Юлия Шилова – Окно в душу, или Как мы вместе искали рай (страница 25)

– Я нахожусь по адресу… Это пригород Москвы.

– Я еду!!!

Я тут же выскочила на улицу, села в свою побитую машину, которая, к счастью, была на ходу, и поехала по указанному Робертом адресу. Я неслась на бешеной скорости, чувствовала, как сдают нервы. Чтобы хоть немного успокоиться, напевала незатейливую мелодию. А перед глазами всплывала одна и та же картинка: Таня, Джек, Джина и океан… Джина лижет меня своим шершавым языком, а я целую грязную мордочку и говорю о том, как сильно её люблю…

Домчавшись до нужного дома, я бросила машину, не заезжая во двор, и побежала к двери. К моему удивлению, она оказалась заперта. В полутёмном дворе ни души, но в окнах горел тусклый свет. Я нажала на кнопку звонка, но дверь никто не открыл. Чем больше звонила, тем яснее понимала, что её никто и не откроет. Пробежав вокруг дома, я не нашла ни одного открытого окна. Подскочила к стене, перевела дух и прошла в дом сквозь стену.

– Роберт, ты где? Роберт!

Роберт лежал на полу недалеко от ванной комнаты, в коридоре, а рядом с ним валялся телефон, который, вероятно, ему удалось столкнуть с тумбочки, схватив за шнур, чтобы мне позвонить. Дверь в ванную была открыта. Оттуда виделась ванна, почти до верху напичканная льдом.

– Что случилось? – я встала на колени и перевернула бледного, как смерть, Роберта.

– Не знаю. Мне так паршиво. Кажется, я умираю. Совершенно не чувствую ног. Тело словно не моё. Всё онемело. Слабость, голова кругом. Ничего не понимаю. Очнулся в ванной, набитой пакетами со льдом. Не знаю, откуда нашёл силы, чтобы вылезти из ванны, дотянуться до телефона и набрать тебя.

– В таких случаях надо «скорую» набирать.

– Я боялся, ты будешь злиться. Как же пресса, репутация…

– Дурень, о репутации надо было думать, когда ушёл в загул на несколько дней и выпал из реальной жизни, а не в тот момент, когда вопрос касается жизни и смерти.

– Марта, прости.

Я бросилась к телефону, вызвала «скорую». Назвала, на всякий случай, свои данные, чтобы запись у диспетчера была сделана на моё имя, предупредила, что нужна реанимационная машина, что звонит соседка… Мол, женщина лежит синяя, без сознания, и умирает.

– Вы можете описать, что с ней? – совершенно спокойным голосом спросил диспетчер.

– Пока мы с вами переговариваемся, она умрёт. Выезжайте быстрее.

– Чтобы выслать к вам машину, я должна знать, что произошло с вашей соседкой. Она в сознании? Что она чувствует?

– Она в сознании. Я нашла её рядом с ванной комнатой. Чуть раньше она лежала в ванной, заполненной пакетами со льдом. У неё онемело всё тело, кружится голова, она не чувствует ног.

– Пакетов со льдом много?

– Полная ванна.

– По всей вероятности, вашей соседке вырезали почку. Реанимационный автомобиль будет через несколько минут. Если у вас есть возможность, то до приезда «скорой» перенесите свою соседку в эту же ванную. Если нет, возьмите как можно больше пакетов со льдом и обложите её, поместите несколько пакетов под поясницу.

Когда в телефонной трубке послышались короткие гудки, я впала в ступор, но потом взяла себя в руки.

– О, боже…

Поняв, что не смогу перенести Роберта в ванную, я стала вытаскивать из неё тающие пакеты со льдом и подкладывать их под Роберта. Увидев, что где-то в районе поясницы у него торчит трубка, я пронзительно вскрикнула от ужаса. Но собрала волю в кулак, понимая, что какой бы чудовищной ни была ситуация, я не имею права терять самообладание.

– Сейчас приедут. Ты что-нибудь помнишь?

– Я помню, что много пил, гулял. Допился до такой степени, что познакомился с симпатичной молодой девкой в каком-то ночном клубе. Она не признала во мне певца. Да и кто поверит, что ушедший в запой Роберт будет один, без охраны, бродить в ночном клубе среди молодёжи. Я даже не могу вспомнить, как её зовут. Она пригласила меня на ночь в свой дом недалеко от Москвы. Сказала, родители в городе, и мы можем хорошо поразвлечься. При этом девица постоянно повторяла, как я похож на Роберта. Видимо, именно это её во мне и привлекало. Помню смутно, что вроде пытался убедить её, что я и есть Роберт. Но она смеялась, говорила, что я сильно пьян. Приехали в этот дом, она предложила шампанское. Я попросил чего-нибудь покрепче. Она налила мне виски. Я стал его пить, и больше ничего не помню. Вырубился моментально. Проснулся в ледяной ванне. Потерял счёт времени. Понятия не имею, сколько в ней пролежал. Марта, что со мной? Скажи, что случилось?

– Хорошего мало. Допился и догулялся ты, Роберт.

– Ты можешь сказать, что со мной произошло? Меня отравили?

– Если бы просто отравили. По-моему, у тебя удалили почку.

– Как? Этого не может быть!

– Роберт, нам ли с тобой рассуждать, что может, а чего не может быть. В этой жизни может быть всё.

– Зачем кому-то моя почка?

– Не скажи. Почки и другие человеческие органы всегда в большой цене.

– Я умру?

– Я тебе не дам это сделать. Сейчас открою дверь для «скорой помощи».

Я бросилась к входной двери. Она была закрыта изнутри, но замок открывался снаружи. Я оставила дверь и вновь бросилась к Роберту.

– Там лёгкий замок. Главное, тебе сохранили жизнь. Наверное, расчёт был на то, что ты, когда сможешь позвонить по телефону и дойти до двери, сумеешь её открыть. Мол, выживешь – это удача. Нет, твои проблемы как игра в рулетку. Хорошо хоть, не убили.

– Лучше бы убили, чем очутиться без почки в такой скверной ситуации.

– Не говори так. В столь скверную ситуацию ты попал по собственной глупости. И уж лучше любая жизнь, чем вообще никакой. ГЛАВНОЕ – ЖИЗНЬ.

– А как ты попала в дом, если дверь заперта?

– Просто я умею ходить сквозь стены. Я, конечно, понимаю, что сейчас не время и не место читать тебе мораль, но как можно было так глупо распорядиться ТОЙ ИСКЛЮЧИТЕЛЬНОЙ ЖИЗНЬЮ ИЗБРАННЫХ, в которую ты случайно попал? Люди, которые вырезали тебе почку, понятия не имели, у кого они орган вынимают. Если бы знали, то одной почкой ты бы точно не отделался. Они закрыли бы тебя в доме и потребовали с меня миллионы. Стоило ли вживаться в это физическое тело, чтобы так им распорядиться? Я горжусь тем, что проделала с телом Марты. Она похорошела, похудела. Пусть немного, чуть-чуть, но это результат. Она уже забыла, когда просто сидела на диване. В ней бурлит жизнь, она преданно служит Роберту. А что ты сделал с Робертом?

– Марта, если выживу, Я НИКОГДА НЕ ПОВТОРЮ ПРЕЖНИХ ОШИБОК.

– Буду молиться за тебя. Но почему мы всегда говорим о своих ошибках и об их исправлении, когда понимаем, что это конец? Почему не делаем это при жизни?

– Знаешь, временами мне хочется вернуться в своё настоящее тело. Тело Джека. И пусть он был маленький уродец, который завоёвывал право, чтобы к нему относились так же, как и к другим людям, но в его жизни мне было всё понятно. В ней не было столько сумасшедших соблазнов. Джек любил Татьяну, Роберт её тоже любит.

– Роберт никого не любит, кроме себя. Почему так долго не едет «скорая»? – не могла я не нервничать. – Наверное, потому что мы находимся у чёрта на куличках.

– Марта, а если я умру?

– Сейчас приедут, и всё будет хорошо. Даже если умрёшь, ты попадёшь в другое физическое тело, – говорила я, обливаясь слезами. – Смерть – это не так страшно. Я знаю, что говорю. Смерти боятся те, кто ничего о ней не знает. В прошлой жизни я жила в состоянии её предчувствия несколько месяцев. Глупо, наверное, но мы с ней даже подружились. Жили втроём. Я, Джина и она. Просто смерть – очень коварная, хитрая и лживая. Обещала забрать первой меня, а забрала Джину. Сука.

– А если я умру и вновь вернусь в тело Джека? Я думал, мы всегда будем вместе. Вместе путешествовать по разным мирам и разным жизням…

– Я тоже на это надеялась. Если попадёшь в тело Джека, обязательно сходи на могилку Джины, поливай цветы, которые я посадила. Передай огромный привет океану. Встреть рассвет с фужером шампанского.

– Но ведь я буду совсем один. Джина мертва, ты в другой жизни, в другом теле.

– Найдёшь ещё одну такую же самоубийцу, как я.

– Таких, как ты, больше нет. А что будешь делать ты, если Роберт умрёт?

– Наверное, приму предложение уехать в далёкую Америку, ведь смысл жизни Марты был в служении Роберту. – Я вдруг словно очнулась. Вытерла тыльной стороной ладони слёзы и ударила кулаком по полу. – Нет!!! Что мы делаем? Мы тебя заживо хороним! С нами ПРОИСХОДИТ ТОЛЬКО ТО, О ЧЁМ МЫ ДУМАЕМ! Татьяна похоронила себя заживо в прошлой жизни, теперь мы хороним Роберта! Нет!!! Мы ещё поборемся! Мы ещё повоюем!!! СМЕРТЬ БОИТСЯ СИЛЬНЫХ. Помнишь, какие слова ты говорил Татьяне, когда вёз её на своей коляске вдоль океана?

– БУДЕМ ЖИТЬ…

– Так будем жить, Роберт! Будем жить!

Глава 22

Когда приехала реанимационная машина, сомнений в том, что у Роберта вырезали почку, не осталось. Я быстро объяснила бригаде врачей, что за пациент перед ними и что на них лежит огромная ответственность за его здоровье.

– Я договорюсь с вашим руководством, чтобы имя Роберта нигде не всплыло. Лежать в клинике он будет под чужой фамилией. Сами понимаете, то, что здесь произошло, ни в коем случае не должно попасть в прессу.

Роберта положили на носилки и унесли в реанимационный автомобиль, который включил сирену и помчался в больницу. Я ехала следом за ним и смахивала слёзы. Удержать их было просто невозможно.