Юлия Стешенко – Сага о принце на белом коне. Книга 1 (страница 6)

– Вон там, чуть левее – покои ярла и Хмельная зала. Вон там – море и гавань, там – рыбацкая слобода, – между тем вещал Барти. Не переставая взмахивать руками, как журавль – крыльями, он ловко направил лошадь между двумя телегами, перегородившими улицу. Ива замешкалась, ее кобылка, мотнув головой, потянула в сторону – и Торвальд перехватил ее повод.

– Позвольте, я помогу.

Выслав коня вперед, Торвальд первым проехал между телегами, протащив за собой тупоголовую лошадь Ивы.

– Спасибо, – девица смущенно улыбнулась, взмахнув черными, как сажа, ресницами. – Я плохо езжу верхом.

– Умение – дело наживное, – тактично ободрил ее Торвальд. – Выезжайте на прогулки почаще, тогда быстрее научитесь.

– А я тебя предупреждал! – обвиняюще ткнул пальцем Барти. – Я говорил тренируйся!

– Но я тренировалась!

– Недостаточно тренировалась! Ты же на этой кляче сидишь, как курица на насесте. Выпрямись, ноги к коню прижми, пятку вниз!

Ива, шмыгнув остреньким носом, тут же расправила плечи и попыталась обхватить ногами круглые бока лошади. Получилось, честно говоря, так себе.

Не умела девица Ива обхватывать ногами широкое и круглое. Сказывался недостаток опыта.

– Вы хорошо держитесь в седле, – склонившись к ней, заговорщицки прошептал Торвальд. – Для новичка – просто отлично. И не нужно так напрягаться. Лошадь почувствует вашу неуверенность и станет дурить.

– Спасибо, – Ива слегка расслабила отвердевшие плечи. Воровато зыркнула на едущего впереди Барти и тоже зашептала. – Слушайте, а вам никогда не хотелось этому умнику чем-нибудь тяжелым в спину бросить?

– Кому? Барти? Да постоянно!

– Эй! Я все слышу! – обиженно вскинулся Барти. – Не нужно в меня ничего бросать! Ну, кроме денег. Если вдруг решите бросаться деньгами – это пожалуйста. Это в любое время.

– Деньгами в тебя бухгалтерия бросаться будет! – загадочно парировала Ива. – Она для того и существует.

– А бухгалтерия в курсе таких вот задач своего существования? Пока что в меня только бланками отчетов бросаются.

– Но ты же успешно отбиваешь атаки?

– Конечно! В уклонении от служебных обязанностей равных мне нет! – горделиво приосанился Барти. И тут же совершенно по-бабски взвизгнул, дернув за повод, отчего несчастный толстенький жеребчик поднялся в свечку. – О боже, мать твою! Это еще что за срань?!

Торвальд, мгновенно вскинувшись, сжал руку на рукояти меча.

– Где? – обогнув топчущегося на месте жеребца Барти, он выдвинулся вперед, прикрывая пришлых от неведомой, но очевидно страшной угрозы. – Что случилось?

– Вот! Да вот же! – заорал сзади Барти, судорожно тыкая Торвальда в плечо. – Ты что, не видишь его, что ли?

– Кого? А! Это! – рассмеявшись, Торвальд уронил в ножны наполовину вытянутый меч. – Не бойся. Это всего лишь Мертвый Лейви!

Мертвый Лейви неуверенно улыбнулся. Пробужденное движением мышц, сложное плетение шрамов на его лице пришло в движение: левый глаз почти закрылся, а правый, наоборот, слепо вытаращился, глядя куда-то в небо.

– Здоров, Торвальд. Хотел бы сказать, что рад тебя видеть, да не хочу врать, – низким глухим голосом просипел Лейви. При жизни он был хорошим певцом, но что поделать. Смерть никого не щадит.

– Здоров, – печально улыбнулся Торвальд. – Что, недолго в этот раз твоя мешкала?

– Да сразу почти прибежала. Дня два прошло или три, как ты меня под землю положил. Ну что, окажешь старому другу еще одну услугу?

– Отчего же не оказать? – спрыгнув с коня, Торвальд все-таки вытащил из ножен меч. – Как всегда, в висок?

– Давай, – Лейви послушно склонил свою угловатую, уже несколько раз расколотую голову и уперся покрепче – чтобы ударом точно убило, а не опрокинуло.

Торвальд сосредоточился, напряг мышцы и примерился.

– А ну стоять!

Окрик у пришлой получился таким строгим, что Торвальд действительно замер. Застыл в полуразвороте с занесенным для удара мечом.

И какого, собственно, хрена?

Лейви, с трудом повернув голову, поглядел на пришлую с разочарованным удивлением.

Общее мнение выразил, как всегда, Барти.

– Ив, ну ты чего? – удивленно протянул он. – Дай людям закончить!

– Да, – согласно просипел Лейви. – Давайте уже кончать. Пока Альдис не поняла, что я из дома ушел.

– А она скоро поймет? – опустив, наконец, меч, нахмурился Торвальд.

– Сам угадай. Я вилами сено за хлевом кидал. Альдис пошла в дом, ужин готовить – ну, я дождался, когда она рыбью чешую на улицу выплеснет, вилы в землю воткнул – и деру.

– А при чем тут рыба? – не поняла Ива.

– Если Альдис почистила рыбу – значит, сейчас жарить будет, – охотно объяснил Лейви. – А жарение рыбы – дело серьезно. Его вот так вот не бросишь.

Понимания на лице Ивы не появилось.

– Пока Альдис занята, она не станет проверять, что делает Лейви, – сжалился над чужачкой Торвальд. – А значит, у него есть время меня отыскать. Долго, кстати, по городу бегал?

– Нет, что ты. Я к Биргиру сразу зашел, он объяснил, что ты около Восточных ворот отираешься. Так что, рубить будешь? – Лейви снова выставил вперед многократно проломленную шишковатую голову.

– Буду конечно, – Торвальд поднял меч.

– Да прекратите вы эту ерунду! – пришлая, неловко завозившись, перекинула ногу через коня, на мгновение зависла, вцепившись в седло и гриву, а потом спрыгнула. Чересчур длинный плащ опал полами в грязь, и Торвальд непроизвольно поморщился.

Ну мать же твою!

Раз уж не подшила – придерживай!

– Так. Ты – туда, – пришлая ткнула Торвальда пальцем в грудь, вынуждая отступить влево. – А ты – туда, – точно таким же жестом она отогнала Лейви вправо. – Никто никого пока не рубит. Сначала мы во всем разберемся.

– Да в чем ты еще разбираться хочешь? – закатил глаза Барти. – Все ясно, как таблица умножения! Включи мозги: Лейви мертвый! Жена поднимает его и заставляет работать – а Торвальд возвращает обратно в могилу. Кроту понятно!

– Ну, я не крот. И у меня возникают некоторые вопросы, – упрямо насупилась Ива.

Торвальд в сомнении покосился на Лейви. Первым его порывом было одернуть пришлую. Чтобы не лезла без спроса в чужие дела. Но потом Торвальд задумался. И понял: если кто и может справиться с колдуньей, так это другая колдунья! Уж наверное пришлая будет сильнее, чем эта упертая сучка Альдис.

Но решение принимать должен был Лейви. Это же его смерть!

– Что скажешь? – подтолкнул он локтем бывшего дружинника. – Рубить – или сначала поговорим?

Лейви провел рукой по голове, стряхивая с толстой, нарядно заплетенной по случаю погребения косы налипшие травинки и мусор. Торвальд буквально видел, как перекатываются мысли в его голове – тяжелые и неспешные, как впряженные в плуг волы.

– Ладно. Давайте поговорим, – наконец кивнул он. – Отчего не поговорить с пригожей девицей. Только отойти надо бы – хоть вот туда, за сараи. Чтобы Альдис нас не застукала.

Глава 5. О супружеском долге. В плохом смысле этого слова

Барти, потянув за повод, развернул своего жеребчика – и Ива окончательно перестала понимать происходящее.

– Эй, ты куда собрался?

– В смысле – куда? Отсюда подальше. Ты знаешь, как Альдис орет? Галки с деревьев падают.

– Барталомео Хаанесаалале! – Ива уперлась кулаками в бока. – Подними свою тощую жопу, слезь с коня и замкни это гребаное пространство! Ты тополог или хвост собачий?!

– Ну тополог, тополог, – Барти тоскливо оглянулся на Торвальда в поисках поддержки, не нашел ее и слез с коня. Покрутив кисти, он размял пальцы и внимательно оглядел улицу, прикидывая векторы закольцовки. – Господи, Ив, ну почему ты вечно создаешь людям проблемы? При чем тут ты? При чем тут я? Восставшие зомби – это проблемы отдела безопасности и контроля! Каким боком тут штатный тополог и артефактор?

Не переставая бубнить, Барти начал плести замыкание. Воздух вокруг пятачка, окруженного стенами домов, задрожал и поплыл, искажая контуры зданий.

– Что он сейчас делает? – наклонившись к Иве, прошептал Торвальд.

– Выполняет трансформацию гомеоморфного пространства. Параллельно фалломорфируя. Барти у нас удивительно многогранная личность и высококвалифицированный специалист.

– А, – озадаченно моргнул Торвальд. – Ага.