Юлия Славачевская – Как я не хотела спасать мир (страница 52)
- Согласен с Зоей, - промычал жених откуда-то справа, - смерть милосерднее.
- Что будем делать? – деловито спросила Сиротина. А у меня даже сил не было поинтересоваться, что она делает в моей кровати. Ну ладно, рядом с кроватью. Пусть даже и не моей. Сил проверять просто не было. – Может, все же стоит перенести мероприятие?
- Нет! – рявкнул папа. – Ваш сын провел ночь с моей дочерью и фиг отвертится от узаконивания таких отношений!
- Как ты себе это представляешь, Вилард? – полюбопытствовал второй мужской голос. Я предположила, что это папа Грегори. Вряд ли в мою… ладно, в спальню… пустили постороннего мужика. – Тут лежат два тела, и мы никак не сможем привести их в нормальное состояние, чтобы они хотя бы встали. Я уж не говорю, чтобы дошли!
- Не знаю, - озадачился папа, но не отступил: - Он, как мужчина, должен взять на себя все обязательства!
- Я стакан воды взять не могу, - простонал жених. – А вы о таком ответственном грузе!
- У нас два варианта! – помолчав сказала мама и снова сменила мое полотенце на лбу. – Или мы оставляем их в покое, пока они не придут в себя настолько, чтобы сочетаться узами брака… - судя по молчанию, никто с этим согласен не был, поскольку подозревали, что мы никогда в себя настолько не придем. - … Или мы их поженим прямо сейчас, даже в таком виде!
Глаза у меня от такого предложения открылись широко-широко, но на это ушли все силы. Слова протеста свалили за опохмелкой и пропали вдали навсегда.
- Это, конечно, не принято, - протянула Сиротина, - но, как я погляжу, у меня вообще невестка нестандартная. Так что давайте женить их сейчас, пока их еще можно поймать!
- Если у меня все же будут дети, - простонал рядом Грегори, - то я никогда не расскажу им, как я женился на их матери! Мне будет стыдно!
- Тогда у тебя не будет детей, - с трудом повернула я голову, морщась от боли, - и тебе не придется позориться! И, вообще: я не хочу замуж!
- Придется, - так же страдальчески поморщился слегка зеленоватый жених. – Ты только подумай – они сейчас нас поженят и уйдут, оставив в покое. И мы сможем мирно умереть от похмелья.
Это предложение имело право на существование, и я заткнулась, покорившись неизбежному.
Родители развили бурную деятельность. Меня прикрыли белой простынкой. Грегори темно-синей. Мне на голову возложили венок из белых роз, и я стала ждать отпевания… пардон, бракосочетания. Жених удостоился бархатного берета, и чего он там ждал - было непонятно, но убегать не спешил. То ли сил не было, то ли смирился, бедолага.
Перед кроватью поставили стол, накрыв его белым кружевом.
- Черт! – дернулся жених, наконец рассмотрев, где он женится. – Никогда не думал, что розовый – это так отвратно! Можно нас перенести на мою кровать?
- Я умру в процессе переноски, - поделилась я с ним своими мироощущениями, - и ты огребешь прелести вдовства, не испытав мук законного мужа. Рискнешь?
- Здесь поженимся, - смилостивился Грегори, прикрывая глаза и стараясь не смотреть вверх. – А в свадебное путешествие отправимся в мою кровать!
В это время в спальню завели красивую статную химерину в бело-синем балахоне и с амбарной книгой подмышкой.
- Где брачующиеся - я вижу, - строго посмотрела на нас регистраторша. – А вот где свидетели?
Родители растерянно переглянулись. Мда, вот об этом-то они и забыли. Во мне затеплилась смутная надежда, что, возможно, день закончится не так уж и плохо…
- Я могу быть соучастником… свидетелем, - с трудом выполз из-под кровати взъерошенный Ромуальд. – Если, конечно, можно. Я для Зои все, что хотите, сделаю. Даже своими руками ее мужу отдам.
- Хорошо, - встрепенулась моя мама и утащила рыцаря на нашу половину. – Стойте тут и ведите себя прилично хотя бы пять минут. Будете свидетелем со стороны невесты.
- Я могу со стороны жениха, - вылез из-под другой стороны кровати демон, держась за голову.
- Нет! – попытался с возмущением подскочить Грегори и откинувшись на подушки застонал. – Это слишком символично. С рогами. Такие намеки на свадьбе…
- Ладно, - совсем не обиделся Кретьен и выудил из-под кровати сильно помятого Гамлета. – Этот подойдет? – Лорд Ректор приоткрыл один глаз и снова сник в могучих руках демона. Тот его отряхнул и критически осмотрел: – Если чего, я его подержу, пока он не подпишет.
- Подойдет, - внимательно исследовала Гамлета Сиротина. – Сразу видно, интеллигентный человек! Всеми силами старается на дам перегаром не дышать.
- Если все готовы, - обвела нас суровым взглядом регистраторша, - то давайте начинать! – Она открыла свою амбарную книгу. – Готовы ли вы, Хранитель Грегори, и химерина Зоя образовать священный союз? В знак согласия возьмитесь за руки.
Мы аж позеленели пока руки пытались совместить. Это вообще эквилибристика, если учесть, что они еще и тряслись.
- Замечательно, - порадовалась за нас регистраторша, в то время, как мамы сморкались в платочки, а папы разглядывали потолок.
- А у нас под кроватью больше никого нет? – невовремя полюбопытствовал жених.
- Нет, - ответил ему Ромуальд, осторожно двигаясь в сторону тазика с моим полотенцем для лба. Сушняк замучил? Лучше бы мне на свадьбу подарил. Чтобы я выжила. – Мы там только втроем поместились.
- Согласен ли ты, Хранитель Грегори, - строго посмотрела на жениха дама, - хранить свою химерину во веки веков?
Ромуальд приложился к тазику и повеселел. Я чуть не скончалась от зависти.
- Согласен, - проскрипело тело со мной рядом.
Тут над нами спикировала летучая мышь и раскидала жеванные лепестки цветов. Сделав свое черное дело, Санчо уселся на балдахин и снова задремал.
- Как романтично, - всхлипнула моя мама. – Настоящая свадьба!
- Рогатый, крылатый и маг, - покачал головой папа Грегори. – Настоящий сумасшедший дом.
- Согласна ли ты, химерина Зоя, - вперилась в меня внимательным взглядом регистраторша, - стать спутницей своего Хранителя и позволить нести ему свои обязанности во веки веков?
Эта часть меня устраивала, потому я простонала:
- Согласна.
Из шкафа вывалились пьяные эльфы и сыграли нам на свирелях. Ну, хорошо, попытались на них сыграть. Потому что никак не могли попасть в ту дырочку, куда надо дуть. Поэтому они туда плюнули и спели нам а-капелла дуэтом и снова убрались в шкаф, не забыв прикрыть за собой дверь.
- Так трогательно, - расчувствовалась свекровь, промокая глаза платочком. – Действительно, настоящая свадьба!
- Крылатый, рогатый, ушастые и маг, - подвел черту мой папа. – Это уже сумасшедший дом с филиалом.
- Поставьте свои отпечатки, - поднесла к нам книгу регистраторша, - и ваш брак будет свершен! – И с полчаса пыталась совместить нашу пальцы и свою книгу. Наконец, призвала на помощь свидетелей. Не шибко-то оно ей и помогло, поскольку у свидетелей у самих руки ходуном ходили. Тогда на амбразуру грудью кинулись родители и наши отпечатки все же совместились с записью. Они мигнули золотистым цветом и пропали.
- Поздравляю! – заявила довольная регистраторша, утирая со лба обильный пот. – Объявляю вас мужем и женой! Жених может поцеловать свою невесту!
Мы с трудом повернули головы друг к другу и позеленели еще больше.
- Прошу прощения! – из-за комода выскочил такой же зеленый Ланселот и кинулся к окну. Распахнул и выдал драконью огненную отрыжку на пару минут.
- Салют в честь молодоженов! – захлопали в ладоши наши мамы. – Как романтично!
- Когда я женился, - тихо сказал мой свекр моему папе, - то думал, что хуже уже быть не может. Оказалось, что может. Интересно, а как будут жениться или выходить замуж наши внуки, а?
- Давай сначала до этих внуков доживем, Кассандр, - мрачно сказал папа, разглядывая нас, таких красивых и зеленых на розовом фоне. – Потом и узнаем.
- Теперь мы можем умереть со спокойной душой? – поинтересовался мой теперь уже муж. – Могу я разделить это прекрасное мгновение со своей женой?
Все заторопились и срочно оставили нас тет-а-тет, не забыв зачистить территорию.
Правда, вампир снова закидал нас пожеванными лепестками и вдогонку сверху наградил корзинкой. А эльфы рвались прочитать нам лекцию о том, как нужно обращаться со свирелью, если она с похмелья не работает.
Но мамы были настроены на свершение нашего брака и уверенной рукой вынесли всех из нашей комнаты, пожелав приятного времяпрепровождения. Папы были настроены более скептично и посоветовали не слишком напрягаться, а то вообще никакого времяпрепровождения не будет. И, вообще, все можно потом наверстать – было бы желание.
Взглядами мы выяснили, что если желания у нас и были, то они в себя не включали возможность шевелиться. И вот так, придя к молчаливому согласию, мы заснули.
Какое-то время нас все устраивало. Тихо, мягко и хотелось бы, чтобы сон двух праведников продолжался до самого утра… обеда… вечера.
Да сейчас! Не с моим счастьем! Если уж я и замуж умудрилась выйти, не вылезая из кровати, то что уж об остальном говорить?
Тихий штиль сменился штормом. Для начала одного большого и жаркого стало штормить в мою сторону очень активно. Он не нашел ничего лучше, как сгрести меня в охапку - и это в условиях жесточайшего похмелья и стресса! Я дала сдачи и гордо отползла на край кровати.
Если кто-то решил, что на этом все закончилось, то сильно просчитался! С этого только все началось! Пока я упорно ползла к цели, меня накрыло черными крыльями и погребло обратно. Я пискнула от неожиданности, выдернула перья, пнула в клюв и продолжила путешествие. Тем более, что моя милосердная мама оставила на тумбочке кувшин с водой.