не уверена, что я с ним встречаюсь, но кое-что у нас всё же было.

Челюсть Сони падает, как в мультике. Она смотрит во все глаза и не моргает, шок заморозил клетки мозга.

– Э, Кэт, не знаю как реагировать, где ты его откопала?

– Это странная история, можно я об этом расскажу потом, если вообще у нас с ним дальше что-то будет?

Я не уверена, что не вскроется какой-нибудь неприятный факт, или что он просто не уедет в США и забудет обо мне. Я не понимаю его намерений, поэтому готова Соне рассказать только о свершившемся факте, а не о моих догадках в этих отношениях.

– Ок. Блин, теперь я переживаю за тебя, я не буду это ни с кем обсуждать.

– Спасибо. В любом случае я пока ни о чем не жалею.

Мы слышим звонок на пару и бежим в свою аудиторию на лекцию. Больше эту тему не поднимаем. Оставшиеся пары проходят скучно, Соня отпросилась и ушла к стоматологу, а я вспомнила, что не успела ей пожаловаться на этого нашего «друга». В коридорах между парами замечаю на себе заинтересованные взгляды старшекурсников. Вот она, сила одежды на мужское воображение. Жаль, что рядом со мной ходит это мрачное создание под названием Антон.

Когда заканчивается последняя пара, я торможу Антона в аудитории.

– Ничего не хочешь мне рассказать уже?

Червяк круглый, столько времени мне мозги пудрил!

– Наверно, уже нечего.

– Да нет. Я даже в какой-то момент думала у тебя ко мне чувства, боялась тебя обидеть, а ты оказался шестеркой!

Ржёт.

– Кирилл ко мне подошёл после того, как я у тебя домашку по линейке возле кофейного аппарата брал. Помнишь?

– Ну, допустим.

Это когда он меня мелочью обозвал? На следующий день после того, как я его барахло барахлом обозвала? Чёрт. Вот это поворот.

– Он сказал, что если я буду сотрудничать, то останусь жить, может даже извлеку прибыль.

– Пффф. Антон, ты такой же псих, он же пошутил, наверно.

– Нет, Кэт. Так не шутят. Не удивлюсь, если он всех твоих ухажеров уже поубивал.

У меня холодеют руки. Костя? Капец. Он психопат. Нет, я не хочу знать, если это он доставил Костю в больницу, я даже спрашивать не буду.

– Быть твоей нянькой, конечно, вообще непросто, но зато так я могу находится рядом с Соней, она мне нравится. Плюс, Кирилл реально адекватный крутой мужик во всем, что не касается тебя.

– Ха-ха-ха.

Кобель.

– Я все расскажу Соне. Будешь страдать.

Отворачиваюсь, он ржёт мне в спину. Машу рукой на него и выхожу из аудитории. В коридоре уже особо никого нет. Когда дохожу до поворота к расписанию, замедляюсь, потому что сложив руки на груди и облокотившись плечом о стену меня ждёт сам дьявол.

Он скользит взглядом сверху-вниз и обратно. Его зрачки расширятся так, что голубого цвета глаз не видать, но сам он выражает видимое спокойствие. Мне конец.

– Как дела? Я не писала тебе, ты наверно работал много.

Подхожу ближе, но не совсем близко, хочу оценить степень его адекватности, прощупать эту бездну.

Ничего не говоря, он отталкивается от стены и сам шагает ко мне и, зацепив за верёвочки чёрного банта на шее, развязывает его и дёргает на себя. Нет, он неадекватен. Кирилл оттягивает ворот блузки и немного оголяет плечо, на котором вчера оставил отметину, проводит по ней ладонью.

– У нас был уговор, что ты будешь хорошей девочкой.