Юлия Славачевская – Формула любви, или О бедном диэре замолвите слово (СИ) (страница 42)

– Хочешь, я погну гантелю? – запела я, пригорюнившись. – Хочешь, помочусь «Шанелью»?

– Не надо экстрима, – попросила Миримэ, жалобно морщась, но не просыпаясь. – Мы тут как-то попробовали провести день чистоты тела. До сих пор с содроганием вспоминаю.

– А вот Лелик, – похвасталась я, ударяясь в воспоминания, – все вынес, как истинный мужчина.

– Ты что, у него волосы драла? – изумилась Эсме, ища опору в скатерти. Следующий вопрос: – А где? – поверг меня в кратковременный ступор.

– Не важно, – отмахнулась я. – Это тайна, покрытая таким волосом… колосом… В общем, я в этом не участвовала, просто видела результат. И давайте выпьем за то, чтобы наши результаты были такими, какими мы их задумывали, а не такими, как нам подсунули!

– Я больше не могу, – откровенно призналась эльфийка, – у меня уже в ушах булькает.

– В ушах у тебя булькает мой живот, – пробормотала несчастная орчанка, которую все норовили использовать как подушку. Хорошо хоть не как подушку для иголок. – Пить мы, конечно, будем, но что?

– Сейчас, – поползла я на четвереньках из-под стола. – Главное, доползти до двери и найти кого-то, кто еще может говорить внятно. А лучше всего понимать, когда говорят невнятно…

– Все взаимозаменяемо, – сообщила мне Шушу, подталкивая хвостом.

– Взаимно… – задумалась я. И подпрыгнула, ударившись головой об столешницу. – Шушу, ты гений!

– Это она башкой приложилась и прозрела? – открыла сонные очи эльфийка. – Или допилась до истины?

– Да вы ничего не понимаете! – приложила я к своей шишке на голове прохладный хвост змеелюдки. – Все гениальное просто: нужно всего-навсего найти другого диэра и обменять на моего мужа!

– Интересная идея, девочка, – согласился со мной Къяффу, протягивая стакан. – Давай выпьем за то, что найдется диэр без мозгов! – Пригорюнился: – Только таких в природе не существует. Они все с мозгами рождаются.

– Все с мозгами рождаются, – пробурчала Миримэ, не просыпаясь. – Доказано наукой. Только в течение жизни их некоторые теряют.

– Или им помогают, – согласилась с ней Эсме.

Я выхлебала стакан вина, обдумывая свою безумную идею, которая с каждой каплей мне нравилась все больше и больше.

– Я бы не согласилась. – Шушу придержала меня хвостом, выравнивая крен. – Откуда я знаю, какого суккуба в мешке мне предлагают?

– Значит, – осенила меня новая идея, – нужно нарисовать ее портрет. Тетка достаточно впечатляющая, вдруг кто-то клюнет?

– Если только в темечко, – фыркнула орчанка. – И то вряд ли. Жареный петух клюется исключительно в умелых руках.

– Фу на вас, – снова полезла я из-под стола в поисках бумаги и карандаша. И целый час корпела над детальным изображением своей соперницы. Наконец получилось достаточно похоже. На мой взгляд. Но поскольку ценителем живописи я не была, то взяла свои художества и пошла проверять на подопытных.

– Смотри! – толкнула я сладко посапывающую эльфийку в бок. – Правда, симпатяжка?

– Где? – открыла очи Миримэ и уставилась в бумажку. И заорала: – Мама! Жуть какая, – отдышалась она, приглаживая вставшие дыбом волосы. – Я уже готова подписать петицию в защиту твоего мужа, подвергающегося подобному издевательству! Хоть это и против моих убеждений. – Она передернула хрупкими плечиками. – На такое смотреть страшно, а уж трогать…

– Выпей еще, – предложила я, смертельно обидевшись на негативную оценку своих художеств. И поползла к орчанке. – Эсме, ну хоть ты скажи, что она в принципе ничего…

– Давай, – согласилась та и одним глазом взглянула в рисунок. Второй глаз у нее сразу начал искать оружие. – Прости, дорогая, – выдохнула девушка, сжимая в руках пять столовых ножей, – но, чтобы тебе кого-то найти, придется его лишить сознания, причем навсегда!

– Понятно, – миновала я змеелюдку, не рассчитывая найти поддержку, и сунула листок под нос паосу. – Смотри, какая миленькая!

Къяффу после этого три раза сменил образ и сообщил:

– Фу-у-у, протрезвел сразу! – Он нахмурился. – Если пошли такие суккубы, то куда катится мир?

– Дайте мне, – выхватила у меня из рук рисунок Шушу. Вгляделась. – Леля, а почему у тебя тут одни круги и овалы?

– Потому что ее много, – пояснила я. – Она вся такая… – показала руками. – Но лицо мне не совсем удалось.

– Скажи честно, – все еще приглаживала волосы эльфийка, – совсем не удалось.

– Значит, нужно найти художника, – выдала я новую креативную идею.

– Лучше нормального художника-менталиста, – поправил меня паос. – А то я опасаюсь, что твое описание будет похоже на этот ужас. А так художник возьмет образ из твоей головы и перенесет на холст.

– И кто у нас такой умный? – нахмурилась я, признавая, что это было бы наилучшим выходом.

– Ну-у-у, – задумчиво протянул Къяффу, – насколько я знаю, Марибель…

Все мгновенно скуксились, как будто сожрали грузовик лимонов.

– Я так понимаю, – обвела я присутствующих строгим взглядом, – никто не хочет рискнуть здоровьем и помочь мне в этом?

– Опасаюсь, – осторожно сказала Миримэ, разглаживая платье, – что если пойду я, то она уже никогда никому не поможет…

– «Опасаюсь», – передразнила ее орчанка. – Так и скажи по-нормальному: боюсь, что после этого она будет не в состоянии помогать!

– Все бы вам вокруг да около ходить, – поморщилась Шушу, виляя кончиком хвоста. – Так и скажите, что ни один хладный труп еще ничего никому не нарисовал. И да, твоя новая родственница жуткая стерва и снобка.

– Ладно, – поползла я на выход. – Сама справлюсь! – И встала, держась за косяк. Обрела равновесие и пошла на поиски сводной сестры Ладомира.

Встречавшиеся по дороге слуги и придворные осторожно обходили меня соседними коридорами и никак не хотели выдавать ее месторасположение.

– Печально, – пробурчала я себе под нос. И решила пойти другим путем. И фигурально, и физически. Я пошла искать Болисиэля. Должны же его были хоть где-то поселить?

После пары-тройки опрошенных слуг, обмиравших от запаха моего убойного перегара, мне все же удалось получить примерное описание местонахождения Болика. Звучало это так: «Пятый поворот отсюда, третий коридор налево, мимо синей комнаты и сразу через восемь дверей».

– Вот Ладомир вернется, – бурчала я, считая на пальцах эти замысловатые повороты и жалея, что нечем ставить крестики на стенах, – попрошу его изобрести GPS дворца. Иначе тут всю жизнь можно плутать…

Наконец с божьей помощью и держась за стены, я добралась до нужной двери и постучала. Мне не ответили, зато внутри раздавалось активное шебуршение и пыхтение. Справедливо рассудив: не идти же мне обратно, – я дернула ручку. Дверь оказалась заперта.

В нормальном состоянии мне бы и в голову не пришло ломиться дальше. Но тут в наличии были стресс, любовь и алкогольные пары. В общем, страшное сочетание.

И я свистнула Моня. Зверь нарисовался в мгновение ока и уставился на меня преданным взглядом. Я с чувством поцеловала его в умильную морду и пальчиком показала на дверь:

– Хочу туда!

Монь понятливо кивнул и вошел в комнату вместе с косяком и всем, что осталось от прочной двери. Ну и я, понятно, за ним.

А там… я даже радостно потерла ладошки.

На громадной кровати увлеченно занимались сексом эльф и прекрасная блондинка. И так увлеклись… меня вообще в упор не увидели, а Моня просто проигнорировали.

– Так-так-так! – плюхнулась я в ближайшее кресло. – Совращаем, значит, моего маленького братика?

– Кто здесь? – отвлеклась Марибель от изучения эльфа и натянула простыню повыше.

– Кто маленький? – возмутился Болик.

– И это все, что вас волнует? – подперла я голову ладонью. – Мой муж, понимаешь, страдает, а вы наслаждаетесь? И вам не стыдно?

– Мне нет, – хищно улыбнулась быстро оправившаяся от шока блондинка. – И я никак не пойму: что здесь делает жалкая человечка?

– Это моя кузина! – нахмурился Болисиэль, включая режим защитника. – Не смей ее оскорблять!

– Да мне плевать! – презрительно бросила диэрка. – Из-за нее страдает мой брат!

– Вот об этом я пришла поговорить, – призналась я, не собираясь тратить драгоценное время на ненужные разбирательства. – Мне очень нужна твоя помощь.

– Тебе я даже руки не подам, – поджала губы сводная сестра Ладомира. – Не говоря уже о помощи.

– А брату? – не сдавалась я, пытаясь направить ее упрямство в нужную сторону. – Ему ты поможешь?

– Хочешь сказать, что у тебя есть план? – прищурилась Марибель, мгновенно подбираясь и надевая шелковый кафтан.

– Есть ли у меня план? – задумалась я. Через мгновение просияла: – У меня есть план! И для начала мне нужен портрет Лилит. Нормальный, – развернула свою бумажку, – а то у меня не совсем получилось.

– Можно сказать, совсем не получилось, – передернул плечами Болисиэль. – С таким даже в полной темноте и на ощупь можно стать импотентом.

– Это тоже вариант, – согласилась я, аккуратно складывая свой рисунок. – Как средство воздействия на психику. Но хотелось бы начать по-хорошему. – Воззрилась на блондинку. – Поможешь?