Юлия Шеверина – Травница по завещанию (страница 8)

— Не видно красных, серебряных и золотых, — отмечаю я.

— Такие только во дворцовых фонтанах, — смеется Лана, вокруг разом зажигаются несколько фонарей, — пойдем, пожалуй, а то скоро стемнеет.

Встаю и мы идем прочь с пустой площади. Травница уверяет меня, что утром тут будут толпы народу — до обеда вокруг фонтана шумит рынок, еще пару часов после — выступают циркачи и скоморохи, после площадь начисто убирают и люди расходятся по домам.

С площади идем к самой широкой улице — как и говорила Изольда, я сразу вижу силуэты дворцовых шпилей на фоне нежно-фиолетового неба. Идем с Ланой мимо роскошных особняков. Она рассказывает, что здесь живут аристократы, богатые купцы, придворные. За высокими заборами звучит музыка, звенят бокалы и слышен смех — богатые люди ужинают на открытом воздухе. Скоро нас замечают. Лану просят на минутку зайти в дом — взять заказ для состоятельной покупательницы.

— Я подожду на улице, — говорю я.

Лана кивает и скрывает за воротами, а я остаюсь одна — с наслаждением разглядываю богато отделанные дома, золоченое кружево оград, скульптуры и множество света — на моей улице фонари стоят часто, но тут все буквально залито магическим светом. Нет ни одного темного уголка!

Улица кажется пустой, но вот где-то скрипнула дверь. Оборачиваюсь и от неожиданности пячусь назад. Почти вплотную ко мне стоит высокий мужчина в черном. Свет будто обтекает его фигуру, скрывая лицо. Я вижу лишь кисти его руки и тонкую полоску белой кожи над воротником его куртки.

Он склоняется ко мне и вдыхает воздух рядом с моей шеей.

— Кто вы?! — вырывается у меня.

Я отступаю назад, шаг за шагом, пока не упираюсь спиной в фонарный столб.

Незнакомец мягко ступает по камням, бесшумно приближается. Я повторяю вопрос. Он взмахивает рукой, будто разрешая свету падать на его лицо.

Сердце замирает от пронзительной красоты — у незнакомца большие черные глаза на бледном худом лице, тонкий нос, брови вразлет, тонкие алые губы, резкие скулы. Вид имеет немного болезненный, но прекрасный.

— Горан, — представляется он и я понимаю, что его голос звучит сладко, как мед, — а как зовут тебя, новая травница?

— Марьяна, — шепчу я, не в силах оторвать взгляд от его завораживающего лица.

— Марьяна, — он будто пробует мое имя на вкус, — У меня есть к тебе одно дело. Могу я быть твоим гостем?

— Д…да, — отвечаю неуверенно, но сил отказать красавчику у меня нет.

За спиной Горана слышен скрежет ворот.

— Марьяна! — испуганно кричит Лана, — Марьяна!

Горан берет меня за руку и касается запястья губами. Ощущение, будто к коже приложили кусок холодного железа. Я смотрю на мужчину сверху вниз и понимаю, что на мостовой вокруг нас только одна тень — моя.

— Марьяна… хочу увидеть тебя еще раз, — шепчет Горан, отпускает мою ладонь, делает шаг и… растворяется в воздухе.

— Марьяна! — ко мне подбегает испуганная Лана, — что он хотел от тебя?!

— Хотел в гости, — растерянно отвечаю я, потирая запястье, — у него есть ко мне дело.

— Какое дело может быть у тебя с вампиром? — моя новая подруга в ужасе.

Глава 13. Дворец

Едва успеваю прикрыть распахнутый в изумлении рот. Вампиры? Здесь есть вампиры?! И что он хотел от меня? Вечной любви или с гастрономическими целями?

— Марьяна, — Лана осматривает шею, с беспокойством проводит по моим рукам, — надеюсь, ты не приглашала его в свой дом?

— Нет, но… кажется, я пригласила его в гости…

— О нет! Марьяна! Он же… Зачем?!

— А что такого?

— Ты, видимо, совсем… — судя по лицу Ланы, она хочет сказать «совсем ку-ку», но сдерживается, — издалека! Откуда же ты?

— Я… слушай, а мы не опаздываем во дворец?

Лана смотрит на тени, которые почти полностью растворились в ночной тьме и хватается за корзинку.

— Быстрее, — торопит она меня, — после полного заката ворота закроют до утра!

— Солнышко скроется, муравейник закроется, — бормочу я.

Лана даже не замечает. Королевская травница тащит меня вдоль богатых особняков к подпирающим небо шпилям.

Мне ужасно любопытно посмотреть на настоящий королевский дворец в настоящей волшебной стране, но чем ближе к стенам дворца, тем меньше освещения. Только у внешний ворот пара больших золотистых шаров выхватывают из тьмы грубую каменную кладку.

Дворец и город отделяет темный провал с перекинутом через него откидным мостом.

— Осторожно, не оступись, — задыхаясь от бега, шепчет Лана, — в канале водятся рыбы-людоеды.

Стремительно меняю траекторию — подальше от опасного края. Спасибо, что предупредила!

У ворот, под шарами, стоят охранники в серебристых доспехах. Пробегаем мимо, сразу за нашими спинами они начинают возиться с подъемным механизмом ворот.

— Успели! — улыбается Лана, переходит на шаг.

Мы во внутреннем дворе. Вокруг довольно темно — освещены магическими огнями только вход в комнатку охраны рядом с воротами и широкая каменная лестница, идущая наверх.

Лана озирается по сторонам — привратники закрепляют цепи, на которых держится мост через канал, их сменщики шумят за дверью. Судя по звукам — идет пирушка. Девушка одергивает платье, поправляет перчатки, горделиво откидывает назад светлые волосы и степенно, как и полагается королевской травнице, поднимается по ступеням. Даже корзинку держит иначе, изящнее, в руке, а не на изгибе локтя.

Иду следом, стараясь по возможности повторять за Ланой. Поднявшись по лестнице попадаем на залитую магическим светом площадку, отгороженную невысокой стеной. Невысокой, относительно предыдущей! Если внешняя стена верхним краем тонула с ночи, то зубчатый верх этой преграды в паре метров над нашими головами ярко освещали множество крошечных фонариков. Судя по снующим между ними теням, дальше, во дворце, довольно многолюдно.

Нас же встретили только четверо привратников, закованных с серебристый доспех.

— Простите, госпожа травница, после заката ворота заперты, — извиняющимся тоном проговорил один из них, указывая кончиком копья в темное, без намека на остатки солнечных лучей, звезды или луну, небо.

Меня вид запакованного с железо мужика с острым, явно не игрушечным, копьем в руке, привел в трепет.

— Может, пойдем? — тихонько предложила я новой подруге.

Лана посмотрела на запертые ворота и сморщила хорошенький носик и надменно заявила:

— Как смеешь ты говорить так с королевской травницей! Немедленно открой, иначе я буду жаловаться твоему начальству!

Она сделала шаг вперед. Кончики копий дрогнули и через мгновение устроились ей в грудь. Лана же, крошечная на фоне двух огромных привратников, не смутилась.

— Вы пожалеете! — закипела она, — Я живу во дворце! И буду приходить сюда тогда, когда пожелаю нужным!

— Правила одинаковые для всех, — дрогнувшим голосом ответил ей один из мужчин, — даже его высочество спешит вернуться из города до заката.

— Его высочество… — начала травница ехидно, но вовремя осеклась и умолкла, — немедленно зовите начальника королевской охраны!

Кончики копий заколебались.

— Желаю видеть Николаса Лима!— заорала Лана, — Сейчас же! Немедленно!

Никогда в жизни не бывала в настоящем дворце. Всегда казалось, что тут все должны быть вежливыми, предусмотрительными и отягощенными этикетом. Совсем не ожидала, что с виду мягкая и приятная Лана будет вести себя как сотрудница паспортного стола, разгоняющая очередь из желающих прорваться вне очереди.

Лана продолжает бушевать и угрожать вооруженным мужчинам. Я же думаю, как незаметно сбежать. Желательно до того, как мужчины вспомнят, что вооружены и век у них на дворе стоит не двадцать первый, со всем его гуманизмом и толерантностью, а, кажется, что-то похожее на средневековье с кострами, судами без присяжных и женщинами без прав. Или я что-то не знаю о травницах?

Похоже, так и есть. Мужики терпят несносную Ланку минут десять, переглядываются, один из них ставит копье к стене и скрывается за воротами.

— Бежим? — шепотом предлагаю я.

— Брось, — шепчет мне в ответ травница, — Все получилось. Сейчас он вернется с начальством и нас пропустят. С этими деревенщинами главное — вести себя уверено и не показывать, что боишься.

В ответ только вздыхаю. Мне кажется более правдоподобным, что привратник сейчас вернется с подмогой и нас вышвырнут в город. А хотелось бы уйти самостоятельно! В целости и сохранности.

В наступившей тишине слышу, как стучит металлом о брусчатку привратник по ту сторону ворот. Стучит недолго, искомое начальство оказывается стоит практически по ту сторону входа.

— Господин Николас, — долетает до меня, — там травницы, буянят. Впустить?

Николас отвечает тихо, неразборчиво. Лана победоносно смотрит на меня. Ободряюще подмигивает.