Юлия Шеверина – Выпаданка (не) обыкновенная (страница 24)

Так что в Факторию я решила отправиться заранее. В устроении бала я никак не участвовала, тем более, что основная подготовка сделана уже давно. Я по приезду застала уже завершение работ по украшению зала и сада перед зданием.

Все гости были уже приглашены, программа вечера спланирована.

И я в этой программе занимаю почетное место. По крайней мере так сказал мне Джереми Тайгер, мисте Ехидная Улыбка, когда описывал мою роль в предстоящем торжестве.

О да, он помнил обо мне, он знал о слухах, бродящих по городу. И собирался использовать их.

Сегодня вечером все дельцы Лоусона соберутся, чтобы посмотреть на малышку Джиневру Бизо, наследницу гениального Леонгарда, таинственно пропавшего и забравшего с собой тайные технологии и главные изобретения.

Но говорят, что я — ключ к ним. И тот, кто меня получит, раскроет все двери. Если в другие годы еще кто-то, бывало, отказывался от посещения Зимнего бала Тайгеров, то в этот раз придут все.

— Ни одного отказа. — похвалился он после безобразной сцены в кабинете. — Прибудут все. — и посмотрел на меня испытующе.

Они будут смотреть испытующе. Они будут искать со мной встречи. Они попытаются меня очаровать.

И я буду к этому готова.

Я в бросила последний взгляд в зеркало, поправила едва заметный неровно лежащий волосок в прическе, и шагнула в портал.

В кабинете было тихо. За дверью был слышен гул голосов, будто бал уже начался, но пока без музыки. Легким веченним колокольчиком где-то ударились друга о друга хрустальные бокалы, засмеялись женщины.

Я в последний раз поправила и без того безупречно лежащее платье и отправилась на встречу со своим будущим партнером.

В коридоре, на удивление, никого не оказалось. Я успела увидеть разве что парочку незнакомых мужских спин, скрывающихся за дверью в бальную залу.

Так даже лучше, не хотелось бы встречаться с вампиром или оборотнем в сумраке коридора без свидетелей.

В приемной у Тайгера было душно и неожиданно пусто. Пахло мужскими и женскими духами, а значит еще недавно тут толпились люди. Ни вампиры, ни оборотни с их чувствительным обонянием никакими видами парфюма не пользовались. Тем более, сразу после оборота все запахи с тела оборотня исчезают, так к чему переводить дорогую жидкость?

Место едва одетой в прошлое мое посещение Мальбек пустовало. За дверью, в кабинете, послышались приглушенные голоса.

Подошла ближе и прислушалась. Разговор прекратился. А жаль.

— Кто-то пришел. — услышала я звонкий голосок Мальбек.

— Это наша сладкая малышка, — ответил Джереми и крикнул громче, хоть я его итак прекрасно слышала. — Заходите, леди совладелица. Нечего там в приемной топтаться.

Вот ведь несносный тип. Вроде бы и совладелицей назвал, а таким тоном издевательским, что хоть убегай и плач в уголке. А ведь сегодня я и правда стану совладелицей Артефактории.

Сегодня бал, завтра — работа. Или праздная трата денег, заработанных Тайгером. По крайней мере я получаю доступ ко всем общим счетам. Любая девушка сразу бы побежала по магазинам, купила бы дом, поместье в Визии на берегу моря, коллекцию новомодных мобилей и карет, может быть открыла бы собственный магазин с какой-нибудь женской ерундой собственного дизайна: шляпки, сумки, панталончики кружевные с рюшечками.

Уверена, этого он от меня и ждет. Даже и не знаю, стоит ли разочаровывать этого лощеного подлеца?

Лощеный подлец сегодня был особенно лощен. Строгая белая сорочка заправлена в черный брюки тончайшей шерсти с легким проблеском артефактных нитей. Эта ткань настолько легкая и теплая, что в этих брюках можно гулять в душной зале и по зимнему лесу с одинаковым комфортом. Надо ли уточнять, что цена на метр такой ткани просто баснословна?

Когда-то ее изобрели для редких экспедиций на далекий север, но пару лет назад один изобретатель, впервые поднявший паровой цеппелин на высоту нескольких миль над землей, почти до смерти замерз. Хоть и был закутан в десяток шалей.

По приземлении журналисты облепили его так быстро, что он не успел привести себя в порядок. В итоге все газеты Лоусона украшало фото бесформенной кучи тряпья, в которое он был замотан.

Изобретатель оказался мужчиной честолюбивым, фото ему не понравилось. Хотя в статье и говорилось о головокружительном успехе его эксперимента и безусловном вкладе в науку.

Войти в историю в столь неприглядном виде он не захотел и уже через пару месяцев побил собственный рекорд, поднявшись на двенадцать миль над землей.

Приземлившись, он легко выпрыгнул из кабины цеппелина в элегантном костюме.

К обеду следующего дня все легальные запасы редкой шерсти были скуплены. Поговаривают, что даже на секретных военных складах где-то пропадали отрезы этой ткани.

На долгие годы мужская мода Лоусона и окрестностей взяла за образец хорошего тона какую-то деталь туалета отшивать из артефактной шерсти.

Брюки на Тайгере стоили как парочка новеньких мобилей. И любому на этом балу будет видно и понятно издали. На случай, чтобы никто не ошибся в своих догадках по поводу его состоятельности, мистер Тугой Кошелек лишил брюки каких-либо украшений, отдав предпочтение лаконичному крою и простым линиям.

В пару к брюкам он выбрал черный бархатный камзол, расшитый золотыми нитями так плотно, что черный бархат проступал между ними сложным узором, а не наоборот.

Подозреваю, что весит его камзол куда больше моего платья. И уж вряд ли оборотень может облегчить вес с помощью магии.

На самом деле магии в нем много, даже слишком. Но вся она идет на оборот в зверя, на поддержание связи со зверем, на развитие его человеческого тела. На усиление ловкости, выносливости, мощи. На наращивание мышц. На усиление человеческого слуха, обоняния и зрения.

Какое счастье, что магия не усиливает их ум и сообразительность!

Джереми поморщился. Видимо, до него долетел убийственный аромат моего тела.

— Опасаетесь покушения, мистер Тайгер? — я кивнула на камзол. — Такая броня, пожалуй, остановит пару кинжалов.

— Если кто-то подойдет ко мне с кинжалами, я с удовольствием проверю его шкуру на прочность. — оскалился оборотень.

Мальбек, одетая сегодня, кажется, еще меньше, коротко хохотнула.

— Маль расскажет тебе в подробностях, что к чему и кто уже прибыл. — уже серьезно добавил Джереми, снимая камзол.

С явным удовольствием бросил его на спинку пухлого кресла, после чего и сам упал в него. Всем своим видом показывая, что беседа со мной в его планы не входила и пора бы и честь знать. Какое поразительное равнодушие!

— Джиневра, — позвал он, когда мы уже направились к двери. — Ты что, будешь в этом? — он пристально смотрел на мое платье. В голосе мне почудилось легкое беспокойство.

— А что не так с платьем?

Почему-то оно сегодня никого не устраивает, кроме меня. Потрясающее платье!

— Хм. — хрипло кашлянула Мальбек за спиной, давя в себе смех.

— Платье никуда не годится, — скучающим тоном пояснил оборотень. — Выглядишь, как столетняя монашка перед смертным одром.

— А вы желаете, мистер Тайгер, переодеть меня по моде столичных борделей? — как бы он не вывел меня, шлюхой я себя не назову даже в шутку.

Мальбек прыснула в кулак. Я стянула с себя кофточку с рукавами, выданную заботливой портнихой.

— Это все, что я для вас готова сделать. Я буду в этом платье и ни в каком другом. — последние слова я почти кричала.

Кажется, даже коротко топнула ножкой. Мальбек открыто засмеялась. Ее смех, звеня колокольчиками, долетел до Тайгера.

Он, не меняя расслабленной позы, повернул голову резко и быстро. Так, как не смог бы ни один человек. Его глаза опасно сузились, мне стало страшно. Вот он, расслабленно лежащий тигр. Жертва идет мимо и думает, что он ее не видит. Думает, что она ему не нужна, что она может делать то, что захочет. Но тигр опасен, даже если тигр спит. Тигру не нужен кинжал, чтобы пробить любую броню.

Тигру вообще не нужно оружие. Потому что он сам — оружие.

Тигр прожег меня взглядом и улыбнулся.

— Будь по твоему, крошка. — подмигнул и добавил. — Говорят, из монашек выходят лучшие в мире шлюхи.

Я развернулась и напоследок яростно хлопнула дверью. Из кабинета донесся громкий издевательский смех.

Мальбек вышла вслед за мной и, отсмеявшись, пояснила:

— Характер у тебя, девочка, нелюдской.

— Глупости, я человек.

— Иногда мне тоже так кажется. — она поморщила нос, принюхавшись. — Но иногда ты дерзишь, как одна из нас.

Этот ее жест показался мне таким знакомым. Эрмин корчит мордочку при виде флакона с духами примерно также активно.

— Неужели люди не бывают дерзкими?

— Люди бывают, — она пожала плечами, — а женщины человеческие — нет. По крайней мере я таких не встречала.

Тайгер, видимо, тоже. Вот и забавляется, слушая мои возмущения.

— Многие приехали раньше, — оборотница поправила тонкие лямочки на своей комбинации из кружев и прозрачного шёлка. — Так что можешь отправиться к гостям и приступать.

— К чему?