Юлия Шутова – Гонзу Читатель (страница 42)

Каждый раз, получая конверт с новым паспортом – турецким, румынским, итальянским или еще каким, – она сжигает предыдущий. Зачем? Просто придумала такой ритуал. Знала, что никуда не дернется за пределы своей камеры, но последний идентификатор чужой личности с одной и той же ее собственной фотографией хранила, а предыдущий жгла. Ламинированная карточка тлела и чадила в старой сковороде, поставленной на кухонный стол – еще одна возможность вытащить себя из клетки улетала в форточку вместе с вонючим дымком.

Сейчас в застегнутом на молнию внутреннем кармане ветровки лежала карта на имя Анны Ирмы Бьернфут, гражданки Швеции. Именно поэтому ей потребовалась пересадка и пришлось мучиться не в одном, а в двух аэропортах – в Стокгольм она прилетела русской туристкой с шенгенской визой, а из Арланды вылетела уже шведкой.

Получив от Анны согласие, а заодно просканировав внимательным взглядом ее лицо, нет ли признаков надвигающейся паники или истерики, ее напарник попросил таксиста, с которым уже говорил, как с давним приятелем:

– Друг, отвези нас в «Пештану».

Энрике присвистнул.

– Не слишком дорого для вас? Я еще не видал таксиста, который бы останавливался в таком отеле. Это лакшери, брат!

– А я сказал, что мы в этом лакшери жить собираемся? Нет, какое там! Просто посмотреть охота. Может, и Роналду подъехал? Он же там останавливается?

– Во! Это для миллионеров. Где этот парень, и где мы, верно? Говорят, он зимой приезжает. Сейчас не знаю, приехал или нет.

Руди покивал.

– Я слыхал, что приехал. Прикинь, если мы его встретим? Привезу племяшу автограф или фотку с Кришем, он обалдеет.

Таксист покачал головой:

– Да вас еще и не пустят. Там секьюрити на входе могут попросить показать браслет. Все жильцы носят бумажные браслеты. Чтобы чужие не пользовались бассейном и всем остальным. Отделяют, так сказать, овец от козлищ. Но, знаешь, брат, я могу тебя к черному ходу подвезти.

Руди заинтересованно посмотрел в оплывшее лицо Энрике.

– Это как?

– Там от бассейна деревянная дорожка на пляж идет. Вот если вы с пляжа зайдете и подловите момент, когда кто-нибудь из постояльцев калитку откроет, то, считай, повезло. Там охрана не ходит. А на территории отеля кто вас проверять будет? Никто.

– Ох и хитер ты, Энрике! – Руди похлопал таксиста по колену. – Сам, небось, пользовался этим черным ходом, и не раз. Верно?

Тот замотал головой:

– Я-то нет, но вот сосед мой, Карлуш – пустой человечишко, бабник, – вот он ходит иной раз через пляж. Подружек себе ищет. Говорит, главное – уверенно идти, по сторонам не зыркать. Никому и в голову не придет, что ты тут чужой. Придет, у бассейна устроится и какую-нибудь клуху приезжую начнет окучивать. Да еще на халяву «Мохито» выпьет.

– Как на халяву? А браслет?

– А, эту бумажку он в мусоре находит. Налепит на запястье и ходит павлином, хвост распускает.

За разговором Энрике привез их обратно к пляжу. Они пошли босиком по песку в сторону двух деревянных столбов, держащих навес над калиткой. За ней изгиб дощатой дорожки уходил в сторону желто-песочных корпусов «Пештаны».

Попасть на остров Ларс мог только бизнес-джетом. Расходы его не останавливали, но было кое-что сильнее денег – погода. Чертово ненастье разошлось вовсю, рейс откладывался до утра, да и то неизвестно, когда откроют небо – в семь часов, в восемь… Пришлось ночевать в ВИП-зоне аэропорта. Только около одиннадцати часов следующего дня он сошел с трапа «Сессны» в аэропорту этого чертова острова. Прилагавшийся трансфер доставил его к воротам «Пештаны».

Сюрприз преподнесла девушка за стойкой регистрации. Да, действительно, на имя Олафа Бьернфута забронирован номер со вчерашнего дня, но он еще не приехал. Поскольку номер заказан на неделю, бронь пока не снята, возможно, гость опаздывает из-за погоды. «Что поделать, океан, мы, островитяне, зависим от него». Стоя вполоборота к стойке, Ларс задумался: действительно ли погода помешала Олафу Бьернфуту добраться до чертова острова или?.. Или это была уловка, ложный след, который он специально оставил и на который клюнул «колхоз»? От этих «компьютерных мальчиков», живущих в океане интернета и лишь изредка выныривающих офлайн, всего можно ожидать.

Краем глаза Ларс заметил входящего в холл человека. Высокий парень сделал пару шагов, неуверенно потоптался и, резко свернув в сторону, быстро скрылся за массивной колонной. Лицо разглядеть не успел – низко надвинутая бейсболка помешала, – но что-то показалось знакомым. Джинсы, футболка и высокие ботинки? Чушь! Это стандартный набор шмоток для местности, где есть горы. Походка? Вот! Была она неровной, словно парню хотелось то ли побежать, то ли запрыгать. Так Тико спускался по лестнице, так двигался Олаф Бьернфут через отстойник стокгольмского аэропорта, так входил Мигуэль Перейра Андраде в отель «Пикадилли». Походке тоже нельзя доверять, но проверить надо.

Бросив «спасибо» девушке-администратору, Ларс нырнул за колонну. Спина в футболке мелькнула в дверном проеме метрах в десяти впереди. Вдоль стены на диванчиках сидели скучающие пенсионеры. Бежать сквозь их прицельные взгляды было бы глупо – они могут запомнить спешащего блондина.

Вальяжно проследовав через холл, Ларс оказался у подножия лестницы. Он услышал шаги наверху – парень, видимо, успел добраться до второго из трех этажей. На ходу выдернув брючный ремень и намотав кожаную ленту на кулак, Ларс кинулся вдогонку.

– Ну и как мы будем его искать?

Анна пожала плечами. Ответа у нее не было, а ее напарник явно стремился переложить на нее роль лидера – «твой брат, тебе виднее, где он мог спрятаться».

Деревянная дорожка, на которую они просочились вслед за дородной мамашей с капризно поднывающим карапузом, вывела их на площадку, полную лежаков и раскрытых зонтиков. С одной стороны площадка заканчивалась бассейном, с другой упиралась в трехэтажный корпус отеля. Желающих погреться под внезапным летним солнцем после суточного дождя было немало. По проходам скользили служащие «Пештаны» – разносили полотенца, коктейли, масло для загара.

Вдруг в уши ввинтился женский визг. И тут же раздались испуганные и удивленные вопли. Загорающие вскочили, стали оглядываться. Вытянутые руки указывали на стену отеля. Стюарды, побросав полотенца, побежали туда. За ними бросились любопытные.

Парень не свернул ни на второй, ни на третий этаж. Толкнув прозрачную дверь, Ларс выскочил на крышу. Парень бежал метрах в пятнадцати. Бежал, не оглядываясь. Убегал? Торопился к финишу? К какому?

Отель представляет собой замкнутый квадрат с внутренним патио, где ряды пальм поднимают свои зеленые головы почти до уровня крыши. В четырех углах ровной, оранжевой, как велосипедная дорожка, крыши домиками Карлсона стояли входы-выходы. Из такого Ларс вслед за беглецом и выскочил. «Добежит до следующего и понесется вниз по лестнице. Надо успеть догнать здесь. Прекрасное место. Ни одного свидетеля», – пронеслось в голове, и Ларс поддал ходу.

Он уже чувствовал руками дрожь чужого тела, рывки – тщетные попытки вырваться из ременной петли. Слышал хрипы, все тише и тише. Наконец отяжелевшее тело повисло у него на руках. Разомкнуть петлю, бережно опустить Тико наземь. Попрощаться. Это хороший сценарий…

Но он не успел. Парень пробежал мимо выхода и, вскочив на огораживающий бортик, прыгнул. На мгновение Ларсу показалось, что он взлетел и сейчас, раскинув руки, воспарит в воздушном потоке огромной чайкой. Но тело рухнуло вниз.

Анна рванула туда, куда бежали полуодетые туристы. Толпа встала уже плотно, из-за спин было почти ничего не видно. Там кто-то лежал. Кто-то, слетевший с неба. Или с крыши. Руди попытался схватить Анну, оттащить ее, но она вывернулась из его рук и, расталкивая стоящих, протиснулась в середину, туда, где, сохраняя вокруг себя пустое пространство уважения к смерти, лицом вниз лежал человек. Вокруг стриженого затылка расплывался по желтым плиткам багровый нимб. Анна упала на колени, попыталась перевернуть тело, но дрожавшие руки предали ее. Она взяла покойника за ладонь, потянула, мертвая рука выскользнула из ее пальцев. И тут ее с силой взяли за плечи, подняли на ноги – подоспели секьюрити. Умело оттеснили любопытных, накрыли тело белой тканью – возможно, полотенцем или скатертью. Охранник, поднявший Анну, о чем-то спросил ее, она, кивнув, ответила что-то неразборчивое, и ее увели в холл отеля.

Руди предпочел не вмешиваться. Судя по всему, они опоздали, тот рыжий убийца оказался расторопнее. Сейчас он где-то рядом. И неплохо бы заметить его раньше, чем убийца заметит его самого. Он не в том возрасте, чтобы бегать от молодых, хорошо тренированных киллеров.

Ему показалось, что в холле, там, куда секьюрити увели Анну, мелькнула рыжеватая голова. Или он просто хотел ее увидеть.

Любопытные расходились, перебрасываясь фразочками «ох уж эти суицидники, их сюда так и притягивает», «говорят, третий случай за год», «прямо лес самоубийц какой-то», «рассчитывали весело Рождество провести», «вот вам и веселье» и завершающим аккордом извечное «куда смотрит администрация?».

Очень скоро приехали полицейские и медики. Покрутившись вокруг покойника и расспросив всех, кто напрашивался в свидетели, они загрузили тело на каталку и удалились, уведя Анну с собой. Она топала, опустив голову, и не смотрела по сторонам, словно намертво забыла о существовании своего напарника.