Юлия Сергеева – Дачный сезон Новиковых по-новому (страница 1)
Юлия Сергеева
Дачный сезон Новиковых по-новому
Пролог
Конец июня. Школа позади, сессия в институте сдана. Казалось бы, живи и радуйся. Но в городе стояла такая жара, что единственным желанием было не жить, а выжить.
Город плавился. Асфальт мягко прогибался под каблуками, от домов тянуло раскалённым камнем. Даже воздух в квартире был густым, как кисель. Распахнутые настежь окна не помогали – с улицы несло запах машинных выхлопов и далекого смога.
Виктория стояла на кухне и с тоской смотрела на пакет с замороженными куриными голенями. Включить духовку означало совершить акт самосожжения. Представить себе какую-либо термическую обработку пищи было выше человеческих сил. А мысль о том, чтобы просто разогреть суп, вызывала прилив ярости. Она отпустила пакет, и он с глухим стуком упал обратно в раковину.
«Ладно», – сдалась она мысленно. – «Сегодня ужин будет состоять из огурцов, кефира и всеобщего недовольства».
Из гостиной доносились звуки трех разных видеороликов. Там, в этом «цифровом Вавилоне», пребывали её дети.
Алиса, двадцатилетняя дочь Вики, будущий журналист, уютно расположилась на диване с ноутбуком. Она сдала сессию на отлично, о чём сообщила матери одним предложением. И теперь наверстывала безделье, упущенное за учебный год.
В кресле сидела Лена, двенадцатилетний циник в шортах и с торчащим на голове хвостом. Она смотрела какой-то бесконечный блог про переделку старой мебели, и на лице застыло выражение скептического одобрения. Вика знала: дочь мысленно уже шкурит и красит все шкафы в квартире.
Саша, младшая, десятилетний ураган, устроилась прямо на полу, подложив под живот диванную подушку. Её планшет трещал и стрелял на все лады – очевидно, шла ожесточенная битва с участием пони, зомби и кричащих розовых человечков.
И над всеми этими электронными звуками было слышно тяжёлое дыхание пса маламута Гарика. Он растёкся на голом полу в коридоре, как лужа пессимизма. Из его полуоткрытой пасти капала слюна, тут же высыхая на паркете. Собачий взор, полный вселенской скорби, был устремлен в стену. Казалось, он вот-вот вздохнет и прошепчет: «Эх, сейчас бы в сугроб… в февральский…».
Только кошка Маня сохраняла подобие царственного спокойствия. Она устроилась на подоконнике в кухне, поджав лапы, и с холодным презрением взирала на застывший в мареве город. Её пушистый хвост изредка вздрагивал, провожая редких голубей. Это была королева, томящаяся в заточении, и всем своим видом давала понять, что духота и бездействие – личное оскорбление её величества.
Вика прошлась по квартире, подняла с пола носок, поправила занавеску. Взгляд упал на старую фотографию в рамке на книжной полке: они все, ещё маленькие, загорелые, с сияющими глазами. Лена и Алиса стоят по обе стороны от коляски, в которой улыбается годовалая Саша. Позади – бревенчатая стена дома, сбоку – кусты малины, а над головой – синее-синее небо.
И в этот миг в сознании Вики что-то щелкнуло.
Она быстрым шагом зашла в гостиную. Солнечный свет, заливавший комнату, казался осязаемо горячим и делал заметной каждую пылинку. Вика бросила взгляд на детей, на изнывающего Гарика и чётко произнесла:
– Всё.
Алиса оторвалась от ноутбука. Лена с подозрением перевела на неё взгляд. Даже Саша на секунду отвлеклась от зомби.
– Мам? – спросила Алиса.
– Всё, – повторила Виктория, и в голосе зазвенела сталь, которую она сама в себе не слышала уже несколько лет. – Хватит. Мы уезжаем. На дачу.
Повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь голосом блогера из планшета Лены: «…отравление пара́ми будет гарантировано…».
Первой взорвалась Алиса.
– На дачу?! – её голос взлетел до сопрано. – Мама, ты в своём уме? Там скука! Интернет работает только у клуба, и то, кажется, его голубиной почтой доставляют!
Лена фыркнула, выражая солидарность с сестрой, но уже с другим посылом.
– Дача. Это значит, полоть сорняки, которыми заросла вся планета? Дышать навозом? О, великолепно! Просто курорт.
Саша на мгновение задумалась, в глазах мелькнула искорка интереса.
– А там тайный ход в подполье есть? Как в прошлый раз, где папа… – она запнулась, – …где мы играли в пиратов.
Виктория стояла, как скала. Она видела их возмущение, их ужас перед интернет-затмением. Но она также видела эту апатию и медленное угасание в четырёх стенах.
– Интернет будет, мы не в каменный век уезжаем – сказала она, глядя на Алису. – Сорняки будем полоть все вместе, это полезно для формирования коллективного духа, – парировала она в сторону Лены. – А тайные ходы, – она улыбнулась Саше, – мы найдем заново. Или придумаем новые. Собираемся. Послезавтра выезд. Я не обсуждаю. Я объявляю.
Она развернулась и пошла на кухню, оставив за собой взрыв возмущений, вопросов и стонов. Подошла к раковине, снова взяла в руки пакет с голенями. Посмотрела на него. Затем решительно сунула в морозилку.
«На даче мы их пожарим на мангале», – подумала она и впервые за долгие дни почувствовала не тяжесть, а прилив сил.
На подоконнике кошка Маня медленно и грациозно зевнула, словно говоря: «Наконец-то, приняла верное решение».
Глава 1
Идея, брошенная Викой как вызов, в первые часы вызвала у старших девочек эффект разорвавшейся бомбы. Но к утру бунт пошёл на убыль, сменившись вялыми приготовлениями.
Комната Алисы выглядела как штаб эвакуации из зоны бедствия. Дочь методично складывала в дорожную сумку всё самое необходимое – ноутбук, пауэрбанк, и целую охапку лёгких платьев, словно собиралась не на дачу в деревню, а в санаторий.
– Мам, а ты уверена, что там есть электричество? – крикнула она из-за двери.
– Уверена, – отозвалась Вика, вытаскивая из кладовки старый чемодан.
Лена подошла к делу с практичностью. Она не собиралась везти «красивое барахло». В её рюкзаке оказались самые прочные джинсы, кроссовки, перчатки для садовых работ и толстая тетрадь с надписью «План». Что она планировала, Вика боялась спросить.
– Мам, – начала Лена, застукав мать за разбором аптечки. – А почему мы вообще перестали ездить на дачу? После того, как… Ну ты знаешь.
Виктория на секунду замерла с пузырьком зелёнки в руках. Вопрос назрел.
– После того, как у соседки случилась беда, – мягко закончила она. – Помнишь Светлану? Её… убили. Убийцу поймали и посадили. Но стало как-то не по себе. Страшно. Казалось, что это место теперь несчастливое.
– А сейчас не страшно? – пристально глядя на мать, спросила Лена.
– Сейчас страшнее смотреть, как мы тут все медленно закипаем от жары, – честно ответила Вика.
Лена нахмурилась, но в её глазах мелькнуло понимание. Кивнула и ушла контролировать упаковку Сашиных вещей, чтобы та не взяла с собой весь кукольный театр.
Мысль о Светлане на мгновение окутала Вику холодком, несмотря на жару. Нет, они едут за новыми впечатлениями, а не за тем, чтобы копаться в старых кошмарах.
Сашины сборы были хаотичным перформансом. Она носилась по квартире, хватая то плюшевого лисёнка, то набор фломастеров, то старую юбку мамы, заявляя, что это «костюм для лесной феи».
– Мама, а папа с нами поедет? – вдруг спросила она, замирая с надувным кругом в руках.
Воздух в прихожей сгустился. Алиса выглянула из-за двери своей комнаты, Лена замерла в дверном проёме. Даже Гарик, проходивший мимо, тяжко вздохнул.
Виктория присела перед младшей дочерью.
– Нет, Саша. Папа не поедет. У него теперь своя жизнь. И у нас – своя. Но он очень любит этот дом. Он сам привёл его в порядок перед… перед тем, как уехать, чтобы нам там было хорошо.
Она не стала вдаваться в подробности: как бывший муж, ушедший к другой и терзаемый виной, потратил последний месяц перед разводом, чтобы сделать капитальный ремонт в дачном доме. Это был его прощальный подарок. И сейчас Вика была ему за это благодарна.
– А он приедет к нам в гости? – не унималась Саша.
– Нет, – твёрдо сказала Виктория. И, поймав тревожные взгляды старших дочерей, добавила: – Справляемся сами.
Сборы длились день, но за это время они освободили полкладовки, собрав на дачу старые кастрюли, одеяла, которые не жалко, и запасы круп – на случай, если магазин в деревне окажется закрыт. Машина превратилась в подобие танка, готового к пересечению пустыни. Места не было даже для лишнего вздоха.
В день отъезда дети с грустными, не выспавшимися лицами загрузились в салон. Гарик, почуяв неладное, попытался сопротивляться, но Лена с присущей ей решительностью взяла его за ошейник и усадила в автомобиль, где он тут же начал драматично дышать, приготовившись к мукам.
Маня была внесена в переноске последней. Её возмущённое «Мрррау!» звучало как протест королевы, которую силой везут в ссылку.
Виктория села за руль, сделала глубокий вдох и повернула ключ зажигания.
– Поехали, – сказала она, глядя в зеркало заднего вида на троих своих невольных путешественниц и двух животных-пессимистов. – Навстречу приключениям!
Она не знала, что это будут за приключения. Но что бы их ни ждало, это было лучше, чем медленно таять в городском пекле.
Глава 2
Дорога до дачи заняла чуть больше часа, но по насыщенности событиями могла бы потянуть на небольшое жизнеописание.
Едва они выехали из душного города и машина, набрав скорость, ритмично загудела по трассе, как с заднего сиденья раздался жалобный стон. Не человеческий – собачий.
Гарика укачало. Его тяжёлое дыхание сменилось на прерывистое и хриплое. Алиса, сидевшая с ним рядом, в ужасе отпрянула к окну.